Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

места и выросла перед изрядно огорошенным такой активностью скромником. Из-под капюшона смотрели два карезелёных глаза с тёмными кругами под ними.

Потом накидка внезапно пропала. Плащ обернулся и едва не налетел на неё. В руке у человека под тёмной накидкой блеснуло что-то, подозрительно напоминающее...

Удар под дых. Шок. Время замерло. Словно выключили. Всё выключили: звуки, движения, само течение жизни. Потом включили, пошёл разгон, вернулись картины и звуки. Плащ не сразу понял, что он стоит в переулке, а не валяется в луже крови, если это был удар ножом. Особенно чётко звучал в его ушах звук поспешно приближающихся шагов.

— Всемогущая Византия, ты в порядке?! — сильные руки подхватили красного плаща, когда он уже собирался упасть.

— Да, со мной всё в порядке... Просто мне показалось...

— Что показалось?!

— Кто-то тоже выслеживает... Смотрит, что будет дальше...

— Тихо, всё хорошо, это у тебя после пыток... Жаль, я их не зарубил... С тобой точно всё в порядке?

— Да-да, я в полном порядке, не беспокойся из-за меня. Тебе кажется, что то была галлюцинация?

— А ты чётко его разглядел?

— Не могу дать точный ответ. Его невозможно было разглядеть: накидка, капюшон, только глаза... Строгие. Жутковатые немного. Как у достопочтенного отца Вафа, по чьему приказу меня перевели в минус второй этаж.

— Уж извини, но я склоняюсь к тому, что этого не было на самом деле, иначе он бы от нас не ушёл. А я не встретил ни одной живой души.

— Возможно...

— Нам говорить ей правду или врать, что всё хорошо и что в неприятности попадает она одна в силу своего характера?

— Я считаю, не стоит обременять её нашими проблемами, но это только моё мне...

— Обеими лапами за. Идти можешь?

— Пока есть ноги, я...

— Тогда пошли. А то она оседлает фурию и помчится вдогонку за пиратами. Помнишь, что нам передал тот парень?

— Отшельник?

— Верно.

— Извини, не понимаю.

— Нельзя её одну оставлять теперь. Ввяжется в крупные неприятности. Идём!

Красный плащ держался не наравне, а позади. Он украдкой засучил левый рукав, развернул платок и взглянул на пятно, темными щупальцами расползающееся возле локтя. Вздохнул. Тайный кукловод знает толк в ядах. Особенно в тех, против которых сыворотка еще не разработана...

* * *

Дверь каюты открылась. Девушка попыталась рывком соскочить с кровати, но это не удалось, и она со стоном согнулась пополам от боли, однако вскоре переборола себя.

— Как всё прошло?

Вместо ответа вошедший собрал волосы в высокий пучок так, что стали видны его шея и уши, затем повернулся спиной.

— Двое, защитите... Какая!.. Тебе не больно?

— Уже не очень. Хотя меня крепко связали, потому что я вырывался.

— Слыхала, эти вещи остаются на всю жизнь и даже после смерти.

— Ядрёная штука...

— Зато теперь никто не может узнать без дополнительных источников важную часть твоей биографии.

— И самое главное — это легко можно скрыть одеждой. Работала рука мастера. Зря я клеветал, признаю свою ошибку.

— И уши у тебя теперь как у Шимми!

— Видать, и он под рубашечкой прячет...

Но тут дверь каюты опять открылась, и показалась женщина с растрёпанными длинными выгоревшими волосами и в странном головном уборе.

— Разукрасили спинку? — деловито поинтересовалась она с порога.

Двое в каюте удивлённо воззрились на неё.

— Вы весь обратный путь не выходили из каюты... Вам было плохо?

— Плохо? Мне? — женщина расхохоталась каким-то нездоровым смехом. — Если мне и было плохо, то сделать лучше нельзя, тем более такому дохтуру, как ты, чернявый. Наблюдала краем глаза, как ты пользуешься скальпелем. Руки бы оторвала. Слышь, покажи свою нежную спинку. М-да... У кого-то твёрдая рука и тонкие пальцы. Если бы нам удалось захватить власть, мы бы оставили мужчин-художников, мужчин-творцов. Но при условии, чтобы они разделили свою нишу с такими же женщинами.

— Я тоже себе хочу! — заявила девушка. — Раз мы всё равно про́кляты, хочу перестать быть лавочниковой дочкой!

— Верное решение, подруга, — хмыкнула женщина. — Тем более что вам придётся собрать всю свою силу и волю в кулак. Грядет нечто великое, я чувствую это.

— Великое-великое, но дайте мне, пожалуйста, зеркало!

— Это верно, а то ты сейчас себе шею свернёшь, то-то обрадуется Юго-Восточный Пиратский союз! — женщина захохотала и наотмашь ударила ладонью по голой спине.

— Ай!

— Слабак...

— Мне всё ещё больно!

— Крепись, будет ещё больнее. Хочешь взглянуть на мои? Будет жечь огнём Нечистых целую эру, и не стоит в это время мочить их в солёной воде.

— Что-то я передумала, — пискнула девушка.

— Трусиха. Боишься выйти из зоны комфорта.

— Вовсе не боюсь!

— Ну так и не бойся, всё в твоих руках!

Растрёпанная женщина снова захохотала, глядя куда-то в пустоту, и шатающейся походкой вышла из каюты, опираясь на свой посох.

Двое оставшихся некоторое время молчали. Спутник девушки пытался разглядеть мутное отражение в зеркале.

— Вот это да... И кораллы, и корабль, и закат, или это восход? И он — прямо как живой...

— Слушай, — молвила девушка.

— Что угодно? — последовал любезный ответ.

— Принеси ножницы.

— Ножницы?

— Да.

— Но зачем?

— Я решила, что пора мне измениться, как и тебе. Я больше не девочка из маленького городка, ничего не выдавшая в жизни. Я теперь знаю, очень много знаю. В гардеробе парусника нашлась одежда, которая лучше подходит мне, чем это платье. Прошу, принеси ножницы... И я всё-таки схожу к тому человеку, что тебе сделал это...

— Аринаш...

— Шейз, не...

— Нет, нет, я всё понимаю. Я про то, что лучше бы нам обратиться к нормальному врачу, может, тебе назначат особую диету. Теперь у нас есть деньги, и мы можем себе это позволить.

— Ага... А вообще у меня просто все кончики вылезают и расчёсываться тяжело очень. Надеюсь, волосы ты умеешь резать не хуже, чем людей.

— Если это шутка...

— Шутка-шутка...

— Ещё чуть-чуть... Готово.

Девушка встала со стула и подошла к зеркалу. Её спутник в это время быстро нагнулся, украдкой подобрал одну прядь и сунул глубоко в потайные карманы одежды.

Девушка весело гладила рукой волосы, достававшие теперь только до талии, и даже сделала поворот на одной ножке, но тот же сдавленно