Системный Кузнец XI - Ярослав Мечников

— Хорошо, — сказал я. — Раз вы так ставите вопрос, я послушаю. Имён называть не буду пока, но лаз могу показать прямо сейчас — я запомнил дорогу.

Октавио смотрел на меня секунду, другую. Потом коротко свистнул, не оборачиваясь. Из-за шатра вышли двое помощников в тёмных куртках — крепкие ребята, молодые, с серьёзными лицами.

— Пройдёте с этим претендентом, — сказал Октавио. — Он укажет место. Лаз на юго-западном склоне, предположительно ведущий внутрь вулкана. Зафиксируйте расположение, ширину, глубину. Проверьте, соединяется ли проход с маршрутами испытания. Доложите мне лично.

Те кивнули — ни вопросов, ни уточнений.

Я пошёл первым.

Обратный путь занял почти час. Тропа была та же, но теперь мы шли втроём, и помощники двигались осторожнее, чем я. Ветер стал совсем злым — бил в лицо мелкой крошкой, швырял пыль в глаза, забивал уши монотонным воем. Разговаривать было бессмысленно, да никто и не пытался. Помощники шли за мной молча, переглядываясь между собой, но ко мне не обращаясь — то ли получили такое указание, то ли просто не считали нужным.

Мы обогнули тот самый гребень, спустились по осыпи и вышли к знакомому участку склона. Дальше, метрах в сорока, темнел зев пещеры.

— Здесь, — указал рукой.

Они подошли к входу. Один присел, заглянул внутрь, провёл ладонью по краю. Второй достал из сумки огниво и свечной фонарь. Разожгли. Жёлтый свет плеснул по стенкам.

Первый обернулся ко мне и качнул головой. Мол, иди обратно. Мы сами.

Я кивнул. Развернулся и полез вверх по склону, обратно к лагерю.

Когда вернулся на площадку, народу прибавилось. Ещё четверо кузнецов сидели на скамьях — кто-то грыз сухарь, кто-то просто сидел, уставившись в землю. Шатёр по-прежнему рвался на ветру, но помощники успели вбить дополнительные колья, и полотнище больше не грозило улететь.

У стола Ферраса стоял Торн — спиной ко мне, неподвижный. Он протягивал распорядителю кожаный мешок, и Феррас принимал его обеими руками, бережно. Раскрыл горловину, заглянул внутрь, что-то записал в свой пергамент. Я не успел разглядеть, что там. Торн забрал пустой мешок, развернулся и пошёл к скамьям. Проходя мимо, он посмотрел на меня. Серые глаза, спокойные и неподвижные. Ничего не сказал. Сел на дальний край лавки.

Эйра была уже здесь. Сидела на камне чуть в стороне от остальных, обхватив колени руками. Волосы выбились из хвоста и болтались на ветру спутанными прядями, слипшимися от пота и пыли. Лицо серое от вулканического налёта, на скулах разводы грязи. Руки в свежих ссадинах. Мешка при ней не было, значит, уже сдала.

Она увидела меня и встала.

— Ну? — спросила тихо, когда я подошёл. — Что ты нашёл?

Я покосился по сторонам. Ближайший кузнец сидел в пяти шагах, лицо закрыто тряпкой от пыли — похоже, дремал. Валерио маячил у дальнего края площадки, медленно прохаживаясь вдоль обрыва. Руки за спиной, шаг прогулочный. Но ходил он туда-сюда по одному и тому же отрезку, и каждый раз, разворачиваясь, бросал короткий взгляд в сторону шатра.

— Слышал их разговор, — сказал я. — Тех двоих. Они говорили прямым текстом. Сделали для Валерио всё, что могли. Нашли ему кусок, передали. Дальше, мол, забота «Искателей», кто бы это ни был.

Эйра слушала, прикусив нижнюю губу.

— Нашёл лаз, через который они вошли и вышли — неучтённый проход на юго-западном склоне. Сказал Октавио. Он отправил людей проверить.

Я помолчал.

— Но честно тебе скажу, мне не нравится, как он это принял — будто выслушал жалобу на протекающую крышу, а не донесение о мошенничестве на испытании Гильдии. Формально всё правильно: «разберёмся, проверим, доложим». По сути, никакого огня.

Эйра посмотрела на Валерио. Тот как раз развернулся, и их взгляды почти пересеклись, но он отвёл глаза, сделав вид, что рассматривает облака над кратером.

— Ясно, — сказала Эйра.

— Ты достала кварц?

Она кивнула.

— Кое-как. Та трещина, на которую ты указал. Я туда поднялась с киркой. Еле влезла. Кварц сидел глубоко, пришлось выгрызать породу вокруг, чтобы не расколоть. Часа два провозилась, может, больше. — Она потёрла ладони, на которых вздулись свежие водяные мозоли поверх старых. — Кусок приличный. Точно лучше того первого, что я нашла сама. Но если Валерио получил от тех двоих то, что они для него набрали… у меня может не хватить.

— Пока отпусти, — сказал я. — Посмотрим, что будет дальше. Проверка лаза займёт время. Пусть Совет сам разбирается.

— Ты прав. — Она выдохнула и села обратно на свой камень.

Я сел рядом молча. Ветер трепал её волосы, швыряя их то в лицо, то на спину. Чумазая, уставшая, с содранными руками и серым от пепла лицом. Но спину держала прямо.

Полог шатра откинулся. Вышел человек в тёмном камзоле — один из членов Совета, я видел его на трибунах, но имени не вспомнил сразу. Плотный, седоватый, с квадратной челюстью. Он оглядел площадку, нашёл меня и поманил пальцем.

— Ну, — сказал, поднимаясь. — Я пошёл.

Эйра кивнула.

Я встал, отряхнул колени и пошёл к шатру.

Внутри было тесно. Четыре столба держали провисший серый полог, который ветер вдавливал внутрь при каждом порыве, отчего стены шатра ходили ходуном. Два стола сдвинуты буквой «Г». На одном разложены пергаменты, чернильница, стопка кожаных мешков. На другом — глиняный кувшин с водой, пара кружек, огарок толстой свечи в железном подсвечнике. Земля утоптана, но между досками настила набилась чёрная пыль, и каждый шаг поднимал мелкое облачко. В углу навалены тюки с провизией. Пахло воском, нагретой тканью и потом.

За дальним столом сидел Октавио. Рядом с ним, на складном стуле с высокой спинкой, расположилась женщина, которую я до сегодняшнего дня видел только с трибун Цитадели — леди Сильвия. Лоренцо рассказывал о ней. «Мать Артефактов», глава направления зачарования, единственная женщина в Совете Искр. Невысокая, сухая, с гладко убранными тёмными волосами и руками, на которых блестели едва заметные белые полоски ожогов. Лицо неподвижное и собранное. Она смотрела на меня так, как смотрят на материал перед первым ударом молота.

Мужчина с квадратной челюстью, что вызвал меня наружу, вошёл следом. Мастер Гор — вспомнил наконец, как его зовут. Глава бронников. Массивный, широкоплечий, из тех людей, которые заполняют собой любое помещение. Он прошёл мимо меня, обогнул стол и сел рядом с Октавио, грузно опустившись на скамью.

Трое членов Совета Искр за столом. Я перед ними, голый по пояс, в рваных штанах, покрытый коркой грязи и пепла. Допрос, собеседование, очная ставка. Называй как хочешь.

Я