Газлайтер - Григорий Володин

Хлестаков усмехается, снова прихлебывая из бокальчика.

— А почему бы и нет? Нам уже нечего терять. Земли уже не наши, а по факту — Филинова. Он ведёт по счёту убитых тварей, а мы ничего не можем с этим сделать. Но если дадим остроухому иномирянину точные координаты, новая орда заполнит Стрёмено, и этот граф-мальчишка лишится боеприпасов и орудий.

— И что дальше? — заинтересовался Шереметьев.

— Дальше — только наша победа. Орда останется, а мы будем её зачищать. А вот у Филинова не останется ни сил, ни ресурсов, чтобы очистить свои земли. Может, он даже всех людей потеряет.

Годунов с грохотом бьёт кулаком по столу. Бокалы подпрыгивают.

— Ты совсем рехнулся, Радий! Я больше этой хернёй не занимаюсь!

Он выхватывает из кармана артефакт связи, с глухим стуком швыряет его на стол и резко поднимается.

— Тебе нужно общаться с этим выродком? Сам и общайся! — бросает он зло. — А я умываю руки.

Разворачивается и выходит, хлопнув дверью так, что дрожат стены.

Хлестаков переглядывается с Шереметьевым, а затем хмыкает:

— Была не была.

И включает артефакт.

Почти сразу раздаётся резкий, раздражённый голос:

— Годунов? Опять ты? Мало тебе гулей, хаха?

Хлестаков почтительно обращается с сильному иномирянину:

— Нет, господин Гагер. Это не Федот Геннадьевич. Он передал артефакт нам — его друзьям, боярам. Мы — его соратники по борьбе с Филиновым. И у нас есть предложение.

— Какое же, бояре? — хмыкает Гагер.

Хлестаков переводит дыхание.

— Мы бы хотели попросить вас прислать ещё одну орду. Но только конкретные координаты. Именно туда, где базируется наш общий враг — и ваш тоже. Если орда прорвётся туда, Филинов лишится всего вооружения. Это его точно уничтожит.

На той стороне связи — неестественная тишина. На мгновение кажется, что Гагер просто отключился.

Но затем раздаётся медленный, тягучий голос:

— Давайте свои координаты.

А потом, с лёгкой насмешкой, могущественный иномирянин добавляет:

— Я вам отправлю не только орду.

Глава 6

Послесвадебный бал в моей усадьбе в самом разгаре. Камилла с Леной организовали всё безупречно — мне не к чему придраться. Зал сверкает, в воздухе витает аромат дорогих вин и пряных угощений, гости довольны, столы ломятся от еды. Музыканты играют лёгкий вальс, а танцующие пары кружатся по залу, скользя по зеркальному паркету.

И даже Его Величество здесь. Царь Борис не только присутствовал на венчании, но и решил заглянуть на бал. Это уже двойная редкость. Люди шепчутся, событие и впрямь исключительное, раз даже Горлановы с Бирюзовыми заодно приехали, хотя после венчания их уже не ждали.

Но теперь приходится обеспечивать Его Величество вниманием — либо моим, либо одной из жён. По мыслеречи я назначил поочерёдное «патрулирование», чтобы монаршая персона не осталась без должного сопровождения.

Но первая очередь за мной. Успев накинуть костюм, я подхожу к Царю, склоняю голову в знак уважения.

— Ваше Величество, ваше присутствие — большая честь!

Царь окидывает зал взглядом и усмехается.

— Ну ты даёшь, Данила! Умеешь удивить. Не мог попроще костюм надеть на церемонию? Бедные священники!

Я слегка улыбаюсь, чувствуя, как на нас начинают украдкой посматривать дворяне — редкость, когда Государь заглядывает на графские тусовки.

— Так уж получилось, Ваше Величество. Пришлось. Я прибыл прямо с поля боя, и задержался в этом облике.

Царь прищуривается.

— А что это вообще за облик? Ты мне расскажешь, я надеюсь. — Тут же переводит тему, явно решив пока оставить вопросы о моей демонической трансформации: — Но это потом. А пока развлекайся. Это твой день. И обязательно с невестой потанцуй от души!

Я киваю, но он добавляет с хитрой улыбкой:

— И вообще, ты ведь перебил целых две орды, так что думаю, о твоём маскараде мы пока забудем.

Я сразу понимаю намёк. Пока я приношу пользу Царству, мне прощается нарушение общественного порядка. А это дает огромный простор для веселья, хех.

Отлучаюсь от Царя, благо подошел Морозов и завел с ним разговор. В это время мимо проходит пара громких дворян, чей разговор я краем уха улавливаю:

— Он действительно уничтожил всю орду?

— Говорят, за считанные минуты. По «Новостному льву» видел военную сводку по Междуречью.

Я делаю вид, что не слышу, но уголки губ дрогнули в ухмылке. Если уж здесь обсуждают, значит, и Семибоярщина давно в курсе.

Среди гостей также бродит и пропавшая оборотница. Красивая уже вернулась в свой тигриный облик и теперь гордо расхаживает по бальному залу, будто это она здесь хозяйка, а не графы и князья. Гости украдкой косятся на неё, кто с опаской, кто с восхищением, но тигрица, не обращая ни на кого внимания, неспешно обходит зал, словно патрулирует свою территорию.

Я уже вынул из неё энергию вместе с вирусом, и после коктейля она полностью восстановилась, хотя по походке всё ещё заметна лёгкая усталость.

Красивая приближается как раз в тот момент, когда я беседую с Настей, Камиллой и Светкой.

— Конунг, — останавливается передо мной, опустив голову в знак уважения. — Прошу прощения за опоздание. Не знала, что от меня зависит проведение церемониала.

Камилла удивлённо поднимает бровь:

— Она, правда, говорит!

Светка цокает языком, смотрит на брюнетку с укором:

— А я говорила! Красивая — оборотница!

Тигрица и бровью не ведет. Я же внимательно смотрю на полосатую опоздавшую.

— Почему ты задержалась, сударыня?

Она выпрямляется, даже хвост подрагивает, выдавая нервное напряжение.

— Я хотела сделать вам подарок на свадьбу. Бежала через буддовские норы на Ту сторону, чтобы достать его из своего схрона. Покажу позже. Этот подарок не должны видеть ваши потенциальные враги, — огромная кошка косится в сторону других дворян.

Я киваю, решив пока не давить на неё вопросами.

— Ладно, посмотрим потом.

Но тут Лакомка, явно не в силах терпеть, подскакивает:

— Красивая, покажешь мне⁈

Тигрица усмехается, мотает хвостом, словно считает вопрос риторическим, и, не торопясь, уходит вместе с ней показывать сюрприз.

Тем временем я подхожу к Айре, которая разговаривает с Леной.

— Принцесса, ваш приезд очень важен для нас, — улыбаюсь. — Только прошу вас задержаться у нас до того времени, как я смогу лично проводить вас обратно в Шакхарию.

Она поднимает взгляд, взволнованная.

— Лично? Это большая честь, конунг. Что ж, я задержусь.

А Айра изменилась. От прежней дерзкой ликанки не осталось и следа. Или она только со мной такая?

Но сопроводить её домой необходимо. То, что я видел глазами Ломатика — поведение генерала Зодра, ясно даёт понять: он не упустит