Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Я ударил в ответ — огненным клинком, снизу вверх.

Феникс отпрянул, кричащая вспышка ослепила меня на мгновение.

Затем — новый удар.

Его лапа вбила меня в камень.

Стена за моей спиной треснула.

Внутри доспеха что-то хрустнуло — но не сломалось.

Я откатился, скользя по горячим камням.

Феникс обрушился на меня сверху.

Я ушёл в сторону буквально за долю секунды, использовав усиление на пределе.

От удара птицы земля вспучилась, словно туда бросили метеорит.

— Хороший, зараза… — выдохнул я, вскакивая. — Давно я так не веселился.

Мы кружили друг вокруг друга, как два вихря огня.

Феникс бился яростно, с отчаянием зверя, лишённого половины силы.

Я — на всплеске новой магии.

Пламя от его крыльев сжигало камень.

Порывы жара били, как вздохи печи.

Он снова рванулся вперёд, расправив крыло, пытаясь зажать меня на камне. Я отступил, увёл шаг в сторону — и при этом заметил, как камень под ногами птицы раскаляется и становится вязким.

Ага.

Есть идея.

Я начал отступать именно туда, где камень уже плавился.

Феникс, ослеплённый яростью, рванул вслед — и провалился одной ногой в трещину.

Он закричал.

Я бросился вперёд.

Огненный клинок вспыхнул в руке — длиннее обычного, жирнее, горячее.

Я прыгнул, развернувшись в воздухе, и ударил прямо в шею, чуть выше места, где туловище переходило в крыло.

Клинок прошёл, как нож по раскалённому маслу.

Феникс рухнул, обугливая камни вокруг.

Он пытался подняться, трепеща оставшимся крылом, но я не дал.

Ещё один прыжок, удар — и сердце птицы пронзено.

Феникс умер… красиво.

Пламя его рассыпалось в тысячи искр, которые долго-долго летели вверх.

Я присел над телом, вырезал ядро.

Это было маленькое солнце.

Горячее, пульсирующее, словно живое.

Я приложил ладонь — и энергия хлынула внутрь.

Это было не тепло — это был огненный порядок.

Структурная магия.

Я почувствовал, как ядро во мне стало чище, мощнее.

Я выдохнул — и изо рта вышла тонкая, игольчатая струя пламени.

— О, как я теперь могу, — ухмылка сама наползла на лицо.

Тело напиталось до краёв.

Саламандра выполняла роль огромного обугленного катка неподалёку. Я подошёл, вырезал её ядро — тёмно-красное, плотное, как стеклянный слиток.

Я покрутил его в руках, ощутив медленный, вязкий пульс.

— Это мы позже съедим, — сказал я ядру. — Организм пусть сначала переварит птичку.

Убрал трофей в карман доспеха.

Обернулся.

Два гиганта мертвы.

Огненные остатки сияют на горизонте.

Воздух дрожит.

Я ухмыльнулся.

— Ну что… кто тут следующий в огненном круге?

Мне уже нравится этот мир.

После феникса от меня ещё шёл дымок — одежда под доспехом подплавилась, волосы пахли жареным, а кожа… ну, кожа давно привыкла пережариваться. Мне даже нравилось. Сила птицы всё ещё крутилась внутри, тяжёлая, горячая, но постепенно утихала, успокаиваясь, как довольный зверь.

Дышать было тяжело. Воздух становился гуще, горячее, будто его прогоняли через печь. С каждым вдохом лёгкие словно обжигало. Да уж… если это «приятная утренняя прохлада», то я даже представить боюсь, что будет в полдень.

Но мне нормально. Огню и вовсе — дом родной.

Я шёл дальше и думал, что неплохо бы найти ещё пару монстров. Или пару некрофилов. Или пару крылатых демонов. Вариантов масса — мир щедрый.

Через пару минут я заметил странное: плоскость скалы впереди изменилась. Слишком ровная, слишком чистая, слишком… правильная. Я остановился, прищурился и подошёл поближе.

Похоже, я наткнулся на какое-то строение. Причём явно не маленькое.

— Ничего себе… — протянул я, оглядывая чудо архитектуры. — Выглядит так, будто кто-то решил вырезать замок прямо в скале.

И ведь реально вырезали.

Стены уходят в скалу без единой трещины.

Окна — залиты камнем.

Вход — огромная каменная плита, покрытая символами тьмы.

Даже вентиляция замурована.

Глухой замок.

Абсолютно глухой.

— Так-так-так… — я обошёл стену сбоку. — Похоже, тенелюбивые нашлись. Окопались… да ещё как. Камень не просто прочный — магический. Местная тьма так фонит, что хочется чихнуть.

Я приложил ладонь к стене — вибрация пошла по пальцам тёмная, вязкая.

Внутри кто-то точно есть.

И явно не один.

Хм. Интересно.

В принципе, можно было бы сейчас начать ломиться внутрь. Прожечь стену, выбить вход, устроить всем, кто там сидит, экскурсию в летнюю кухню… жаркую, огненную. Но я честно взвесил всё за и против и пришёл к выводу:

— Да ну вас. Если бы вы не засели как тараканы в норе, я бы может и заглянул. А так… куда вы денетесь?

Я отступил на пару шагов, вытянул руку, собирая огонь. Он мгновенно сплёлся в копьё — длинное, раскалённое, быстрое.

— Вежливые люди, — сказал я. — Всегда предупреждают, что приходили.

И бросил.

Копьё ударило во входную плиту с таким звуком, будто гигантский котёл треснул изнутри. Камень взвыл, расплавился и разлетелся кусками. Когда дым рассеялся, в плите виднелась аккуратная дыра — размером с футбольный мяч.

Изнутри донёсся шорох.

Потом рык.

Потом кто-то царапнул внутренняя сторону отверстия когтями.

Я прыснул от смеха.

— Привет-привет, соседи. Надеюсь, не сильно испугались? Только в дверь постучал…

Внутри зашевелилось пуще. Кто-то резко втянул лапу обратно. Видимо, свет не понравился.

— Вот и отлично, — сказал я, отряхивая руки. — Значит, вы дома. А раз дома — значит, подождёте. Я ещё вернусь. Проверить, так сказать, пожарную безопасность.

Я развернулся и пошёл дальше, напевая что-то весёлое себе под нос.

Мелодия, кстати, была неплохая. На мотив марша:

«Темных на костёр, некрофилов в дымоход…

Подрумянить слегка, довести до хруста…

Огонёк ведь — он для всех, тёплый, душистый…»

Где-то там, за спиной, по замку снова прошёлся гул.

Кто-то орал.

Кто-то бегал.

Кто-то явно жалел, что вообще живёт в этом доме.

А я только улыбнулся:

— Никуда вы не денетесь, подземные кроты. Как придёт время — я сам приду. С факелом.

И пошёл дальше, оставляя за спиной дыру в стене и целый дом нервных жителей.

Поначалу я просто гулял. Шёл по нагретой солнцем равнине и даже не думал ускоряться — местный жар мне теперь только настроение поднимает. Плавило воздух, камни трескались от температуры, но это скорее ласкало кожу, чем раздражало. Я даже насвистывал себе под нос что-то бессмысленное.

Вот только ядро внутри… оно словно тянулось к силе. Хотелось испытаний. Хотелось огня. Хотелось драки.

И пожелания, как назло, сбылись через