Песнь Ариадны - Guiltythree

атаки Ночной Странник больше не ошибался, так что Кэсси смогла нанести ему лишь несколько незначительных ран. Количество возможных будущих вариантов, где ей удавалось спастись, тем временем с угрожающей скоростью продолжало сокращаться — это был результат того, что он учился сражаться с ней и соответствующим образом адаптировался.

Впрочем, после первой стычки Ночной Странник не продолжил натиск… потому что понял: ему не удастся быстро её прикончить. К тому же, похоже, Астерион передумал убивать её сразу после того, как она отказалась от Башни Надежды, исключив себя из списка серьёзных угроз.

Как бы то ни было, время стало роскошью, которую Ночной Странник больше не мог себе позволить.

Он разорвал дистанцию, помолчал мгновение и тихо выругался.

Затем, не проронив больше ни слова, Ночной Странник развернулся и исчез. Один шаг перенёс его на череп дракона, другой — внутрь великой пагоды.

Он спешил привязать себя к Шлюзу и предотвратить столкновение Острова Слоновой Кости с Ночным Садом.

Кэсси пошатнулась.

Она чувствовала такую усталость, что была готова упасть в обморок, и её переполняла память о пережитой боли… но ей нельзя было терять время.

Она должна была бежать, прежде чем Ночной Странник привяжет себя к Башне Надежды. Развернувшись, она бросилась к роще древних деревьев — и к портальной арке, где Рейн уже призвала божественное пламя.

Портал в Башню Чёрного Дерева теперь снова был открыт. Внутри каменной арки колыхался омут непроглядной тьмы, а перед ним, растерянная, стояла Рейн.

Приземлившись на землю рядом с девушкой, Кэсси, используя остатки сил, толкнула Рейн внутрь. Затем она осторожно вкатила в арку инвалидную коляску, в котором сидел Пустой остаток Улыбки Небес, и наконец переступила порог сама.

Прохладная тьма окутала её израненное тело. Портал позади неё схлопнулся, унося с собой весь свет.

Кэсси снова осталась в темноте.

…Впрочем, эта тьма была куда более умиротворяющей.

Казалось, все силы разом покинули её, и стоять на ногах стало невыносимо трудно. Кэсси медленно выдохнула и опустилась на колени. В наступившей тишине внезапно послышался звук неторопливых шагов, приближающихся к ним.

Холодный голос прозвучал откуда-то сверху, эхом отражаясь от стен каменной камеры.

«Ну и ну. Смотрите, кто к нам пожаловал. Ах, разве это не моя любимая ведьма! Добро пожаловать в мой Домен, леди Кассия. Должен сказать, окровавленный вид тебе к лицу».

Мир окрасился в мириады оттенков серого, поскольку Кэсси наблюдала за ним глазами Рейн.

Под взглядом Рейн Мордрет несколько секунд молчал, а затем мрачно улыбнулся, глядя на Кэсси сверху вниз.

«Почему же ты так долго?»

Глава 2871

Одинокая гора возвышалась над бескрайней горной цепью, пронзая небо своими зубчатыми пиками. Сияющая луна заливала её склоны бледным светом, а сильные ветра вновь и вновь обрушивались на её вздымающуюся тёмную массу, крича в бессильной ярости.

На самой вершине горы обширная площадка из плоского камня была покрыта снегом. Под его холодной пеленой покоились бесчисленные кости, и, хотя на девственно-белой поверхности не было ни единого следа, в центре древнего поля смерти стояла одинокая фигура.

Это был мужчина с тёмной кожей и широкими плечами, его крепкое тело, казалось, было высечено из камня. Его взъерошенные чёрные волосы покрывал снег, а в бороде виднелся лёд.

В руке мужчина сжимал грозный большой лук, а вокруг него в снег, словно частокол — или словно лес надгробий, поднимающихся из могильной земли — были воткнуты осадные стрелы.

Некогда этот мужчина был Святым Даром из клана Махарана. Теперь же он был сосудом Мордрета из Ниоткуда, Короля Ничего. В его всевидящих глазах отражались все Чёрные Горы.

Эти горы утопали в кровопролитии и жестокости беспощадной военной кампании. Линия обороны Домена Человечества протянулась с востока на запад, служа барьером между сердцем Царства Снов на юге и относительно дикими областями северных районов.

Она состояла из взаимосвязанной цепи крепостей — человеческие твердыни занимали соседние пики, каждая из которых могла поддержать две другие подкреплением и стрелковым огнём. Новые слои укреплений возводились по мере того, как разрушались старые, так что даже прорвав несколько последовательных слоёв оборонительной линии, Мордрет всё ещё не мог уничтожить её.

Конечно, он мог бы просто обойти Чёрные Горы. Его Вознесённая Способность позволяла ему соединять свой Зеркальный Домен с многочисленными отражениями и использовать каждое отражение как дверь — это давало его армии беспрецедентную мобильность, и позиционная война против него была практически бесполезна.

По крайней мере, так должно было быть… но только не в этом случае.

В конце концов, это была не та война, где одна сторона проигрывает, когда её солдаты обращены в бегство. Это была война, которая закончится лишь тогда, когда одна из сторон полностью вымрет, поэтому Мордрету в конечном счёте пришлось бы убить всех этих солдат. Так что он даже выигрывал от ведения упорядоченной, традиционной войны. Вместо того чтобы вторгаться на территорию Домена Человечества молниеносной кампанией, он продвигался медленно, тщательно обеспечивая свой тыл, прежде чем двигаться дальше. Так потери среди его сосудов сводились к минимуму, и он мог основательно подготовиться к будущему контрнаступлению.

Итак, Чёрные Горы превратились в кровавую баню.

В данный момент он осаждал несколько вершин, а также сражался за контроль над рядом важных горных перевалов и использовал одну из уже захваченных крепостей, чтобы уничтожить две соседние.

Горы содрогались, каскады лавин срывались вниз, окутывая поля сражений ледяными облаками снега. Кровь стекала по склонам глубоких ущелий, окрашивая горы в красный… необъятная ярость этого огромного фронта была настолько широкой и устрашающей, что её едва ли можно было осмыслить.

С одной стороны, лучшие воины человечества сражались плечом к плечу под знаменем своего нового господина, старейшего Суверена — Астериона. Святые, Мастера и Пробуждённые — все были подвластны одним и тем же чарам и объединены одной решимостью — дать отпор врагу. Их были сотни тысяч, всех закалили войны прошлого и вооружили мощные арсеналы Эхо и Воспоминаний.

С другой стороны был Мордрет. Он в одиночку сражался против объединённой мощи человечества, тесня его назад.

Силы были примерно равны… пока что.

По правде говоря, Домен Человечества был ослаблен внутренней враждой между теми немногими, кто всё ещё хранил верность Бессмертному Пламени, и теми, кто уже был порабощён Порождением Снов. Когда последние верные воины будут околдованы или уничтожены, эта вражда уйдёт в прошлое, сменившись неестественным единством.

Тогда мощь человечества совершит качественный скачок, и Мордрет будет с ностальгией вспоминать те дни, когда ему противостояли всего лишь все воины человечества и ничего более.

Стоя