Бесконечность - Марцин Подлевский

— Это идея Мистери Артез, — тихо заметила Лора. Изображение девочки, выведенное рядом с ним, немного раздражало его, но он был готов это вытерпеть. Если бы не эти люди… — Они хотят увидеть Первого Импринтера, прежде чем он войдет в центр управления и произнесет несколько последних слов перед входом в глубинную искру…

— Отлично, — пробормотал он.

— Вам нечего бояться, адмирал, — быстро добавила она. — Все прошли сканирование. Никаких инцидентов не будет. Нас поддерживают Панцерники Пустоты.

— Замечательно, — ответил он.

Действительно, это больше напоминало собрание фанатов звезды голоэкрана, чем толпу агрессивных сумасбродов. Они несли с собой голо- и обычные плакаты… и это его смутило, тем более что по крайней мере несколько из них были против него. Но негативные, порочащие его образ изображения быстро исчезли — в толпу энергично ворвались люди Сумса.

— Политика… — извиняющимся тоном бросила Лора. Миртон не ответил.

Он остановился на мгновение, потому что так было принято. Посмотрел на собравшихся и под влиянием импульса поднял руку в знак короткого приветствия. Улыбнулся, хотя это была утомленная улыбка. А затем повернулся и медленно вошел в открытые ворота СНОЗ.

***

Когда флот Грюнвальда наконец синхронизировал счетчики и вошел в Велорум-2, чтобы выйти в Велорум-1, произошло то, чего больше всего боялся Миртон. Один корабль отстал.

Это не была его вина. Управляющий «Кривой Шоколадкой» Электронный Посмертник с удивлением заметил, что зараженная вирусом навигационная консоль перестала реагировать на его команды. Корабль сам по себе потерял связь и сбросил мощность, единственный из всей улетающей флотилии Грюнвальда. «Кривая Шоколадка», вопреки указанию Рупича, даже остановилась. Она резко затормозила перед искрой и отключила связь. А потом заглохла.

— Лора, — сказал Рупич. — Лора.

Консоль не ответила. Реанимат на мгновение засомневался, но программа, которой он управлял, велела ему повторить команду вызова ИИ. Он повторил ее еще несколько раз, прежде чем на консоли появилось голо. Но это был не Свободный Искусственный Интеллект. Голоэмиттер отобразил фигуру красивой женщины, которая долгие годы верила, что она Цара Дженис.

— Вы, наверное, удивлены, — сказала призрак. — Если вы сорвались с поводка, то должна была появиться эта запись. Честно говоря, я бы сейчас хотела увидеть ваши восхитительные физиономии. Особенно твою, Малкольм. А что касается тебя, Ток… — она на мгновение прервалась, чтобы холодно и не особо искренне улыбнуться, — мне жаль. Тебе не повезло. Плохой корабль, плохое время, плохой… капитан.

Рупич не ответил.

— А что касается тебя, механический труп, — бросила голо, — то я тебе, в принципе, благодарна. До некоторой степени, конечно. Поэтому я позволила себе не отрезать тебе голову, а запереть в летающем гробу. История любит повторяться и так далее. Призрак пожал плечами, с трудом сдерживая холодный смешок. — Ты погиб в отключенном прыгуне в 32C, перед этим запер меня в чем-то, что я принимала за собственное тело, а теперь я снова тебя запираю… Ты что, страшный поклонник закрытых помещений? Прости… шутка.

Реанимат молчал.

— Ладно, мой червяк, — сказало через минуту голо. — Буду краткой. Для ясности: вы здесь ничего не сделаете. Установленный вирус должен уже удалить все программное обеспечение, за исключением нескольких функций, таких как воспроизведение этой записи. Лора, как и обещала ранее, уже, наверное, обосновалась на «Славе» или другом крупном корабле, оставив только резервное программное обеспечение с частью своей личности, что не было большой проблемой. И оно тоже скоро исчезнет. Скоро наступит ночь, — добавила голограмма. — И холод. Бесконечная ледяная пустота.

Призрак замолчал. Он прикрыл глаза, тяжело дыша, как будто после последних слов что-то сдавило ему сердце.

— Может, вас немного утешит, что это почти не личное, — добавило оно через мгновение. — У меня есть важная работа, и вы только мешаете. Вот и все. С Лорой, установленной на «Славе», я разберусь позже.

Раздался щелчок. Изображение начало исчезать, но внезапно замигало и вернулось.

— Чуть не забыла, — долетело. — Пока-пока… бедняжки.

Следующий хлопок был последним, и только тогда Реанимат Малкольм Дженис начал чувствовать что-то вроде старого, странно знакомого страха.

На «Кривой Шоколадке» медленно наступала ночь.

***

Велорум-1 выплюнул Флотилию Грюнвальда прямо в океан холодных звезд и сеть локационных буев. Здесь не было Выгорания — сектора не коснулась ни одна блуждающая нить. Он должен был быть пустым, не считая нескольких обломков, владельцы которых готовились к прыжку прямо перед падением Синхрона.

Поэтому здесь должно было быть пусто. Но оказалось совсем не так.

Первыми это заметили СИИ и несориентировавшаяся геометрия Машин. Наблюдавший за выходом из искры суррогат Пикки Тип сразу нажал кнопку тревоги, но к удивлению как его, так и Фибоначии, сигнал был заглушен управляющим гиперболоидом Ньютоном. Однако это было лишним, потому что то, что их ждало, вскоре увидели все.

Это почувствовал полусонный и дрейфующий на окраинах Глубины Хаб Тански, для которого вхождение в стазис в последнее время стало условным понятием. Это заметил спокойный, холодный ум доктора Харпаго Джонса. Но первой это заметила Эрин Хакл, которая, выйдя из стазиса в каюте капитана «Славы», сразу бросилась в сторону Грюнвальда.

— Миртон…! — отчаянно воскликнула она. Как обычно, капитан «Ленты» очнулся последним, но еще никогда это не раздражало ее так сильно. — Миртон!

— Вы это видите? — прошипел через громкоговоритель каюты находящийся в Сердце прыгуна Тански. — Капитан, нас вызывают! Весь флот завален несинхронными передачами!

— Подождите… кажется, я потерял корабль… — пробормотал Грюнвальд. — Напасть… что-то отцепилось. Едва его… эй, что… происходит? — спросил он, глядя как на тактильное голо, отображенное в каюте, так и на мониторы.

Вид был заполнен сотнями кораблей.

— Это машинные геометрии, — прошептала Эрин Хакл. — И, похоже, человеческие корабли захвачены Машинами… целая куча кораблей…

— Если тебе это нравится, — добавил Тански, — то остальное тебя восхитит. Далее идет Консенсус. Во главе с виропексами. Целые напастные флотилии… и каждая из них как минимум в три раза больше нас.

— Они ждали нас, — прошептал Миртон, но его голос заглушил включившийся сигнал тревоги на «Славе». Во всех помещениях суперкрейсера раздался ритмичный, нервирующий сигнал.

— Мистери Артез просит связаться по аварийной связи, — сообщил внезапно появившийся на экране доктор Джонс.