Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

скрипа. Ловчий почувствовал разницу сразу — выправленная рама больше не уводила штурвал влево, а перебранный дизель выдавал всю силу на три ведущих моста. Машина плавно миновала границу Ветровала и выехала на пустое, засыпанное каменной крошкой полотно Подземного Тракта.

За спиной с тяжёлым, глухим лязгом сошлись железные затворы заставы. Оранжевые огни угольных жаровен мгновенно угасли во тьме, и тоннель поглотил грузовик своей вековой, давящей пустотой.

Святогор протянул руку к пульту и выключил фары. Кабина погрузилась в темноту. Лишь зелёный огонёк манометра масла слабо освещал латунный штурвал, да окуляр на левом глазу Святогора с тихим зуммером перенастроил линзы на ночной режим. Тоннель перед машиной окрасился в призрачные, серые тона.

«Урал» катился вперёд со скоростью двадцати вёрст в час. Звук работающего на шести цилиндрах двигателя под землёй казался оглушительным. Степанна сидела рядом со Святогором, внимательно вглядываясь в серые стены тоннеля через смотровую щель, а Марья на заднем сиденье держала руку на прикладе струномёта.

Они прошли около десяти вёрст, когда Тракт начал плавно уходить под уклон. Воздух здесь стал леденящим, пропитанным резким запахом горелой оружейной смазки, серы и застарелого порохового дыма.

Святогор плавно нажал на педаль тормоза. «Урал» замер, пневматика отозвалась тихим вздохом: пш-ш-ш-ш.

Окуляр Ловчего выхватил впереди, в широком расширении тоннеля, очертания разрушенной имперской заставы.

Поперёк бетонного полотна Тракта застыли обгоревшие, искорёженные остовы трёх имперских броневиков класса «Витязь». Их тяжёлые стальные листы обшивки были буквально разорваны в клочья, словно по ним били из тяжёлых калиберных орудий прямой наводкой. Бетонные стены тоннеля вокруг заставы были густо испещрены глубокими выбоинами. Всё пространство вокруг было завалено ржавыми гильзами и кусками обгоревшего дерева.

Святогор и Марья бесшумно вышли из кабины, держа оружие наготове.

Марья наклонилась и подняла с бетонного пола тяжёлый стальной предмет. Это был стреляный гильзовый поддон имперского пушечного калибра. На его дне отчётливо виднелось клеймо Тульского арсенала, а на стенках ещё сохранился налёт свежей, несмытой пороховой копоти.

— Свежий, — тихо произнесла девушка, протягивая гильзу Святогору. — Гари не больше двух дней. Обгорелое дерево ещё не успело покрыться каменным мхом.

Святогор принял гильзу, понюхал срез металла. Ствол, из которого её выбросило, стрелял совсем недавно. «Чёрный Состав» прошёл здесь недавно, уничтожив остатки этой заставы со всей её броневой медью и гарнизоном.

И в этот момент бетон под сапогами Святогора мелко, мелко зазудел.

Глубокий, низкочастотный гул покатился по стальным рельсам узкоколейки, проложенным вдоль Тракта. Звук нарастал быстро, превращаясь в тяжёлый, металлический рокот сотен колёс, катящихся по железу где-то впереди, за поворотом тоннеля.

Кто-то огромный и тяжёлый двигался им навстречу во тьме Подземного Тракта. Вычислитель «Чёрного Состава» обнаружил новых нарушителей.

Глава 7. Слепая Петля

Зуд в бетонном полу Тракта нарастал стремительно, превращаясь из лёгкой щекотки в тяжёлую, уши закладывающую вибрацию. Стальные рельсы узкоколейки запели на одной высокой ноте, словно натянутые струны исполинского инструмента.

Святогор мгновенно перехватил гильзу, швырнув её в воду, и сделал Марье резкий жест рукой. — Назад! В машину! Быстро!

Они взлетели в кабину в три секунды. Бронированные двери захлопнулись с тяжёлым щелчком затворов. Ловчий прыгнул в кожаное кресло, выжал сцепление и повернул ключ. Исправный дизель Савельева отозвался с первого оборота, взревев басовитым рокотом. Но времени на прогрев не было.

