В черной краске становишься черным. Том 2 - Юй Сы

собой и Гу Вэньвэнь, но не потому, что особенно жаждал ее компании, а потому, что стоило ему выйти за ворота их дворика, как шицзе выскочила из комнаты и увязалась за ним. Третий господин с великодушием Будды смирился с этим хвостом. К тому же он все равно хотел разговорить девушку.

До сей поры Се Юньци и Гу Вэньвэнь редко оставались наедине подолгу. Зачастую они ели вместе или же тренировались, но даос будто незримо присутствовал между ними. На самом деле, у Вэньвэнь не было времени даже разговорить своего новоиспеченного шиди, так что она горячо взялась за дело.

– Шиди Се, а как ты попал в орден Тяньлин? – как бы невзначай спросила она, когда они вышли из поместья, по настоянию управляющего закрыв лица платками. Девушка слегка повернула голову и залюбовалась профилем своего шиди, который даже в платке выглядел восхитительно. Впрочем, он выглядел восхитительно во всем. Иногда Гу Вэньвэнь, глядя на него слишком долго, ощущала, как заходится ее сердце, но потом он снова делал что-нибудь глупое, и сердце успокаивалось.

– Какой орден? – недоуменно переспросил Се Юньци, погруженный в свои мысли. – А-а, – тут же спохватился он. – Точно, мой орден Тяньлин, в который я попал…

– В детстве, – подсказала Гу Вэньвэнь, не замечая, что Се Юньци путается в собственном «прошлом».

– Точно. Ой, да там совершенно неинтересная история, – отмахнулся Се Юньци и очаровательно улыбнулся. К сожалению, половину его лица закрывал платок, поэтому ожидаемого эффекта улыбка не дала: противная девица продолжала смотреть на него краем глаза, ожидая ответа. Се Юньци скрипнул зубами. – После смерти родителей меня забрала к себе семья тетки, а потом в город как-то приезжали заклинатели и набирали новых учеников. Ну, меня и проверили и обнаружили, что у меня есть талант к совершенствованию. Тетка скрепя сердце отпустила в горы, ну и вот. На этом все, – лаконично закончил он.

Гу Вэньвэнь кивнула, осознавая, что, кажется, задела болезненную тему.

– Наверное, тебе не хочется об этом рассказывать, извини, – вздохнула она. – Я тоже сирота, так что хорошо понимаю.

Се Юньци наконец ощутил интерес к беседе.

– А что случилось с твоей семьей? – спросил он, разглядывая пустынную улицу, на которой не было ни души. Некоторые лавки стояли открытыми, но без посетителей. Казалось, что Шанло превратился в город-призрак.

– Учитель сказал, что они погибли, когда я была совсем маленькой, – после долгой паузы ответила Гу Вэньвэнь, рассудив, что теперь, когда Се Юньци официально ученик ее Учителя, нет нужды столь таиться от него. – А он по случайности спас меня и воспитал, поэтому он для меня как отец.

– Как они погибли?

– А как погибли твои? – вопросом на вопрос отозвалась девушка и грустно улыбнулась. – Думаю, наши истории схожи. Наверняка твоя семья тоже пала жертвой злых демонов.

– Моя?.. А, ну… да. – Се Юньци с трудом сохранил невозмутимое выражение лица и вздохнул, хотя внутри поднимался отчетливый гнев. – Вроде того. Да, именно так они и погибли: от рук безжалостных убийц, которые не пощадили даже маленьких слуг моего клана. Кто они, если не демоны? – его голос зазвенел от подавляемой злобы.

Возможно, Двуликий колокольчик после столь долгого использования начал постепенно терять свою силу, потому что Гу Вэньвэнь поежилась будто от внезапно охватившего ее холода.

– Твою ненависть я тоже понимаю, – сказала она. – Учитель говорит, что, когда я буду готова, он расскажет мне о моей семье. И тогда я смогу отомстить за родных. – Она схватилась за края красной ленты, которой подвязывала волосы, подражая Учителю. – Я поклялась сделать это давным-давно.

В голове Се Юньци что-то щелкнуло, отвлекая от гнева, и картинка вдруг сложилась: Гу Вэньвэнь во всем равнялась на даоса, так, может быть… Внезапно Се Юньци охватило жгучее желание сунуть нос в чужие дела.

– Эта красная лента – свидетельство твоей клятвы? – спросил он. – А у Учителя… тоже?

Гу Вэньвэнь прикусила язык и смутилась, словно проболталась о чем-то лишнем, и это еще больше подтвердило подозрения Се Юньци. Наконец она кивнула, а затем быстро добавила:

– Но я не знаю его клятвы, Учитель никогда об этом не говорил. Однако я думаю, это как-то связано с…

– С чем? – выпалил Се Юньци прежде, чем успел сообразить, что слишком раскрывает себя.

– Неважно. – Девушка, видимо, поняла, что снова проговорилась, и замолчала.

Они дошли до конца улицы и свернули к главным воротам. Молодой человек все гадал, что за клятву не мог исполнить великий даочжан Сюаньи. И если он не мог… было ли это вообще возможно?

Гу Вэньвэнь тоже молчала, ругая себя за то, что разболтала не свою тайну. Но шиди Се так мягко и нежно улыбался и, хотя он был порой вспыльчивым и взбалмошным, плохим человеком не казался. И Учитель даже принял его в ученики, а значит, доверился. Разве есть что-то плохое в том, что она рассказала шиди чуть больше об их общем Учителе? Всего лишь то, что на нем тоже лежит какое-то тяжкое бремя. Может, вдвоем они смогут его облегчить…

– Учитель же из ордена Чэньси, верно? Я слышал, что когда-то именно даочжан Сюаньи прославил этот Великий орден, убив Владыку демонов, – проговорил Се Юньци, переводя тему. – Почему он… ушел?

Было очевидно, что даос покинул свой орден. Давным-давно он просто исчез, будто оставил не только Чэньси, но и весь мир, и никто не знал причины. Хотя разыскать его оказалось не так сложно, создавалось впечатление, будто его вовсе никто не ищет… Это изумляло Се Юньци: Мо Хэ был величайшим заклинателем эпохи и, несомненно, большим подспорьем процветания праведного мира. Любой орден принял бы его с распростертыми объятиями, осыпал духовными кристаллами и артефактами лишь за возможность внести его имя в список своих членов. Он мог стать придворным заклинателем и сразу занять должность номинального главы Террасы наблюдения за небом. Он мог… Да что угодно. А вместо этого даос влачил жалкое существование, скитаясь по городам Поднебесной.

Когда-то этот вопрос беспокоил весь заклинательский мир – даже демоны не удержались от сплетен, – но теперь все покрылось мирской пылью. Когда уже после знакомства с даосом Се Юньци попросил Сяо Шэ расследовать его прошлое, слуга так и не нашел на этот вопрос логичного ответа. Теперь же он с нетерпением воззрился на Гу Вэньвэнь, надеясь, что эта девица наконец разрешит загадку столетия.

– Понятия не имею, – пожала плечами та, разрушая все его мечты.

Он закатил глаза.

– А ты бывала там? В ордене Чэньси? – спросил он.

– Никогда, – отозвалась Гу Вэньвэнь. – Учитель, наверное, не хочет возвращаться. Он никогда не говорит о Чэньси и ничего не рассказывает о своей юности. Только иногда угрожает, что заставит меня учиться с другими молодыми заклинателями. – Она хихикнула, будто не веря, что Мо Хэ способен на это.

Се