Всадники Перна - Энн Маккефри

Южном Вейре на протяжении семи Оборотов, но наземные команды не находили в земле ничего, что требовалось бы сжечь, – хотя часть Нитей постоянно добирается до земли, сколь бы опытными и зоркими ни были всадники. Т’бор настаивает, что после Падений зарывшиеся Нити не находили ни разу. – Ф’лар поморщился. – Его всадники знают свое дело, и Падения на юге не столь обильны, и все же мне хотелось бы знать…

– И что ты по этому поводу думаешь? – со свойственной ей резкостью спросила вернувшаяся Лесса. – Как я понимаю – ничего. Пока Нити не начали падать вне расписания и ты не побывал на болотах, тебе не приходило в голову как-то сопоставить эти сведения.

Естественно, она была права, но, судя по виду Н’тона, он стоял перед мучительной дилеммой: согласиться с ней или посочувствовать Ф’лару. Ф’лар мысленно обругал себя за свою немощь, вынуждавшую его в критический момент полагаться на наблюдения других.

– Я уже не первый Оборот всадник, предводитель, – сказал Н’тон, обдумывая каждое слово. – Я научился тому, что все имеет свою цель. Когда-то я считал глупцом своего отца, который настаивал, что кожу можно дубить лишь одним способом, а растягивать ее нужно понемногу, хорошо намочив, но недавно я понял, что в том есть свой порядок, свой резон, своя поэзия. – Он замолчал, но Ф’лар поторопил его, требуя продолжать. – Больше всего меня интересовали методы мастера-кузнеца. Он постоянно размышляет.

Ф’лар улыбнулся, увидев восхищенный блеск в глазах молодого всадника.

– Боюсь, я ему только мешаю, но я столь многому у него научился – вполне хватает, чтобы понять, насколько велики пробелы в переданных нам знаниях, понять, что, возможно, Южный континент был покинут для того, чтобы на нем расплодились те личинки…

– Хочешь сказать, Предки знали, что не смогут добраться до Алой Звезды, – воскликнула Лесса, – и вывели червяков для защиты своих посевов?

– Если они вывели драконов из огненных ящериц, то почему бы и не червяков в качестве наземных команд? – улыбнулся Н’тон, понимая, сколь фантастично выглядит его предположение.

– Вполне разумно. – Лесса с надеждой посмотрела на Ф’лара. – Во всяком случае, это объясняет, почему драконы не совершали прыжков в Промежутке к Алой Звезде. В том попросту не было нужды – защита уже имелась.

– Тогда почему этих личинок нет здесь, на севере? – проворчал Ф’лар.

– Ха! Кто-то внезапно умер и не успел передать все сведения, или посеять личинок, или вырастить их… кто знает, что могло случиться? – Лесса развела руками.

Ф’лар со всей очевидностью понял, что она предпочитает именно эту теорию, возможно пытаясь помешать его желанию отправиться к Алой Звезде. Ему хотелось верить, что именно в личинках заключается ответ, но на Алой Звезде побывать необходимо, хотя бы для того, чтобы убедить лордов, что всадники заслуживают доверия.

– Мы до сих пор не знаем, существуют ли личинки за пределами болот, – напомнил ей Ф’лар.

– Я не против пробраться туда и выяснить, – сказал Н’тон. – Я очень хорошо знаю Южный континент, господин, возможно, лучше, чем кто-либо еще, даже Ф’нор. Мне бы хотелось получить твое разрешение побывать там и проверить… – Увидев, как колеблется Ф’лар и хмурится Лесса, он поспешно продолжил: – Я сумею обмануть Т’кула. Он столь прямолинеен, что его даже жаль.

– Ладно, ладно, Н’тон. Отправляйся. Если честно, мне больше некого послать.

Ф’лар попытался скрыть горечь при мысли, что Ф’нор связал себя с женщиной, – разве он не всадник в первую очередь? Но он тут же понял, что не прав. Брекка была госпожой Вейра и лишилась своей королевы вовсе не по собственной вине. Ф’лар до сих пор ругал себя за то, что ему не пришло в голову пристальнее следить за Киларой, хотя его предупреждали. И если присутствие рядом Ф’нора могло облегчить страдания Брекки, было бы непростительно лишать ее общества друга.

– Отправляйся, Н’тон. Выясни все и привези побольше образцов этих личинок из разных мест. Жаль, что Вансор разобрал то другое устройство – мы могли бы взглянуть на них поближе. Мастер-скотовод – просто дурак. В разных местах личинки могут быть не одни и те же.

– Личинки – это просто личинки, – пробормотала Лесса.

– Скот, выращенный в горах, отличается от того, что выращен на равнинах, – сказал Н’тон. – Луноцветы, что растут на юге, больше, и плоды их сочнее, чем в лучших садах Нерата.

– Ты слишком много знаешь, – заметила Лесса, скрыв за улыбкой язвительный тон.

– Я бронзовый всадник, госпожа Вейра, – улыбнулся в ответ Н’тон.

– Лучше иди. Нет, погоди. Ты уверен, что вы с Лиот’ом не понадобитесь в Форте для борьбы с Нитями? – спросил Ф’лар.

Зрелище пышущего здоровьем парня, лишь подчеркивавшее его немощь, причиняло ему страдания.

– Ни на мгновение, господин. Там пока что кромешная ночь.

Задорный тон Н’тона лишь подчеркивал его молодость, и Ф’лар махнул рукой, давая понять, что разговор окончен. Едва всадник вышел, Ф’лар столь ожесточенно выругался, что Лесса озабоченно бросилась к нему.

– Я буду здоров. Буду здоров! – выдохнул он, прижав ее ладонь к своей щеке и благодарно ощущая прохладу ее пальцев.

– Конечно будешь. Ты никогда серьезно не болеешь, – тихо прошептала она, поглаживая свободной рукой его лоб. – Просто ты сделал глупость, отправившись в Промежуток. Застудил рану и заработал лихорадку, – язвительно добавила она.

Ее тон и ласковые прохладные прикосновения успокоили Ф’лара. Он откинулся на подушки и заставил себя заснуть, чтобы поскорее выздороветь.

Глава 14

Руат-холд, раннее утро.

Бенден-Вейр, полдень

Когда пришло известие, что в этот ясный весенний день, вероятно, случится Рождение, Джексом не знал, радоваться ему или нет. С тех пор как десять дней назад две королевы убили друг друга, Лайтол пребывал в столь мрачном настроении, что Джексом передвигался по холду на цыпочках. Его опекун и прежде не был склонен к веселью и шуткам, но его нынешнее молчание держало в напряжении весь холд. Даже новорожденный младенец не плакал.

Джексом знал, что потеря даже одной королевы – это плохо, очень плохо, ужасно, но потерять двух, да еще столь кошмарным образом! Казалось, дальше будет только хуже. Случившееся потрясло Джексома до глубины души, и он боялся вновь увидеться с Фелессаном, не в силах забыть, как они осквернили своим присутствием площадку Рождений. Не наказание ли это?

Но если рассуждать логически, обе королевы погибли не в Руате и не над Форт-Вейром, под крылом которого находился Руат. Джексом никогда не встречался ни с Киларой, ни с Бреккой. Ф’нора он знал и глубоко ему сочувствовал, если хотя бы половина того, что он слышал, была правдой и Ф’нор