Непокорный Меч - Гарет Ханрахан

"Альфрик", - произнесла Ольва тихо. Они не услышали ее.

"Я не брошу Некрад!" - крикнул Альф. "Мы дали клятву! Город - наша ответственность, так мы договорились".

"И ты собираешься сражаться со Смертью? Вот этим?" Берис ткнула Альфа в его раненую руку. "Ты ранен и истощен. Даже с мечом ты пойдешь на верную гибель".

"Нет нужды сражаться со Смертью", - сказал Разрушитель Чар. "Принц Маэдос передал заклинание воскрешения Лату. Поэтому он знает символ, чтобы снять заклинание. Одним словом он может изгнать Смерть".

Берис заколебалась, потом покачала головой. "Нет времени! Маэдос так просто не отдаст символ. Он скорее уничтожит Некрад, чем позволит смертным править им. Альф, мы должны уходить. Бой сейчас в Саммерсвелле. Корабль ждет".

"Альф!" Ольва встала. "Нам нужна твоя помощь. Ты нужен Дервину".

Берис придвинулась к Альфу и что-то зашептала ему. Ольва не могла расслышать, что говорила другая женщина. Лишь обрывки их разговора, который она уловила, ничего для нее не значили - они говорили об общих ужасах войны, о людях и местах, о которых она никогда не слышала, о лордах и королях. Альф возражал, качая головой, но Ольва не могла его ждать. Она подняла Дервина - он был ужасающе легким, словно Акраист выдолбил его изнутри, - и стала тащить к лестнице, в темноту Ямы. Она понятия не имела, как ей удастся поднять Дервина по шахте на площадь и к поджидающему дредворму, но как-нибудь справится.

Она оглянулась через плечо. Ее брат сделал несколько неуверенных шагов, переводя взгляд с нее на Берис и все ее разговоры о поисках и войнах. Затем расправил плечи и принял решение. Он повернулся спиной к Берис и поспешил за Ольвой. Взял Дервина под руку и перекинул парня через плечо.

"Альф!" - позвала Берис. "Ты ведешь себя глупо. Парень умирает. Ты же знаешь".

Альф продолжал идти.

"По крайней мере, отдай мне меч!"

Альф продолжал идти.

Берис раздраженно зарычала и наложила стрелу на тетиву своего лука. Альф повернулся и поднял черный меч, чтобы отразить любую атаку.

Двойные двери в дальнем конце зала с грохотом распахнулись, и все отчетливо услышали, как Тредей пробормотал: "Я молюсь, чтобы мы не опоздали, принцесса".

Ольва никогда не забудет, что произошло дальше. В последующие холодные недели она часто размышляла об этом, гадая, что все это значило. Она разговаривала со своими советниками, особенно с Ильдорэ, пытаясь понять, что задумал каждый из действующих лиц в этой картине.

Альф отказался обсуждать этот момент, так что она никогда не могла быть уверена.

Двойные двери распахнулись. В них стояла принцесса Лаэрлин, в сверкающих доспехах, идентичных Маэдосу, с грозным луком Мортусом в руках. По бокам от нее стояли эльфийские рыцари Рассвета, не меньше дюжины. Там же находился и Ватлинг. Ольва навсегда запомнила, как поймала его взгляд в другом конце комнаты и увидела, что шок на ее лице отразился на его собственном.

Как только дверь распахнулась, принц Маэдос прыгнул вперед. Со своей раненой ногой он ни за что не смог бы преодолеть расстояние до дальнего конца зала, где стояли эльфы, – не раньше, чем споткнулся, или Берис поразила его стрелой, или Альф поймал его. Вместо этого он бросился вперед с выражением дикого триумфа на лице, мимо Берис, мимо Ольвы, прыгая с плавной эльфийской грацией, чтобы напороться на вытянутый меч Альфа.

Разрушитель Чар с нетерпением принял его жизнь. Острие клинка прорезало броню и кость, пронзило Принца Рассвета. Эльфийская кровь смешалась с морем смертной, пролитой Альфом. Принц ахнул, когда меч пронзил его сердце, но Ольва услышала смех его призрака, вырвавшегося на свободу из его тела.

Эльфийские стражники закричали, увидев, как Ламмергейр убивает принца Рассвета. Потрясенные до глубины души, они бросились вперед. Среди них стояла Лаэрлин, и хрустальные слезы бежали по ее щекам, когда она поднимала Мортус.

Позже она узнает о Мортусе, Луке Палача при эльфийском дворе; о том, что его изготовил сам Эрлкинг и что в давние времена его стрелы повергали великанов и драконов. Что даже Разрушитель Чар не смог бы отразить стрелу Лаэрлин, если бы она ее выпустила.

Но она этого не сделала. Она колебалась.

Берис не стала.

Берис прицелилась не в Альфа и Ольву, не в эльфов, а в точку в центре зала, между могучими колоннами. Ее стрела попала в цель и расцвела ложным рассветом огненного взрыва. Волна пыли, жара и разлетающихся осколков захлестнула Ольву, и в этом хаосе она услышала, как рушится потолок зала. Все огни снова погасли, но, прежде чем они погасли, она увидела убегающую воровку Берис, а по ту сторону осыпающихся обломков принцессу Лаэрлин, сияющую, как далекая звезда.

Затем наступила тьма.

*

Альф схватил ее за запястье и потащил за собой. Вверх по ступеням, через узкие проходы и гулкие лабиринты. Вперед, вперед, через Ямы Некрада, в то время как позади них подземный мир трещал и бился в конвульсиях, а затем, наконец, стал жутко тихим, грохот перешел в настороженную тишину, нарушаемую только тяжелым дыханием Альфа и далеким капаньем воды. Она уронила светоч, который дала ей Берис, и ничего не могла разглядеть. Пришлось довериться Альфу.

Обратный путь показался ей гораздо длиннее, чем раньше.

"Ты знаешь, куда идти?" прошептала она, и Альф долго обдумывал вопрос, прежде чем ответить.

"Знаю".

Они подошли к шахте. "Позови червя", - приказал Альф. Дредворм скользнул к краю шахты, и его отвратительная безглазая голова опустилась вниз. Он схватил Дервина своей пастью и поднял его обмякшее тело на поверхность, в то время как Альф обхватил Ольву за талию и приподнял ее, чтобы она могла ухватиться за сломанную железную решетку и подтянуться. Альф поднялся сам, и при свете она увидела, что одна его рука сильно ранена.

"Бедная твоя рука!"

"Это неважно". Он затащил Дервина на спину дредворма. "Вперед, к башне".

Пока они летели, вокруг продолжалась осада. За пределами некромиазма над морями забрезжил рассвет и осветил молчаливых каменных драконов, охранявших подступы к городу. Навстречу этим драконам по северной дороге двигалось еще одно воинство Диких.

В ответ ворота Некрада распахнулись, и сэр Прелан выехал на дорогу в сопровождении дюжины других рыцарей. Копья потрескивали от магии Некрада, а доспехи были инкрустированы магическими камнями и талисманами. Эти рыцари знали, что едут навстречу своей гибели, но их атака даст защитникам время собраться с силами.

Дварфы все еще удерживали ворота Гарнизона и стену, как много лет обороняли Дварфхольт от