Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

А у Дарьена, который медлил в дверях, Даллас потребовала:

– Одурмань меня, – ее грудь вздымалась от тяжелого дыхания, в глазах горела лихорадочная решимость. – Я знаю, у тебя есть что-то от боли.

Лорен в замешательстве посмотрела на Дарьена, но никто не счел нужным хоть что-то объяснить ей. Все молчали, пока Дарьен и Макс глядели друг на друга в упор, причем лицо последнего непроницаемостью могло соперничать с каменной статуей.

Наконец Макс покачал головой.

– Макс… – тихо взмолился Дарьен.

Его челюсти сжались, глаза вспыхнули. Прошло несколько минут, прежде чем он наконец отрывисто бросил:

– Ладно, – и не глядя ни на кого, добавил: – Буду ждать снаружи.

Широкими шагами он покинул комнату, шурша развевающимся за спиной плащом. Дарьен тоже вышел, но спустя минуту вернулся с каким-то препаратом, обещая, что тот облегчит боль.

Передавая Даллас пакет, Дарьен не смотрел на Лорен. Даллас выхватила у него пакет, открыла, вытрясла на ладонь маленькую розовую звездочку и сунула ее под язык.

Прошло пять минут, и она смогла двигаться, встала, не поморщившись, словно ей вообще не было больно, и спокойно вышла из комнаты.

Дарьен по-прежнему старался не встречаться с Лорен взглядом.

Сбежав вслед за ним по лестнице, она торопливо обулась, вылетела из дома, хлопнув дверью, и выпалила:

– Ты раньше принимал.

Сегодня воздух был сырым и холодным, по коже Лорен пробежали мурашки.

– Не так давно, – признался Дарьен едва слышно. Он разблокировал дверцы машины, Макс и Даллас уже сидели во внедорожнике и ждали, когда Дарьен и Лорен будут готовы, чтобы всем вместе направиться в пентхаус Брайтов. – Просто не мог вынести отстой, в который превратилась моя жизнь. На время вещества помогали против Всплесков, но я… я выбрал кое-что получше. И соскочил.

Ничего больше не сказав, Дарьен сел за руль и пристегнулся. Щелчок замка гулко прозвучал в тишине.

Одной рукой заводя машину, другой Дарьен потер щеку.

– Я же объяснял тебе, что я – ходячая катастрофа, – его слова были полны сожаления.

– Ничего подобного, – прошептала она. – Ты хотел совершать хорошие поступки, быть хорошим. Я вижу это в тебе.

Дарьен дышал так тяжело, что его ноздри раздувались.

Лорен взяла его руку, лежавшую на руле, и осторожно пожала пальцы, стараясь не задевать метку Завета Крови, которая из светло-серой стала более темной, с отчетливыми символами.

– Ты ничего не должен менять в себе, Дарьен, – мягко заверила она. – Я знаю тебя и хочу тебя – всего, что в тебе есть.

– Клянусь, больше я никогда к ним не притронусь, – искренне сказал он, поднес ее руку ко рту и провел губами по затянувшимся шрамам на ладони. От этого прикосновения она затрепетала, тепло возникло у нее в глубине тела, и это несмотря на все, что они узнали сегодня. Несмотря на то, что им предстояло. Когда Дарьен снова заговорил, его голос звучал хрипло, взгляд был пронзительным. – Я брошу и арену. Обязательно. Теперь, когда у меня есть ты, она мне больше не нужна, – он сглотнул, мощная колонна его шеи дрогнула. – Для тебя я сделаю все.

У Лорен перехватило горло, перед глазами поплыл туман.

– Знаю.

– Календы через два дня, – продолжал он, и теперь в его словах слышалось не сожаление, а надежда. Он слегка улыбнулся. – Таким будет мое новогоднее обещание.

Сердце Лорен сжалось.

– Тебе незачем делать то, чего ты не хочешь…

– Я хочу тебя, – перебил Дарьен. Эти три слова окатили ее теплом от макушки до пят. – Если бои на арене тебя тревожат, я откажусь от них. Непременно.

– Дарьен… – хрипло прошептала она, и ее сердце, ноющее от чувств еще мгновение назад, теперь наполнилось радостью – оттого, с какой решимостью он произнес эти слова, как твердо дал ей обещание.

Он подмигнул, снова поцеловал ее руку и объявил с усмешкой:

– Едем ловить ведьму.

50

В пентхаусе Брайтов было темно и тихо.

По расписанию Таэга должна была провести в штаб-квартире Флота еще час, этого времени с избытком хватало, чтобы побывать в пентхаусе и найти доказательства.

Лорен почти не вмешивалась в поиски. Ей казалось неправильным выведывать и вынюхивать в том месте, которое она когда-то называла домом. Улики, подтверждающие рассказ Даллас, в первую очередь решили искать в кабинете Таэги – в сейфе за написанным маслом портретом Красного Барона, в палисандровом письменном столе с причудливо изогнутой столешницей, стоящем перед заваленным подушками подоконником эркерного окна, под ковром и половицами у камина, угасающий огонь в котором служил единственным источником света в комнате.

Они нашли то, что искали, под двойным дном одного из ящиков письменного стола. В большом коричневом конверте лежало шесть листов текстовых сообщений с пометками даты и времени. Эти сообщения Таэга получила от безымянного посредника, который стремился составить конкуренцию Кейсену Мартелу.

Одно это должно было упрятать Таэгу за решетку на долгие годы. Обмен сообщениями с датами недельной давности указывал, что Таэга договорилась о подвозе партии кровяных снадобий и веществ к месту отгрузки у скоростной магистрали за границей силового поля.

Даллас зажала ладонью рот, словно боясь, как бы ее не вырвало. Все четверо склонились над сообщениями, распечатанными на глянцевой бумаге.

– Охренеть… – вырвалось у Даллас.

Лорен сказала:

– Вместе с информацией, которую нашел Артур в «Просветлении Энтерпрайзис», этого хватит, чтобы предъявить ей обвинения. Ведь правильно?

Но с лица Дарьена не сходило хмурое замешательство. Он указал на бумаги, разложенные на столе.

– Но зачем она вообще их распечатала? Как будто для того, чтобы…

– Нашли что-нибудь интересное?

Судя по тому, что сразу несколько голосов ахнуло, Лорен поняла, что не она одна оказалась на грани сердечного приступа, когда в комнате вкрадчиво прозвучал знакомый женский голос.

Таэга Брайт стояла в дверях, ее блестящие волосы отливали яркой, как пламя, медью при свете угасающих углей в камине. Крылья за ее спиной были плотно сложены, от белых перьев исходило слабое сияние.

Даллас шагнула вперед, оскалив зубы.

– Не соизволишь ли объяснить, с какой стати ты заключаешь сделки с Синдикатом кровяных снадобий, дражайшая матушка?

Похожая на дочь, как отражение в зеркале, Таэга скрестила руки на груди.

– Не «заключаю сделки», глупая ты девчонка, а действую под прикрытием.

Лорен напряглась.

– Твое имя и подпись значатся на чертежах Источника Арканума, – сообщила она. – Их обнаружил среди секретных документов тот, кому мы доверяем.

Таэга холодно улыбнулась ей.

– Мы живем в мире магии, Лорен. Не надо быть гением, чтобы разобраться, как подделать подпись. Особенно если в деле замешан Джонатан Кайл.

Сам директор «Просветления