Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

Иногда, когда Хелен спала, я тихо любовалась на ее густые волосы, разметавшиеся по подушке, длинные ресницы и фарфоровую кожу, и мне казалось, что так должны выглядеть не ведьмы, а лишь ангелы Божьи на небесах.

По утрам она тщательно расчесывалась и заплетала тугие косы, чтобы скрыть кудри, но ничего не получалось. Каждый день несчастная Хелен выслушивала упреки и терпела наказания за то, что было даровано ей Всевышним.

– Не думайте, что свинец не способен поразить оборотня. Стреляйте в него свинцовыми пулями. И пока раны на поганой плоти не успели затянуться, настигайте его и разите серебряным или обсидиановым клинком! – продолжал попечитель. – Сорвите серебряные цепи со святыми крестами со своих тонких шей и протягивайте так, чтобы зверь запнулся. Пусть серебро порежет его ноги, и тогда у вас будет время, чтобы прикончить его.

Я записывала и зарисовывала все на листах бумаги, сидя за столом. Залюбовавшись изящным плетением серебряной цепи, которую мне удалось нарисовать, я не заметила бесшумного движения рядом, и вдруг на руки мои обрушилась трость нашего учителя.

– Вы хотите, чтобы каждый зевака мог прочесть ваши записи, Джейн Эйр? Встаньте! Встаньте и отвечайте: почему вы позволяете каждому проходимцу совать нос в ваши бумаги?

Я вскочила на ноги. Пальцы ломило от боли, руки дрожали, и я едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.

– Но, сэр, ведь здесь нет проходимцев, – сказала я. – Здесь только девочки и вы.

– А если я сам – оборотень? – тихо спросил он. – Об этом вы не подумали своим крохотным мозгом?

Спустя без малого три часа в мое окно стукнулся камешек. Я не спала. Заложив книгу закладкой, я погасила лампу и выглянула в окно, но было слишком темно. Надев капор, я тихо спустилась. Сторожа на месте не оказалось. Мальчишка появился из темноты, стоило мне подойти к воротам.

– Колотильщик не появлялся уже несколько недель, – сказал он, отвесив поклон, будто я знатная дама. – Некоторые говорят, что он покинул Лондон.

– А как думаешь ты?

– Не дождемся мы от него такой милости. – Он залез на ограду и повис на ней, словно обезьянка. – Говорят еще, что третьего дня у одного из колотильщиков пропали палка и фонарь.

– Кто говорит?

– Колотильщики и говорят, мистрис. Сидят в своей норе, в которую сбредаются почти каждый вечер, и плачутся друг дружке за кислым пивом.

– А раньше палки и фонари тоже пропадали?

Мальчик пожал плечами.

– Значит, ты знаешь, где собираются колотильщики?

На улице царила ночь. Нам приходилось говорить шепотом, чтобы не производить шума, и периодически оглядываться: не появился ли кто-нибудь, кто может представлять опасность и для ребенка, и для меня?

– Ну вы же не пойдете в гильдию колотильщиков ночью?

– Мы пойдем с тобой, и сейчас же.

Мой собеседник коротко присвистнул.

– Это будет стоить…

– Я заплачу́, – перебила я юного коммерсанта. – Как тебя зовут?

– Сэм, – ответил он.

– Сэмюэл?

– Сэм.

– Как угодно, – кивнув, согласилась я. – Сумеешь ли ты поймать кэб?

Мальчишка ухмыльнулся.

Спустя четверть часа мы уже мчались в кэбе по ночному Лондону. Адрес назвал Сэм, и я даже не удивилась, когда нас высадили у старых доков.

– Мисс, – остановившись, поморщился мой новый приятель, – вы так безрассудны, чтобы идти туда, где сидят десятки мужчин?

С реки доносились тихие всплески то ли ночных рыб, то ли ночных чудовищ. Приятный запах речной воды успокаивал нервы. Луну затянуло тучами.

– Видишь ли, Сэм, – сказала я, поправляя капор, – мне, как и тебе, нечего терять.

– О, мне есть что терять, мисс, – заверил меня мой спутник.

– В таком случае я постараюсь обеспечить тебе безопасность.

Мне показалось, что мальчишка тихо хмыкнул.

Он показал мне дверь в воротах дока, в которую мне следовало войти, и сразу отступил на шаг. Подумать только: этот сорванец намеревался сбежать?

– Нет, ты пойдешь со мной, если хочешь получить свои деньги, – шепотом напомнила я.

– Но, мисс, я ребенок!

– А я женщина. И мы вместе войдем в док, чтобы поговорить с мужчинами, репутацию которых порочит кровожадный маньяк.

Мой маленький спутник раздраженно сплюнул и первым вошел в ворота. Я шагнула следом.

Вне всякого сомнения, подвергать опасности дитя – грешный поступок. Однако из рассказов мальчика о том, как он подслушивал колотильщиков, я сделала вывод, что дорога ему известна. Если эти мужчины будут недостаточно приветливы со мной, возможно, наличие юного проводника позволит мне быстрее покинуть это место.

Мы шли по дощатому полу и оба старались ступать как можно тише. В щелях между досками проросла трава. Эхо было таким сильным, что казалось, будто колотильщики, сидящие где-то в глубине, слышат наше дыхание.

Когда-то здесь ремонтировали корабли, вытащив их из воды. Потом, вслед за канализацией, были построены новые доки, а эти должны были снести, чтобы расчистить место, но почему-то не снесли, бросив их разрушаться по воле природы. Увидев стрелку, нарисованную на стене белым мелом, Сэм свернул налево и пошел вверх по лестнице.

Как только моя нога встала на первую ступеньку, я услышала приглушенные мужские голоса. Мы шли с миром. Однако у собравшихся мужчин могло быть иное мнение, поэтому я положила руку на маленький револьвер. Он был заряжен свинцом, но в моем кармане лежали три серебряные пули: никогда не знаешь, где встретишь зверя.

Конечно, мужчины услышали наши шаги, поэтому, когда мы показались из-за угла, нас уже ждали. Замечу, что ни у кого из присутствующих не было револьверов. Что вовсе не значило, что у каждого из двадцати мужчин не припасен с собой нож. Увидев нас, колотильщики удивились и расслабились. Кто-то присвистнул. Тем не менее большинство из них были серьезны и не выказывали радость от нашего появления.

– Доброй ночи, господа, – сказала я.

Самый пожилой и, видимо, главный из присутствующих, мужчина лет шестидесяти, встал с ящика, который использовал как табурет, и без улыбки спросил:

– Зачем, мисс, вы заявились сюда? Да еще и прихватили этого оборванца? Что вы ищете здесь? Развлечений или легких денег? – Он обернулся к мужчинам и прикрикнул: – Кто-нибудь заказывал проститутку? Впрочем, на проститутку вы не похожи. Неужели для вас, мисс, не нашлось работы гувернанткой, горничной или хотя бы поломойкой в трактире? И не этот ли маленький поганец упер два мешочка табака у Рыжего Джона четвертого дня?

Сэм отрицательно замотал головой. Я сделала шаг вперед и вправо, прикрывая мальчика спиной.

– Мы не бандиты, мисс, – угрюмо покачав головой, продолжил колотильщик. – Но не любим гостей. И если вы не скажете, зачем пришли, мои друзья утолят свою жажду. И уверяю, мы честно заплатим за ваш развратный труд.