Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

– Свет Будды – это великая радость, великое сострадание…

А-Нань подняла голову и посмотрела на проецируемую на стены пещеры статую. Этот «Зеленый лотос» и Будда, колеблющиеся на воде, были небесным знамением, послужившим поводом для основания секты «Зеленого лотос».

Но Великий мастер Гуань, судя по всему, не был суеверен. Раз он поместил такой яркий свет Будды в это место, значит, у него была определенная цель.

А-Нань задумалась, подтянула рукава и сказала Чжу Юйхэну:

– Под водой старайся не отплывать от меня далеко. Мне кажется, мастер Гуань поставил этот свет, чтобы ослепить нас и скрыть механизмы. Раз мы ничего не сможем увидеть, будем полностью полагаться на твои «Девять шагов».

– Не волнуйся. Я буду рядом, – без колебаний ответил он.

А-Нань улыбнулась ему, потом перевела взгляд на Цзян Байляня и Ци Ся. Видя, что подруга, успокоенная юношей, глубоко дышит и уже не трясется от страха, А-Нань убедилась, что они готовы, дала знак погружаться и первой прыгнула в воду.

А-Нань плыла впереди, за ней Чжу Юйхэн, а Цзян Байлянь с Ци Ся замыкали шествие. Они погружались все глубже, двигаясь прямо к пещере, откуда струился свет Будды. Чем ближе они подплывали, тем ярче становилось сияние.

Как и предполагала А-Нань, под водой и без того трудно было что-либо разглядеть, а тут еще этот слепящий свет – глаза было просто невозможно открыть. Чжу Юйхэн, полагаясь на чувства, плыл за А-Нань, сосредоточенно вслушиваясь в пространство вокруг. Но, кроме звуков, которые издавали они сами, рассекая воду, на глубине стояла мертвая тишина. А-Нань замедлила ход, становясь все осторожнее.

Они погружались постепенно, и вода плавно омывала их. Вдруг в этом спокойном течении Чжу Юйхэн уловил краем уха несколько тонких, едва различимых, но стремительных звуков. Они были необычайно тонки и остры – как весенний дождь, который, казалось, ты едва успел услышать, а уже насквозь промок.

Чжу Юйхэн мгновенно дал знак Цзян Байляню не приближаться, а сам резко оттащил А-Нань в сторону, уворачиваясь от струй, похожих на дождевые нити. В ослепительном свете Будды, заливавшем все вокруг, А-Нань лишь почувствовала, как мимо скользнули несколько ледяных полос, едва коснувшись кожи. От этого прикосновения, острого как бритва, у нее волосы встали дыбом.

Забыв про глаза, она резко подняла голову и посмотрела туда, откуда исходил свет. Священное, величественное сияние Будды излучало тысячи разноцветных лучей. Казалось, этот свет обрел плоть – тонкие, частые, стремительные нити, похожие на сотни шелковых лент, мерцая в воде, неслись на них, застилая все вокруг.

Положение было опасным, и они метнулись в ближайшую пещеру, ища убежища. Под водой было множество отверстий, не разбирая пути, А-Нань потянула Чжу Юйхэна в одно из них. Окинув взглядом помещение, девушка мысленно взвыла – внутри, кроме нескольких куч истлевшего, не поддающегося определению хлама, стояли только каменные гробы. Похоже, это была подводная усыпальница.

Свет не отставал. Тысячи белых лучей, подобно живым птицам, хлынули в пещеру и, подхваченные течением, ринулись за ними вдогонку.

А-Нань одним прыжком подскочила к гробу и сдвинула крышку. Чжу Юйхэн, хоть и не понимал, зачем ей в такой момент возиться с гробом, но, видя тяжесть крышки, тут же пришел на помощь. Вдвоем они, упершись, с силой столкнули крышку.

Подводные лучи были легкими, подвижными. От резкого толчка крышки поднялась мощная волна, которая подхватила подбиравшиеся к ним лучи и закрутила в огромный водоворот. Беспорядочные нити света закружились в белый смерч и вместе с тяжелой крышкой вылетели из пещеры, исчезнув в круговерти.

А-Нань и Чжу Юйхэн все еще не решались шелохнуться, боясь, что остатки света не ушли, и только теснее прижались друг к другу, замерев в ожидании, пока вокруг все успокоится.

Вода медленно застыла, а остатки света постепенно рассеялись.

Когда все стихло, Чжу Юйхэн достал мешок, сделал два вдоха, чтобы унять удушье от напряжения под водой, и протянул А-Нань. Та, хоть и плавала отлично, тоже начала задыхаться. Сделав два глубоких вдоха, она вдруг осознала, что это тот самый мешок, из которого только что вдохнул А-Янь. Подумав, что ее губы прикоснулись к тому же, к чему только что прикасался он и что в целом они сейчас так тесно прижаты друг к другу под водой, она почувствовала что-то странное, сунула мешок обратно ему в руку и невольно отвернулась.

Тут она заметила на дне несколько слабо мерцающих предметов, блестевших вместе с их движением. А-Нань подхватила один – это была очень тонкая и острая серебристая игла. Она проявлялась в виде слабой тени только тогда, когда вода колыхалась, иначе иглу было почти невозможно заметить.

Из чего они были сделаны – неизвестно. Они были невесомыми и невероятно тонкими, поэтому легко двигались вместе с водой. Стоило чему-то приблизиться к свету Будды и вызвать колебание воды, как иглы оживали и, следуя за течением, нападали на приблизившегося. Вонзившись в цель, иглы начинали слегка вибрировать и, очевидно, проникали по сосудам к сердцу, вызывая мгновенную смерть.

А-Нань показала иглу Чжу Юйхэну, предупреждая об опасности. Тот легонько сжал ее руку, а затем указательным пальцем быстро, черта за чертой, написал на ней: «Приманка».

Девушка удивленно посмотрела на него, а он, указав на себя, утвердительно кивнул. В сумраке подводной пещеры лицо А-Нань, полное колебаний, расплывалось, было видно, как трудно ей принять решение. Чжу Юйхэн еще раз крепко сжал ее руку и, потянув девушку за собой, выплыл из пещеры.

Снаружи Цзян Байлянь с Ци Ся медленно подплывали ко входу в пещеру. Увидев их, они облегченно выдохнули.

А-Нань, показав иглу, сделала Цзян Байляню жест, изображающий движение, и спросила, куда делся весь этот свет. Как и следовало ожидать, Цзян Байлянь указал на пещеру, откуда исходило сияние Будды. Те тонкие световые иглы снова собрались у входа в пещеру, затаившись в свете и ожидая следующего, кто приблизится, чтобы напасть.

А-Нань, видя, что Ци Ся, вцепившись в руку Цзян Байляня, беспокойно шевелит руками и ногами, постоянно дыша через мешок, поняла, что та долго не продержится, кивнула Чжу Юйхэну и, развернувшись, поплыла вдоль стены пещеры к свету. Увидев, что А-Нань, кажется, собирается пройти сквозь этот свет Будды, Ци Ся встревожилась и дернула Цзян Байляня, показывая, чтобы он остановил ее. Тот не успел и шевельнуться, как Чжу Юйхэн уже без колебаний последовал за А-Нань, направляясь