Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

Лаэрлин сжала его плечо. "Сначала спаси мир, Альфрик. А потом мы сделаем все, что в наших силах, чтобы исправить это, клянусь".

"Ты, - сказал он хрипло, - тоже еще не приняла его лук".

"Верно". Лаэрлин пошла прочь по лужайке. Она опустилась на колени перед отцом и достала из сундука лук Правосудия.

Альф последовал за ней.

ГЛАВА 50

В те последние часы Бор достиг такого мастерства, о котором и не мечтал. Он и Разрушитель Чар представляли собой несравненную гармонию насилия.

Первый владелец меча, капитан рейфов Акрайст, Рука Боуна, всегда рассматривал меч как простой инструмент, часть своего арсенала. Для него меч был собственностью. Он никогда не отдавал себя мечу.

Второй обладатель Разрушителя Чар, смертный Альфрик Ламмергейр - лишь однажды использовал меч в полную силу. В туннелях под Некрадом, когда Девятеро сражались, чтобы убить Лорда Боуна, только в тот день Альф дал полностью овладеть собой Разрушителю Чар. После смерти паладина Пейра он стал воспринимать меч как бремя, которое нужно терпеть, как кровожадного монстра, которого нужно заточить в тюрьму. Больше Альф никогда не отдавал себя в руки меча.

Но третьего владельца, Бора Сломленного, ничто не могло остановить. Он был сломлен, и меч наполнил его. Он двигался с невиданной скоростью и грацией, поскольку убил много эльфов, и меч забирал их жизни и скармливал их Бору. Он уже не мог различить, где меч, а где смертный. Он был тварью с острыми черными когтями, с рубиновыми глазами и стальными сухожилиями. Охотники преследовали его, и он убивал их. На него накладывали чары и иллюзии, и он разрушал их. Заклинания прорицания искали его, а он проглатывал их и оставался незамеченным. Тысячи лет туманы Эвесленда защищали лес от вторжения, а рыцари охраняли его от любого незваного гостя, который случайно проскользнул бы сквозь внешнюю защиту. Но этого врага привел тот, кто издревле знал лес и он владел оружием непревзойденной силы, которое эльфы не могли одолеть.

Со всех сторон вокруг него звучали рога Земли Эльфов, и в их криках был страх. Они вопили, что в лесу затаился враг, а их охотники не могут его найти.

Все ближе и ближе подбирался он к своей жертве.

Вперед, вперед, - твердил меч. Впереди над лесом возвышалось дерево Эрлкинга. Это был столб, подпирающий небо, и Бор должен был обрушить его.

И вот последний рубеж, последнее кольцо защитников - и он не встретил сопротивления. Эльфы с ввалившимися глазами равнодушно наблюдали за его приближением, а затем скрылись. Их существование было магически связано с деревьями жизни, и меч мог развязать их одним прикосновением. Они растаяли, как туман, вместо того чтобы сражаться с ним. Бор взвыл - звериный вопль разочарования от того, что ему отказали в кровопролитии. Он зашагал к дереву и дворцу Эрлкинга. Пес бежал за ним.

Меч развеял все иллюзии. Бор не видел ни домика, ни заколдованного дворца. Он видел только дерево, а вокруг него переплетение корней. Кости и другие останки лежали там, затерявшись в листве. Эрлкинг сидел, примостившись на низкой ветке, словно какой-то странный бесенок, неизмеримо старый и иссохший, крошечный по сравнению с массивом дерева. Но меч видел и эту иллюзию насквозь. В свете меча Эрлкинг излучал таинственную силу. В его глазах был свет древних звезд.

Меч был выкован, чтобы гасить этот свет. Каждый атом его существа жаждал его уничтожения.

Но между мечом и его добычей стоял Ламмергейр.

"Кто ты?" - вскричал Ламмергейр.

"Ты знаешь меня. Я - Бор. Я спас твою проклятую сестру! Я был там, когда ты сражался в Ардене!" Он прищурился. "Черт возьми, ты и есть тот самый монах. Я был там, когда ты говорил мне всякую чушь о дружбе".

"Да", - сказал Альф. "Припоминаю. Только это была не чепуха".

Пес залаял и, рыча, бросился на Альфа, а затем отступил, когда стрела вонзилась в землю прямо перед его носом. Лаэрлин наложила на лук еще одну стрелу и прицелилась в Бора.

"Это не Мортус, - насмешливо произнес меч. "Это всего лишь поспешная замена, символ без силы. Тебе не стоит его бояться".

Бор двинулся к дереву Эрлкинга, и Альф переместился, чтобы преградить ему путь.

"И клинок на твоем боку, Ламмергейр, не более чем бледная тень меня".

Но Ламмергейр не обнажил свой клинок. Пока не обнажил. "Зачем ты здесь?"

Бор рассмеялся. "Чтобы спасти тебя. И убить короля".

"Меня не нужно спасать".

"Возможно. Но его все равно нужно убить".

"Что за ссора у тебя с Эрлкингом?"

"В историях говорится, что он послал Заступников, да? Что он возвысил лордов, чтобы они правили нами. Я знаю, что он послал чертовых рейнджеров шпионить за нами. Ублюдки все! Меч хочет его смерти, и я тоже. Мы единодушны в этом вопросе. Так что отойди в сторону, Ламмергейр".

"Я стоял там, где сейчас стоишь ты. Я сразил лорда Боуна этим мечом. Думал, что мои поиски закончатся, когда я убью Темного Лорда, и я отправлюсь домой отдыхать. Но это не конец. Нет такого момента, когда можно сказать, что дело сделано. Даже если бы ты смог убить его, это не сделает мир правильным".

"Вот ты и защищаешь самого большого ублюдка на всей земле". Бор ткнул Разрушителем Чар в сторону Эрлкинга. "Меч говорит со мной. Говорит мне, какой ты дурак. Где твои так называемые друзья, Ламмергейр? На чьей ты теперь стороне? Ты не заслуживаешь этого клинка", - прорычал он.

"Это мой меч у тебя в руках".

"Твой меч. Твоя сила. Великий герой Девяти, с твоей зачарованной жизнью. Общество лордов и принцесс, безмерное богатство – и ты ничего из этого не заработал. Герой? Все это означает лишь то, что у тебя больше магического дерьма, чем у твоего врага. А без этого меча кто ты? Всего лишь человек". Бор шагнул к Альфу. "И если ты умрешь, это будет мой меч".

Он замахнулся клинком на Альфа.

Альф отскочил в сторону, уклоняясь от удара, но не от взрыва силы, который последовал за ним. Волна подхватила его и подбросила в воздух, после чего он тяжело приземлился на каменистую дорожку между двумя участками мягкой зеленой травы. "Черт!" Он вытер кровь с носа. В ушах звенело. "Так вот на что это похоже".

"Альфрик, вставай!" - крикнула Лаэрлин. Она выпустила