Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

Тем временем дискуссия между Хамасаки-матерью, Виктором и судьей набирала обороты.

— Молодой человек, разрешите поинтересоваться целью вашего заявления на самого себя? — японец отошел от формального тона.

— Надеюсь, Рыжего эти подкаты не обманут. — Ана напряглась.

— Он не наивен. Чуть не от мира сего — да, что есть то есть; но не наивен, — качнула головой Мартинес.

— Там, откуда я родом, в ходу поговорка: "Если у вас нет ничего, у вас есть ваша честь. Если у вас нет чести, у вас нет ничего". Меня прямо в Первом Лицее уже попытались давить этим эпизодом, а отец учил быть очень осторожным с подобными закладками "на будущее".

— Поясните.

— Допустим, уйди я с места происшествия — и до истечения срока давности по статье меня можно было бы держать на очень коротком поводке, шантажируя привлечением к возможной ответственности в будущем. Ваша честь, честность тупо выгоднее в стратегической перспективе, пардон за тавтологию. Я очень люблю математику и отлично понимаю, что такое риски и вероятность в цифрах.

Судья выбил дробь ногтями по столу:

— Молодой человек, не могу не задать следующего вопроса. На всякий случай напоминаю, что вы находитесь под присягой и достоверность вашего ответа мониторится в режиме реального времени. Сам вопрос: пожалуйста, сформулируйте еще раз и как можно точнее? Ваш вызов полиции — это был спонтанный и случайный порыв? Или это следствие базовых настроек вашей личности? — затем японец повернулся к соотечественнице.

— Хамасаки-сан, ваше участие в судьбе этого подростка принято судом во внимание. Я ничуть не сомневаюсь в способности любого представителя вашей семьи воспитать надлежащим образом ребенка, однако подходить к вопросу формально тоже не могу и не собираюсь. Если парень искренне пытается социализироваться — это одно. Федерация изо всех сил поддержит любого эмигранта, пытающегося встать на правильный путь, даже если он случайно оступился, — судья сделал паузу и со значением посмотрел на Тику. — Или если кто-то только думает, что он оступился. Но суд должен быть уверен в перспективной беспроблемности этого гражданина! Будущего гражданина, если все нормально, — тут же поправился он.

— Я бы предложила внести залог — ведь вопрос не такой уж существенный. Я способна финансово прогарантировать излечение пострадавшей, чтобы вам не дожидаться ответа моего подопечного на ваш вопрос. — Ровно ответила мать одноклассницы. — Он еще очень юн и может пребывать в плену ошибочных установок с предыдущего места жительства. Как насчет финансовых гарантий его добропорядочности?

— Исключено. Ваш парень откуда-то слишком хорошо ориентируется в обстановке, гораздо лучше нас с ва...

— ВАША ЧЕСТЬ! — Седьков беззаботно поднял руку, опять перебивая чиновника. — Извините, что не по этикету! Ответ на ваш вопрос: "жить в обществе и быть свободным от его законов нельзя" — это аксиома. Да, я действительно ориентируюсь в некоторых аспектах законодательства и я в курсе, что по двадцать седьмой статье привлекать к суду за одно и тоже нельзя. Вы это имели ввиду? Да, именно поэтому я и вызвал полицию. Но разве это проблема?

— Похоже, кому-то все же мозги наглухо отшибло, — заморожено выдала Айя очень тихим шепотом. — Я его за х*й укушу. Потом.

— Старик не злится, — возразила Ана. — Вон, деду тоже любопытно. Кажется, дед нормальный, молимся.

— Если бы еще это как-то могло повлиять на приговор!

— Даст бог, до приговора не дойдет — будет решение суда. Не каркай!

— Смотря что стоит за вашими словами. Продиктована ли ваша мотивация какими-то нравственными императивами?

— Я не знаю, сколько еще останусь на этой планете, — равнодушно продолжил одноклассник. — Зачем оставлять за спиной незакрытые долги в любом случае? Знаете, меня так часто последнее время в разных местах пугают то луной, то миром третьей категории, то шахтерской планетой, что даже лицо дергается. Выбитый глаз этой девочки из Первого Лицея лично в моей системе ценностей идет по разряду задолженности перед местным законодательством. Отец учил: на нашем социальном уровне подобные долги недопустимы, точка. Законодательство может нравиться, не нравиться — вы ведь ставите вопрос именно так? — но это абсолютно неважно. Главное: чтобы работать, законодательство должно исполняться. Или — мотай в другое общество, если тебе не подходят законы этого.

— Занятно, — японец снова задумчиво побарабанил по столу.

— Математика, — пожал плечами Рыжий. — Путь наименьшего сопротивления. Понимаете, чтобы быть порядочным человеком и не создавать проблем обществу, вовсе не обязательно верить в бога. С моей точки зрения, достаточно просто соблюдать общественный договор.

— Уточните?

— В данном случае — соответствующий раздел законодательства. Сделал что-то — выбил глаз? Подай заявление сам и разберись до конца. Моя личная оценка и шанс одновременно: статья о недопустимости повторного привлечения к суду за один и тот же инцидент весьма либеральна. Надо быть полным дебилом, чтобы не воспользоваться гандикапом, который система юстиции первый раз в жизни дает в твою пользу.

— Что вы имеете в виду?

— Я же натурал и лицо без гражданства, у нас и так прав кот наплакал. Лучше заявить самому и разобраться честно, чем утаивать в надежде на мутные перспективы.

— Меня устраивает ваш ответ и то, что вы при этом на самом деле думаете, — после неуловимой паузы кивнул серьезно японец, открыто сверяясь со специфической голограммы. — Испытываете ли вы раскаяние по поводу случившегося?

— Ловит, с-сука. — Пальцы Эрнандес до крови сжали запястье Мартинес.

— Да. Ждет, чтоб соврал. А без расширений не видно.

— Не-а, — Рыжий легко прошел каверзный вопрос, даже не заметив подвоха. — Ваша честь, я уже говорил об этом в Лицее, повторю и здесь. Защита чести и достоинства является приоритетом номер один, в том числе — с точки зрения конституции Федерации. Для их защиты разрешены абсолютно те же инструменты, что и для защиты жизни, здоровья и безопасности. Да и драку первым начинал не я, у вас же наверняка есть доступ к записи?

— При чем тут эти нравственные категории?

— А там все было в совокупности: целью нападения на меня и на мою одноклассницу являлось недопущение моего движения вверх по иерархии. Единственное, о чем я жалею — это что красивая девчонка потеряла глаз, — неподдельно вздохнул Седьков. — Но, боюсь, там лично у меня особо и не было других вариантов — я слабак рядом с модификантами. Чтобы защитить Айю, я бы и в следующий раз тоже не стал думать, что делать — простите, если разочаровал.

— Слава помидоркам. — Мартинес отцепила от своей руки ногти баскетболистки. — Не купился.

— Зайчик, — согласно кивнула та. — Умница. Выдыхаем. Блин, хоть завидовать тебе начинай!

— Ой, не парь мозги. Тебя он любит точно так же.

— А с другой стороны, — Виктор оживился, — при нынешнем уровне