Фантастика 2026-90 - Василий Седой

Но драмы не случилось.

Ваня с почти что сверхъестественной скоростью подскочил к старшему брату и обнял его, тем самым не позволив совершить безумство и одновременно защитив его от неминуемых прилётов в ответ. Это он здорово сообразил! Мой отец, оба Красноярских и кое-кто из мужчин рядом с нами повыхватывали клинки и лишь чудом не пустили их в ход. Я в свою очередь чисто на автомате подняла руку в готовности рассеять стихию псионикой.

— Искренне извиняемся за вторжение, — мигом засуетился доселе флегматичный священник.

Они с Ваней подхватили сникшего Пашу под руки и быстренько зашагали на выход, пока князья не сообразили отдать приказ об их аресте.

Незваные смутьяны исчезли так же внезапно, как появились, и царившее в зале напряжение моментально отпустило. Мне поверили. Или искусно притворились, чтобы не злить князей ещё сильнее.

Я украдкой выдохнула. Вика будто в воду глядела! Дурная примета третьей помолвки чуть-чуть не исполнилась и совершенно не тем образом, каким бы хотелось.

Князь Тобольский тут же потребовал себе новый бокал с шампанским.

— Выпьем за жениха и невесту! — в его голосе звенела не столько радость, сколько затаённая угроза… в мой адрес. — Пусть союз между семьями Тобольских и Красноярских будет столь же крепким, как их поцелуй!

— За жениха и невесту! — гости с энтузиазмом поддержали тост и уставились на нас прямо-таки с неприличным предвкушением.

Этого ещё не хватало. Желудок скрутило узлом от одной мысли. Поцелуй с блондинкой не входил в мои планы ни на этот вечер, ни на эту жизнь.

— Идея, мягко говоря…

Оторопело подалась назад, когда Ярослав крепко, даже чересчур крепко в текущих обстоятельствах, ухватил меня за плечо и второй рукой резко притянул к себе за затылок.

— Ты сама напросилась, куколка.

А затем поцеловал, но вовсе не так вежливо и символично, как требовал церемониальный этикет, а властно, жёстко, не дав ни единого шанса на отступление. Только долг перед семьёй и расплата за мою недавнюю выходку. Бесспорное доказательство всем и каждому, кому я теперь принадлежу по собственной, мать её, воле.

Сейчас бы вывернуться из захвата и левым боковым хуком залепить ему по челюсти или просто откинуть психокинезом в стену, но разум всё-таки взял верх. Ещё успею, а на сегодня хватит скандальных сцен со мной в главной роли.

Чтобы не выглядеть жалкой овечкой, показавшей слабость противнику, свободной рукой вцепилась в пиджак парня и ответила на поцелуй с такой яростью, будто он изначально был моей инициативой. Ты у меня на всю жизнь его запомнишь, блондинка!

Объективно говоря, это оказалось не так уж и сложно — целоваться Яр умеет. Со стороны наш поединок наверняка походил на пылкую страсть, больше уместную в спальне, чем на публике, но мне было решительно всё равно. Красноярскому, судя по всему, тоже.

Всё закончилось спустя грёбаную вечность. Получив желаемое зрелище, великосветская тусовка возликовала, послышался звон хрусталя. Только тогда Яр разжал пальцы и выпустил меня на волю.

— Не волнуйся, — прошипел тихо, но весьма выразительно. — Это первый и последний раз, кем бы ты ни была на самом деле.

— Я волнуюсь лишь о том, как удержать креветки в желудке, — так же тихо отозвалась в ответ. В голове царил вакуум, мешающий соображать как полагается. Мир до сих пор крутился. Что ж, конкретно в этой ситуации могу винить только себя.

— Не радуйся победе, Тобольская, следующий ход мой.

— Надеюсь, на этот раз ты приберёг что-то, кроме пустого трёпа.

Я немедленно отступила в сторону от Ярослава и тут же угодила в объятия мамы. Женщина расчувствовалась на радостях, словно не она говорила «стерпится — слюбится» двумя днями ранее. Обнимая её, я пересеклась взглядом с Викой и Надиром. Рыжая подруга восторженно хлопала в ладоши, а Самаркандский вежливо улыбался. От его улыбки разило прохладой, от чего мне вдруг стало неловко и страстно захотелось объяснить истинную причину своего поступка.

Гости закружились в очередном вальсе, а мы наконец-то спустились с эшафота. Перехватив официанта, я проворно цапнула фужер с бледно-розовым содержимым и опустошила его в два больших глотка.

— Здравствуй, Василиса, — сзади раздался смутно знакомый голос, отозвавшийся фантомной болью в районе сердца. — Ты всё так же ослепительно хороша.

— Спа… сибо.

Вакуум резко схлопнулся.

У Надира, как выяснилось, отличная память на лица. Мужчина, склонившийся поцеловать мою руку, один в один походил на составленный фоторобот. Пресвятая дичь, передо мной стоял Игрек, убийца Васи! На вид ничего: симпатичный холостяк лет около тридцати, чёрная форма принадлежит дипломатическому корпусу, на плечах лычки майора, на поясе два клинка.

— Александр, — заворковала мама. — Как же мы рады тебя видеть!

— Доброго вечера, тётя Лариса, — он расцеловал женщину в обе щёки. — Прошу прощения за задержку, в корпусе нынче много дел, но разве я мог пропустить столь важное для семьи событие?

— Там всегда много дел, тоже мне оправдание, — княгиня кокетливо щёлкнула его веером по мундиру. — Ты не единственный советник. Пусть другие поработают для разнообразия, а тебе пора отдохнуть.

— С удовольствием, но я незаменим на восточном направлении. Две недели назад клан ниндзя Кога совершил нападение на Владивосток. Сейчас дипломаты даже спят по очереди.

Мама поморщилась с таким видом, будто работа — это нечто недостойное для аристократа.

— Ах, снова эти японцы! Радикалы-террористы, фанатичные сторонники воинственной риторики, — она манерно закатила глазки. — Но разве конфликт уже не исчерпан?

Александр вежливо кивнул:

— По официальным каналам Японская Империя принесла извинения, однако напряжённость по-прежнему сохраняется.

— Как всегда.

— Прошу, тётя, не стоит портить приятный вечер разговорами о политике. Сегодня великое событие! — Мужчина повернулся ко мне: — Поздравляю с помолвкой, Василиса. Её значение для семьи трудно переоценить. Ты достойная дочь Тобольских!

— Благодарю.

— Первый танец по традиции полагается жениху, но раз уж Ярослав занят, пусть пеняет на себя, а я не стану играть в благородство. Василиса, ты потанцуешь со мной?

Дожидаться ответа он не стал, подхватил под локоток весьма фамильярным образом и повёл на танцевальную площадку.

В дневнике Васи упоминался только один Александр — её кузен со стороны родственников отца. Саня. Сведений о нём немного, молодые люди особо не дружили из-за семилетней разницы в возрасте, но находились в тёплых приятельских отношениях.

Сперва явление Паши, затем поцелуй с Яром, теперь Игрек… Вечер — отстой.

Кузен, как и полагается потомственному