Святогор вбил заднюю передачу. «Урал-Молот», скрежеща покрышками по мокрому бетону, рванулся назад, уходя с открытого участка Тракта. Окуляр Ловчего лихорадочно сканировал стены тоннеля в поисках укрытия.

Справа, прямо за обгоревшим остовом имперского «Витязя», зияла полутёмная ремонтная ниша — старый тупик для маневровых тепловозов. Святогор ювелирно направил туда тяжёлую корму грузовика. Медный борт машины прошёл всего в паре дюймов от искорёженной брони разбитого броневика, но «Урал» благополучно вкатился в темноту ниши.

Святогор мгновенно выключил зажигание и щёлкнул тумблером массы, полностью обесточив машину. — Гаси фонарь, Тимка! — шёпотом скомандовал Никифор из модуля. — Буржуйку не трогать, поддувало закрыть наглухо! Пусть дым в трубу не идёт!

В кабине воцарилась кромешная тьма и мёртвая тишина. Слышно было лишь, как внутри затихшего дизеля со щелканьем остывает выпускной коллектор, да часто дышит Степанна, вцепившись пальцами в свой трубный ключ. Все замерли. Напряжение в замкнутом пространстве стало осязаемым. Погоня Клыча была ничем по сравнению с тем стальным призраком, что сейчас приближался к ним по рельсам.

Оно выкатилось из-за поворота тоннеля медленно, с достоинством первобытного хищника, не знающего естественных врагов.

Это был «Чёрный Состав». Колоссальный бронированный левиафан прежней империи на комбинированном гусенично-рельсовом ходу. Впереди него двигался огромный таранный локомотив, обшитый стальными плитами толщиной в ладонь. Металл поезда был покрыт багровой ржавчиной и густыми прядями каменного мха, который тускло светился фиолетовыми навьими искрами.

Поезд двигался без прожекторов. На его бортах, словно слепые глаза, вращались медные многолинзовые купола оптических сканеров, прощупывая темноту тонкими лучами фиолетового света. Из паровых цилиндров с сухим шипением вырывались струи перегретого пара. Тяжёлые стальные колёса с оглушительным грохотом катились по рельсам: ТУМ-ТУМ... ТУМ-ТУМ... Под этим весом вековой гранитный пол проседал и стонал.

На орудийных площадках бронепоезда застыли скорострельные паровые пушки и многоствольные пулемёты. Медные стволы были направлены во тьму, готовые мгновенно открыть шквальный огонь.

Машина смерти прошла всего в десяти шагах от капота «Урала», заставив медную обшивку грузовика мелко вибрировать.

Внезапно «Чёрный Состав» содрогнулся.

Скрежет стальных тормозных колодок был настолько пронзительным, что Тимка в кузове испуганно зажал уши. Многотонный левиафан замер прямо посреди Тракта, перекрыв своим ржавым боком весь выход из ниши.

Медные купола сканеров резко повернулись в сторону укрытия Ловчих. Чуткие тепловые датчики поезда зафиксировали остаточное тепло от недавно работавшего дизеля.

Один из фиолетовых лучей скользнул по обгорелому борту разбитого «Витязя» и замер всего в футе от левого крыла грузовика. На орудийной платформе поезда со зловещим, сухим шелестом закрутились стволы скорострельного парового пулемета, наводясь на нишу.

В кабине «Урала» все замерли, боясь сделать даже вдох. Никифор мёртвой хваткой вцепился в плечо Тимки. Если начнётся бой — они погибнут в этой каменной щели за секунды.

Святогор медленно потянулся рукой к поясу, нащупав дымовую шашку. Но Марья оказалась быстрее и хитрее.

Девушка плавно перевела прицел струномёта вглубь тоннеля позади поезда, туда, где на рельсах лежала пустая имперская канистра из-под масла.

Щёлк-ДЗИНЬ! Выпущенный стальной болт с сухим, звонким ударом пришёлся точно по пустому железу канистры в тридцати саженях от локомотива: КЛАНГ!

Реакция автоматических систем бронепоезда была мгновенной и страшной. Многоствольный паровой пулемет развернулся на звук и выплюнул