Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Я выбрался по нему, цепляясь за выступы, иногда помогая себе усилением, когда камень под ногами пытался осыпаться. В какой-то момент почувствовал, как воздух стал другим — сухим, холодным, пахнущим не пеплом, а… пустотой.

Вдохнул глубже.

Не понравилось.

Слишком чисто.

Ещё пару метров — и я вылез на каменную площадку.

Остановился, выпрямился и посмотрел вокруг.

«Небо» этого круга представляло собой тёмную, густую, почти вязкую куполообразную бездну. Ни солнца, ни луны, ни звёзд. Просто чёрнота с лёгким фиолетовым отливом, как будто кто-то залил всё пространство ночным дымом и забыл добавить хоть что-то яркое.

— Ну да, — сказал я. — Солнце тут, видимо, в другое время работает.

Внизу — не привычная земля.

Скорее, мёртвый камень.

Поверхность круга напоминала выжженную равнину. Чёрный песок, редкие скалы, торчащие как обломки гигантских костей, отдельные каменные плато. Никакой растительности, никаких звуков. Только ветер, который где-то гулял по пустым ущельям, и редкие вспышки — далеко-далеко, как будто кто-то игрался с магией.

Я сделал пару шагов вперёд. Камень под ногами был сухой и холодный. После подземного жара это ощущалось почти как роскошь.

— Красотища, — сказал я. — Курорт. Мечта туриста.

Где-то вдалеке, на горизонте, виднелся силуэт. Едва заметный, размытый, но характерный: зубцы башен, вытянутые вверх шпили, неправильные, как если бы их строили, опираясь на анатомию скелета, а не архитектуру. Крепость. Очень похожая на ту, что я только что представлял в голове.

— Некроманты, — признал я очевидное. — Прямо как по расписанию.

Где-то ещё дальше, в стороне, камни складывались в странный хребет, уходящий дугой. Возможно, там прятались другие стражи. Может — их логово. Может — ещё один обелиск.

Огонь внутри тихо шевельнулся, будто проснулся от дремоты.

«Здесь… вкусно пахнет смертью», — протянул он.

— Тебе везде вкусно пахнет, — отмахнулся я. — Не впечатлил.

Я ещё раз оглядел пространство.

Под землёй мне было проще. Там всё понятно: стены, лавовые реки, монстры, пропасти. Здесь — масштаб. Открытое пространство, но без неба. Пустыня, но без солнца. Круг испытания, в котором правят архимаги смерти и где мои элементы — огонь, смерть, тьма и усиление — чувствуют себя как дома.

И это, как ни странно, меня радовало.

— Ну что, — сказал я тихо, глядя в сторону далёкой крепости. — Посмотрим, кто тут следующий в очереди на сожжение?

Огонь улыбнулся где-то в глубине.

Я тоже.

И параллельно с этим в животе снова заурчало — напоминая, что у очереди на сожжение есть конкуренция в виде очереди на еду.

— Ладно, — сказал я себе. — Еда, архимаги, стражи, обелиски, хранитель разлома… список дел, как у нормального взрослого человека. С чего-нибудь начнём.

Я шагнул вперёд, в сторону мёртвого, чёрного пейзажа, и мир снова сузился до простого факта:

я всё ещё жив,

огонь всё сильнее,

некроманты где-то впереди,

и, если честно, мне всё это начинает нравиться гораздо больше, чем должно.

Я успел сделать всего пару шагов от трещины, через которую выбрался на этот замечательный курорт для любителей смерти, когда по коже пробежало знакомое ощущение.

Не ветер. Не магия. Взгляд.

Я остановился и поднял голову.

На фоне мёртвого неба и чёрной равнины появлялась фигура. Сначала — просто тёмное пятно, еле заметное на таком же тёмном фоне. Потом — контуры. Плащ до земли, капюшон, скрываюший лицо. Ветер, которого не должно было быть, упрямо подхватывал края ткани, и она слегка колыхалась.

Фигура шла прямо ко мне. Не петляла, не пряталась. Шаг — за шагом, уверенно, спокойно, как человек, который отлично понимает, куда идёт и зачем.

— Ну вот, — вздохнул я. — Даже толком по пустыне походить не дали.

Я остановился, не меняя позиции. Зачем? Если кто-то настолько хочет познакомиться, что прётся по выжженной равнине прямо на тебя — пусть сам трудится до конца.

Фигура подошла ближе. Я прищурился.

Под плащом угадывалось обычное человеческое телосложение. Не великан, не хлипкий подросток. Среднего роста, скорее худой, чем мощный. Рукавицы, какие-то ремни на груди… Лица по-прежнему не видно.

Я перебирал в голове варианты: страж? нет, слишком мелкий. Архимаг? слишком скромный выход. Разведчик? Похоже на то.

Огонь внутри лениво потянулся.

«Живое, — сообщил он. — Сильное. Пахнет мёртвым».

— Ну конечно, — пробормотал я. — Кого ещё ждать в круге некромантов.

Фигура остановилась на расстоянии шагов в двадцать. Подняла голову. Из-под капюшона раздался голос.

Неприятный. Уверенный. Из тех, которыхтсразу хочется чем-нибудь ударить.

— Так вот он, виновник переполоха, — сказал голос. — Из-за которого наставник отвлёк меня от важной работы.

— Наставник, — протянул я. — Важная работа… Ты бы ещё сказал «проект века».

Фигура чуть дёрнулась. Потом заговорила снова:

— Я думал, будет кто-то посерьёзнее. А ты… адепт. Пятый шаг, если не ошибаюсь.

Я поднял бровь.

— Ты ещё скажи, какого цвета у меня трусы, — отозвался я. — Слушай, любитель мертвечины, топай дальше. На сегодня достаточно смертей. Мне не хочется тебя убивать.

Ветер шевельнул полы его плаща. Некоторое время некромант молчал — да, это явно был он, другого здесь не поймаешь. Потом голос стал немного более холодным:

— Ты убил моих собачек. Разойтись миром не выйдет.

Я усмехнулся.

— Ну ты и наивный парень, — сказал я. — Ты серьёзно поверил, что я тебя отпущу?

— Не понял, — фигура чуть наклонила голову. — Ты с ума сошёл?

Глава 3

Он сделал ещё пару шагов вперёд. Между нами осталось метров пятнадцать. Я видел теперь часть лица, скрытую тенью капюшона: молодое, худое, бледная кожа, тёмные круги под глазами. Глаза — чёрные, как дыры, в глубине которых плясали слабые зелёные огоньки.

— Ах да, — медленно произнёс он. — Я чувствую в тебе огонь. Так ты огневик, что ли?

Он изучал меня, склонив голову чуть набок, как зверёк.

— Выглядишь слишком адекватно для сумасшедшего.

— А ты слишком болтлив для некроманта, — парировал я. — Но меня это устраивает. Я не против поболтать. А то твои собачки даже разговаривать не хотели.

— Как тебе удалось их уничтожить? — спросил он прямо.

— Сказал им, что их создатель их не любит, — пожал я плечами. — Они и умерли от разрыва сердца. Ты сам подумай — такая трагедия.

Пауза растянулась. Некромант напрягся так