Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

– Брак есть брак – и, если хочешь стать моей женой, что ж, я не против. Более того, я за. Эта перспектива куда приятнее других союзов, которые я рассматривал. Но тебе придётся взять на себя не только права, но и обязанности. У нас будет ребёнок – и он унаследует трон и те права, которые будут к нему прилагаться в этом новом прекрасном мире, который ты надеешься построить. Наш старший сын, Говорящий со Стужей, будет жить в почёте и получит многое. Но не верхний трон – на это я не пойду. Если тебя это не устраивает – что ж, можешь ославить меня и всех Химмельнов, вместе взятых, во всех газетах прямо сейчас… и придумать новый план. Уверен, ты отлично справишься и без меня.

Тишина – никаких голосов. Никто не придёт на помощь, не подскажет ход – в этой новой игре я остаюсь на полях одна.

Но разве не этого я хотела?

Влияние. Безопасность. Власть… Все возможности сделать всё, чтобы жертва Эрика не оказалась напрасной.

Сделать всё, чтобы моя семья – ребёнок, сёстры – больше никогда не нуждалась ни в чём.

Я протянула руку через стол, коснулась ладони Биркера, и наши пальцы переплелись.

Первое прикосновение не было неприятным, и я ощутила парадоксальное облегчение – как будто лишь оттого, что его кожа оказалась сухой и тёплой, всё делалось не так уж плохо.

– Вот и хорошо, – сказал Биркер, пожимая мою руку. – Думаю, мы станем отличной парой – если, конечно, переживём ближайшие недели. Нам обоим нравятся игры, мы оба ищем влияния, но… о, я знаю, что с тобой мне нечего бояться. Сейчас ты, наверное, думаешь, что сможешь контролировать меня, не так ли?

Масло на блюде заветрилось. Меня мутило, и я поспешно отвела взгляд от еды.

– Всем нам не помешает рядом кто-то, кто будет сдерживать наши дурные порывы.

– Полностью согласен. Но вот кто сдержит твои? Уж точно не я, Сорта. Твои порывы всегда будут в моих интересах. Я играю лучше тебя. Ты сама знаешь: в ту нашу встречу ты победила лишь потому, что я поддавался. Я и сейчас поддамся тебе, но хочу убедиться, что ты понимаешь, во что ввязываешься.

Должно быть, он хотел впечатлить меня или напугать – но я чувствовала только усталость.

– Понимаю. Но рядом со мной тоже будут люди, которые сдержат меня, если понадобится. Мои друзья. – Последние слова жалко повисли в воздухе, и Биркер сочувственно улыбнулся.

– У таких, как ты или я, Сорта, друзей не бывает. Бывают другие игроки, бывают фигуры, но друзья?..

– Не будем об этом, – сказала я, думая о Гасси и Унельме, о Строме – обо всех тех, кого я навсегда потеряла.

Те, кто остался, – союзники, одетые в чёрное и белое? Нечто большее – те, кто разделил мою судьбу.

– Как скажешь. В самом деле, это будет очень интересно. – Он довольно сощурился. – Как там было в «Принце-ястребе», помнишь? «Любой, кто ищет власти, ранен. Но каждый, кто приходит к ней, убит». Ты мечтаешь о прекрасном новом мире – и погляди, кто будет его строить. – Биркер тихо засмеялся.

В открытое окно подул ветер, принося с собой запах кислицы и влажной земли.

Всё это время наши руки привыкали друг к другу, но теперь разъединились. Биркер откинулся на спинку кресла, и я почувствовала: он устал.

– Хорошо ли, плохо ли, но, может, право делать это и есть счастье. Почему бы и нет? Наверняка всё равно никто не знает. Вот ты, добрая девушка из Ильмора… ты знаешь, что это такое – счастье?

Я подумала несколько мгновений:

– Счастье – это что-то недолгое.

Он улыбнулся:

– Ты нравишься мне, Сорта. Сразу понравилась. Для брака это уже немало. Мы поможем друг другу – и поможем Кьертании.

Помедлив, я спросила:

– Тебя совсем не волнует, что… – И осеклась, но он понял.

– Нет. Это меня совсем не волнует. Мы оба не ищем любви. Но то, что ищем, может, найдём друг в друге. А он – ведь это о нём ты спрашиваешь – меня не тревожит. Ты слишком умна, чтобы годами тосковать по нему.

Биркер часто бывал прав – за последующие годы мне не раз представлялась возможность в этом убедиться, – но на этот раз он ошибался.

Эрсон. Нижний город

Шестой месяц 725 г. от начала Стужи

В кабинете было совсем темно, только слабо мерцали валовые лампы, расставленные по углам. Эрсон, которого Унельм Гарт прозвал Крысой, понятия не имел, как Белый Верран вообще что-то различает в этом вечном полумраке.

Но, конечно, ему и в голову не пришло бы поинтересоваться.

Белый Верран предложил ему самокрутку – Эрсон принял почтительно, но не решился закурить. Почти сразу отступил от тяжёлого стола из тёмного дерева на несколько шагов – в мнимую безопасность у двери.

– Ты принёс новости, – сказал его хозяин негромко. – От нашего крылатого друга… и покровителя.

– Да, господин Верран, – сказал Эрсон, старательно избегая взгляда владетеля Нижнего города. Собственно, он пытался смотреть себе под ноги, и только. Так было спокойнее всего. – Мне передали… и я сразу к вам. Как приказывали.

– И?

– Ваш друг просил передать, что шлёт почтительный привет повелителю Нижнего города, – скороговоркой выпалил Эрсон. – Он собирается переправить оставшуюся часть оговорённого в ближайшее время – тем же путём, что прежде. И ещё – он благодарил вас и просил передать, что отменяет свою последнюю просьбу.

Свет одной из валовых ламп дрогнул, и на тёмных стёклах очков Веррана дернулись и заплясали огоньки.

– Вот как, – сказал он, и невозможно было определить по голосу, доволен он или разочарован. – Новый штрих к его портрету. Важный штрих, не так ли?

Эрсон с готовностью кивнул – на всякий случай.

– Да, – медленно продолжил Белый Верран. – В конце концов, он ещё молод. Ничего. Это пройдёт. Так или иначе… как жаль, что мы слишком поторопились исполнить его приказ. Чрезмерная исполнительность бывает опасна, не так ли? Но теперь ничего не поделаешь.

– Поторопились? – растерянно повторил Эрсон. – Но ведь мы же не…

– Поторопились, верно, – повторил Верран весомо, и он умолк. – Но, быть может, это и к лучшему. Ссориться со мной сейчас он не станет, а однажды… я уверен, вздохнёт с облегчением и не раз поблагодарит нас – и счастливый случай – за то, что всё случилось так, как случилось. Да, ты, Эрсон, лично выполнил приказ,