Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- А, как вы узнавали, когда и что надо сделать? Какой-то наблюдательный прибор? Хрустальный шар? Яблочко по блюдечку?

- Ну, зачем? – поморщился Колдун, – зачем всё усложнять? Запомни, Кляк, если у тебя есть два способа что-либо сделать, всегда выбирай самый простой. Он всегда будет самым надёжным. А с Попугаем… просто я устроил между нами некий канал связи. Когда он мысленно обращается ко мне, я его слышу.

- Понятно, – кивнул головой я, – поэтому, когда он увидел моих преследователей, тут же появились вы. Он вас вызвал.

- Да, – согласился Колдун, – так и было. Видимо, именно тогда ты заподозрил, что Попугай… э-э-э… не всесилен?

- Нет, – медленно сказал я, – Такое подозрение пришло ко мне, когда Торматт сказал про него «бедный юноша!». Ну, не про деньги же он это сказал, в самом деле! Когда ученика колдуна можно назвать бедным или несчастным? Когда он не может усвоить то, что пытается ему дать учитель. Когда он не может колдовать. Тогда я и подумал, что это вы за него колдуете.

Я скосил глаза на Попугая. Попугай жрал. Он никак не мог понять, почему он ест и не может наесться. Я знал, но помалкивал и продолжал перетягивать на себя его энергию.

Колдун покивал головой.

- Хорошо, – сказал он, – с этим разобрались. Какие ещё вопросы?

- Вы назвали коня потомком Пегаса. Я ни разу не слышал о такой породе лошадей. Что это?

- Это ерунда! – сердито ответил Колдун, – полная ерунда! Как ты знаешь, есть не только хранители, боевые маги, но и просто маги. Был один такой…колдун из Греции… это в начале прошлого цикла, ты не застал. Анималист. Любил преобразовывать животных. То, понимаешь, многоголовую Гидру придумает, то Минотавра, то ещё чего, похуже. Ну, придумал сделать летающего коня. Для чего? А пёс его знает! Он и без коня прекрасно летал! Но – придумал коня. Да, не просто, чтобы конь летал, подобно аэростату, а так, чтобы, как птица летал! Крылья тому коню присобачил – раз в шесть больше размера самой лошади. Вроде, подъёмная сила должна была быть мощной. Ну, и чтобы такими крыльями махать, потребовалось мышцы коня утолщить, и ещё укрепить дополнительно. Там не мышцы были, а стальные канаты! На титановых костях! И, всё равно пришлось и грудь и спину чуть не втрое увеличить. Сидишь на таком коне, а у задницы ощущение, будто на слона взобрался! И широко и жёстко!

- Вы на таком ездили?! – ахнул я.

- Конечно, ездил, – буркнул Колдун, – Он всем окрестным магам по экземпляру своего…эксперимента подарил. Так, вот, того, первого коня, над которым он экспериментировал, звали Пегас. По этому имени и порода стала называться – пегасы. Тот колдун в эту породу много всяких усовершенствований внёс. И усвоение кислорода при дыхании, и состав крови улучшил, и с давлением крови чего-то мудрил. В общем – сделал. Полетел конь. Только, как полетел? Он полдня жрёт, не переставая, силу в себе копит, потом полчаса летит. И, опять полдня жрёт! Посмотрел колдун на своё творение, плюнул, подарил этого первого Пегаса какому-то местному поэту, да и слинял куда-то в район Плеяд. А поэт коню рад! А поэт конём доволен! Он, говорит, мне творческий импульс придаёт! Как взлечу, говорит, над землёй, сразу всякие Илиады сочиняются! Пробовали скрестить этих пегасов с местными породами, да неудачно. Бескрылые потомки получаются. Хотя резвые, выносливые, широкогрудые… да, ты же видел! Порода редчайшая, необычайно дорогая. Доступна только очень избранным.

- Вроде того мерзавца, который хотел меня с одного удара располовинить, – подсказал я.

- Да, – помрачнел Колдун, – вроде него. Не хочется тебя пугать, Кляк, но судя по твоему описанию… Кажется, не прост этот твой новый знакомец, не прост. Похоже, он тоже… владеет каким-то колдовством. Но он не маг и не колдун. Это точно! Похоже, он чернокнижник.

- А в чём разница?

- Понимаешь, Кляк, главная цель магов – добиться такого развития людей, чтобы они были подобны богам. Или магам. Это тебе Торматт говорил. Но есть нюанс. Основная часть магов считает, что это должно произойти естественным путём, эволюцией. А есть отдельные… торопливые индивидуумы, которые считают, что можно этот процесс подстегнуть и дать магию людям прямо сейчас. Дескать, получив в руки силу, люди сами по себе похорошеют. Не будут заботиться о хлебе насущном, а будут нравственно развиваться. Сейчас эта теория считается преступлением, и её приверженцы подлежат принудительной реинкарнации. Но, когда-то была модной. И тогда появились книги, которые в доступной форме помогают научиться азам магии. Специально для людей адаптированы. Очень умными и опытными магами. Когда эту теорию признали преступлением, такие книги собрали, всё что нашли, и уничтожили. Но, нашли не всё. Некоторые экземпляры остались. Прошли уже десятки тысячелетий, а нет-нет, да где-то такая книжка выплывет. И, тот, кто такую книгу читает и пытается по ней научиться магии, называется чернокнижником. Уже языков нет таких, на которых эти книги писаны, а всё равно, сидят чернокнижники, расшифровывают, переводят с пятого на десятое… Вникают. И, знаешь, у некоторых кое-что начинает получаться… Только это очень, очень плохо, что получается. Бесконтрольная сила – это всегда плохо. И Первую Нерушимую они не приносили. И, как правило, эту силу бесконтрольную против других людей и направляют!

Колдун вздохнул. А я вспомнил непроницаемо-чёрную ауру мерзавца и поёжился.

- Хорошо ещё, что чернокнижники, как правило, колдуны слабые! – добавил Колдун, – вот, хоть твоего колдуна взять, который из пальца слабую искорку выдувал. Ты про него Попугаю рассказывал, помнишь? Разыскали мы этого колдуна… Как не разыскать, если он не маг, а магические дела творит? Чернокнижник…

- И что вы с ним сделали? – напрягся я.

- Ничего не сделали! – удивился Колдун, – Проверили способности и плюнули. Обычный человек. Не колдун. Книжку, по которой он учился искали. Нашли, да только третья или четвертая копия. Переписано от руки. Ну, и половина переврано. Может, если бы всё было без ошибок переписано, он бы ещё чему-то научился, не без способностей человек. Но, нет, не повезло. Попробовали за эту ниточку потянуть, чтобы на книгу-первоисточник выйти, нет, дохлый номер. Он ещё по юности эту книжку у какого-то незнакомца в кости выиграл. Поехал на ярмарку, засиделся в кабаке до вечера. Там же завязалась игра в кости. Подсел. Повезло,