Медиатор Империи. Том 1 - Евгений Неволин

Глава 5

На кухне, заставленной немытой посудой и пустыми бутылками, я собрал из найденных здесь же ингредиентов несколько самых настоящих зажигательных коктейлей. Руки сами помнили армейскую науку, так что я быстро разорвал какую-то вонючую тряпку на полосы, смешал бухло в нужных пропорциях с растительным маслом, и плотно закупорил фитили. Не забыл прихватить с собой и пластиковую зажигалку, сиротливо лежавшую на липким и засыпанном окурками столе.

На сотрясающий стены стук по входной двери один из алкашей всё-таки зашевелился. Он с огромным трудом поднял на меня свой мутный, непонимающий взгляд. Алкаш усиленно моргал, пытаясь сфокусироваться и идентифицировать во мне какого-то своего знакомого собутыльника, с которым он вчера квасил. Наконец он сипло прохрипел что-то совершенно нечленораздельное и невнятное. Разбирать бессвязный бред пьянчуги у меня не было ни малейшего желания, ни, что куда важнее, драгоценного времени.

Окно на балкон, к моему безграничному счастью, было у них настежь открыто, наверняка для того, чтобы в этой газовой камере было хоть какое-то жалкое подобие проветривания.

В теории путь на крышу мне изначально представлялся довольно простым, логичным и даже где-то элегантным. Например, вот я просто выбираюсь через балкон на крышу, затем лезу по ней вверх, легко перебираюсь на соседнее здание, и всё — я свободен как ветер. Но, увы, реальный вид с этой головокружительной высоты моментально остудил во мне всякое желание лезть наверх и проверять судьбу на прочность.

Крыша балкона, покрытая пошедшим трещинами шифером, явно не предназначалась для лазанья и экстремальных акробатических этюдов. Мои мелко дрожащие от напряжения пальцы просто предательски соскользнули бы с поверхности, да ещё и этот хрупкий шифер мог в самый неподходящий момент обломиться под моим весом, отправив меня в долгий полёт с пятого этажа на асфальт.

— Что же делать, что делать, думай, голова, думай… — я судорожно соображал, лихорадочно переводя взгляд с одного соседнего балкона на другой, что располагались этажом ниже, оценивая свои шансы и пытаясь найти оптимальный маршрут. — Хм, а почему бы, собственно, и да? Вариант дерьмовый, но других-то нет.

Бутылки с зажигательной смесью я наспех закрепил обрывками ткани за поясом, чтобы они мне не мешались при движении и были всегда под рукой. В дверь квартиры в этот момент уже откровенно долбили чем-то тяжёлым, судя по раскатистому звуку, и окончательно проснувшийся злой алкаш, махнув на меня рукой, решил, что я какой-то его старый знакомый, с которым он вчера бухал, и не представляю для него ни малейшего интереса. Он нетвёрдой походкой направился прямо к двери, что-то неразборчиво бормоча себе под нос на чистейшем матерном языке.

— Фух… Фух… Спокойно, Марк, просто глубоко вздохнул и давай… — я сам себя отчаянно убеждал начать этот смертельно опасный спуск, тряся руками в воздухе, чтобы хоть как-то высушить вспотевшие от дикого напряжения ладони.

Но они всё равно становились влажными и противно скользкими, даже если я насухо вытирал их о ткань футболки. Наконец, собрав в кулак всю свою волю, я вылез наружу, трясясь всем своим избитым телом не столько от высоты, сколько от слабости в ногах и руках.

Я до хруста в челюстях сжимал зубы от боли в сломанных рёбрах и разбитых коленях, но всё-таки смог выбраться наружу, мёртвой хваткой цепляясь скрюченными пальцами за шатающиеся под моим весом перила балкона.

Нащупать хоть какую-то надёжную опору снизу было почти невозможно, но что поделать? Я словно совершал отчаянный прыжок веры в бездну, медленно сползая вниз и не видя, куда именно приземляюсь. Но мне, хвала всем местным и неместным богам, всё равно каким-то чудом удалось относительно мягко спуститься на нижнюю, более надёжную на вид крышу соседского балкона. Сердце колотилось в рёбра и виски, а перед глазами плыли круги.

Этот балкон, как назло, был наглухо закрыт, и разбивать его окно было слишком рискованно, потому как шум мог быть услышан гвардейцами сверху. Зато вот соседний балкон, на моё несказанное счастье, был открыт нараспашку, словно приглашая меня войти. Там стоял какой-то кряжистый мужик в семейных трусах и растянутой майке, с кружкой дымящегося кофе в руке и смотрел на меня с плохо скрываемым любопытством и каким-то хулиганским азартом в глазах.

— Вот она, молодость-то, неугомонная… весело живёте. Муж, что ли, не вовремя домой пришёл, хе-хе? — участливо и с лёгкой ехидцой спросил он, громко отхлебывая свой горячий напиток, ещё и наслаждаясь бесплатным спектаклем.

— Ага, прикинь, как не вовремя, просто беда. А эта сука меня даже не предупредила, что он с ночной смены вернётся! Отойди, будь другом, я тут сейчас… аккуратненько, — попросил я его отойти подальше жестом дрожащей руки, стараясь не смотреть в пропасть между балконами.

Он отошёл с понимающей улыбкой, сделал ещё один глоток кофе, с интересом наблюдая за представлением. Я на всякий случай, сам не зная зачем, перекрестился и прыгнул. Хотелось бы потом рассказывать в баре под пиво, что я был грациозен как Джеки Чан или вроде того, но это было бы наглой ложью. Я просто рухнул на его балкон как тяжёлый мешок с кряхтящим песком, едва не сломав себе оставшиеся целыми кости.

— Ну, удачи тебе, парняга, развлекайся. И если что, ты меня не видел, а я тебя уж тем более, — мужик с понимающей улыбкой помог мне подняться и направить внутрь квартиры. — Катюш, ты это, не пугайся только! Покажи ему там, где у нас дверь, и пусть идёт себе с Богом! — напоследок весело крикнул он куда-то вглубь своего жилища.

И внутри его квартиры было куда приятнее, чем в том притоне. Тут приятно пахло домашней едой, уютом и свежим кондиционером для белья, а на полу и в коридоре валялись детские игрушки, вещи и одежда.

— Э-э-э… что вы здесь делаете… Са-а-аш? — меня испугалась красивая, русоволосая женщина лет тридцати с пятилетним ребёнком на руках.

— Да я тут буквально мимоходом, спасибо вам огромное за гостеприимство, — скороговоркой протараторил я, направляясь куда-то в сторону предполагаемого выхода. — Выход тут, да? Всего вам хорошего! У вы похудели, да?

Я продолжал безостановочно говорить, не давая женщине возможности начать сыпать вопросами и поднять панику. На вопрос о похудении она забыла, что боится меня и губы ее слегка дернулись в улыбке.

Дверь наверху наконец-то с грохотом и треском открыли, и гвардейцы с криками ворвались внутрь. Я на всякий случай схватил одну бутылку с пояса и вынул зажигалку. Идти вниз по лестнице я старался как можно аккуратнее и тише, чтобы шуршание подошв не услышали