Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

какой-то жестокой неотвратимостью, вонзил саблю под рёбра. Девушка, открыв рот и выпучив глаза, словно беспомощная рыбка, вынутая из воды, медленно оседала на грязную палубу, а бородач стоял над ней и хохотал, наслаждаясь своей силой. Куда ей, девчонке-контрабандистке, тягаться с ним, с силачом, плавающим под командой Малкура Свирепого! Она поплатилась за свою дерзость и должна покориться грубой силе бородача. О, ему суждено немало приятных его разбоничьей душе сцен! Или...

Тут бородач внезапно замолк. Взглянул на остриё, торчащее из груди. Упал на колени и завалился на бок рядом с девушкой. Даже не успел толком удивиться, как это так произошло. Из его спины резким движением вынул шпагу человек... нет, уже не человек, а демон с горящими зелёными глазами, полными гнева и ярости, белыми клыками и растрёпанными длинными волосами, чёрными как тьма преисподней. Он видел каждое движение бородача. Каждое проклятое движение, каждое сокращение мышц великана, которой, сам не осознавая, вызвал сатану. Теперь эти руки убийцы никогда не возьмут сабли.

К бородачу поспешили его товарищи, однако беспощадная рука в чёрном рукаве с сочным хрустом вонзила кинжал между шестым и седьмым ребром. Тело первого упало рядом с бородачом. Судьба второго была ещё более жуткой: лезвие сапога вонзилось ему в шею. Испуганные пираты поспешили смыться от того, кто дерётся ещё и ногами, но далеко убежать не успели. Битва на паруснике принимала неожиданный оборот...

Палуба... нет, зал. Люди... манекены... люди... тренировка. Нет, это не тренировка, там не пахло морской солью, но почему вокруг манекены? Спасти товарища, он в беде, его окружили! Но где он? Шпага повергает на землю, вернее, на пол, одного манекена за другим, но тут так грязно и солёно... Очнись, Лу, очнись, это галлюцинация, ты на Сомниаторе, на пиратском корабле! Это не институт, не тренировка! Манекен повержен, и он внутри тёплый и мокрый...

— Шейз, хватит! Они сдаются! Всё кончено, мы победили! Ух, морские твари наедятся до отвала... А этот негодяй будет болтаться на крюке возле пристани, там ему и место!

Очнись!

Я дышу... дышу... надо отдышаться. Так, где я? Чёрная палуба, паруса, море... Точно, парусник... Неужели меня отравили? Почему галлюцинации?

Велес всемогущий... Руки — опять в крови. На грязном полу лежит лицом вниз Малкур Свирепый, и из его спины торчит мой складной нож, а голова... Складной нож! Я опять убила человека...

Сколько там было манекенов? Хватит ли мне духу поднять голову и оглядеть место битвы?

— Шейз, ты не ранен? Просто среди наших много пострадавших, силы были неравны. Ты же вроде умеешь лечить?

Кажется, это Шимми, вроде его голос. А где Аринаш? Ах, Велес всемогущий! Аринаш, милая Аринаш!

Срываюсь с места, несусь к знакомому платью, залитому кровью. Сумка, где моя сумка?! Принесите мне мою сумку!

Ох, Фок, а я считала тебя трусом! Нет, ребята, простите, вы велики духом, не бросаете друг друга, не бросаете меня! Надо очень многих перевязать... Сколько раненых! Они мучаются, они ужасно страдают! Вот обратная сторона человеческих конфликтов, борьбы за наживу или идею: кровь и страдания! Нет, не может мир строиться на этом, мы давно не животные, руководствующие инстинктами и имеющие цель выжить и обеспечить процветание вида. Нет, люди не выживают, люди живут, они не должны резать друг другу глотки. Но, о боги, что же я наделала... Правая рука Круенту мёртв, и четверть его команды тоже... Треть убитых — мои. Мои маленькие худые руки лишили жизни теперь уже свыше пятнадцати человек.

— Шейз, ты точно не ранен? Что-то ты бледнее обычного...

— Нет, Шимми, со мной всё в порядке... Скоро прилив?

— Да! Мы возвращаемся с богатой добычей!

— Что с покойниками?

— Сподвижники Круенту кормят морских тварей, там как раз приплыли эти твои шетусы, щупальцами шевелят... Наших я хочу зарыть на том островке, откуда мы отчалили... А вот Малкура ждет судьба поинтереснее!

— И они?.. — я чувствовала, что у меня перехватывает дыхание.

— Пока один труп, но остальным недолго осталось, рано очень глубокие. Они славно дрались.

Высказывания Шимми заставили меня окончательно очнуться и вспомнить, чему меня учили в институте и чему я успела научиться на Сомниаторе во время стычки с бандитами и более двух месяцев рабства. Милежаны и матросы вызвались помогать мне оказывать помощь своим товарищам теперь и по оружию.

— Ой, ну зачем ты бинтуешь этих головорезов! — морщился Шимми, глядя на своеобразный госпиталь, устроеный прямо на палубе парусника. — Вот они бы тебя зарезали, глаза вытащили, над телом надругались, расчленили бы на кусочки и побросали в воду, приманивая всякую съедобную чушь вроде тех же кормиков и шарокатов.

— Долг врача обязывает меня оказывать помощь всем, — я стояла с повязкой на волосах, без куртки и жилета, в одной рубашке и штанах, с кучей всяких тряпок и бинтов. Рядом суетились с губками и тазами с водой милежаны, исполнявшие роли медсестёр. Матросы ставили тент и делали носилки, а заодно отпаивали темной жидкостью тех, кому одних бинтов будет мало.

— Прилив, отплывать нужно, а иначе мы здесь застрянем! Да и врач из тебя так себе, — Шимми нервно бегал туда-сюда, стараясь не смотреть на раненых и не слушать их стоны. — Всем тем, кому уже помочь нельзя, — благословение Двоих и кинжал в сердце.

— Выживут, — со вздохом сказала я, поглядывая на носилки, в которых лежала Аринаш, — все выживут...

Запись 83.

Это было очень сложно, но я сдержала своё обещание. Как хорошо, что мне помогали! Отплыли мы только к вечеру, и часть команды повела парусник. Теперь он стал нашим, а заодно и вещи, что в нём были: золото, дорогая одежда, кое-какие драгоценности, даже мешки с ховой и сушёными семенами — похоже, до этого ныне покойный Малкур Свирепый потопил торговый корабль. Может быть, на нём были такие же контрабандисты, как и мы. И всё-таки богатая добыча... Когда читаешь книжки о пиратах и при взгляде на трепещущие на ветру паруса у тебя начинает играть в голове музыка из "Пиратов Карибского моря" (она, благодаря наушнику, как раз и играла у меня в голове во время боя), никаких задних мыслей нет. Ассоциации с захватывающими приключениями, сокровищами, испытаниями на верность друзей, ловкими стратегиями, одним словом, "кружил наши головы запах борьбы, со страниц пожелтевших слетая на нас". И вот как это оказалось в реальности. В реальности я не отхожу от раненых, хотя многим