Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

действовало методично, ведь трапезы были для него всем, единственным событием, которого оно с нетерпением ждало. Оно проявляло тщательность и не оставляло никаких следов.

От первого же утробного рыка стража Рэндала замедлила шаг.

– Что это было? – гаркнул Рэндал. Дарьен ощутил его страх – он распространился в воздухе, придав отцовской ауре мерцающее и мутное свечение.

То, что надо.

Как ни в чем не бывало Дарьен просто ответил:

– Скоро будем на месте.

Его голос разнесся далеко по пустым коридорам.

Они двинулись дальше, стража гнала его вперед, постоянно толкая дулами в спину. Но чем дальше они заходили, тем реже его подгоняли. Проходили секунды, тени заманивали их в самое сердце дома, шарканье подошв становилось все менее решительным.

Раздался гулкий стук.

Лучи подствольных фонарей на оружии Рэндала и его стражи метнулись в сторону. Кто-то выругался: свет упал на пол и осветил ужас, рассыпанный по нему.

Каждый дюйм пола был грязным и замусоренным, но не от крови и костей, о которые ожидаешь споткнуться в логове чудовища.

Нет, здесь половицы были завалены одеждой и личными вещами – часами и бумажниками, обручальными кольцами и магическими жезлами. И волосами, целыми ворохами волос. Которые были не по вкусу демону.

Тени поглотили свет подствольных фонарей, комната погрузилась во мрак – ошеломляющий и непроницаемый. В воздухе похолодало так, что Дарьен знал, его дыхание вылетает изо рта как клубящийся белый пар, но не мог его увидеть.

Первый треск кости рассек тишину, взметнулись вопли.

Дарьен стоял неподвижно, напряженно уставившись в темноту широко открытыми глазами. Он не пятился и не моргал. И не вздрогнул – ни разу.

Даже когда взмолился о пощаде его отец. Даже когда весь дом огласил сырой хруст зубов, впивающихся в плоть, и капли осыпали его щеку.

Даже когда возвышающееся над ним рогатое существо материализовалось из мглы.

Дарьен вскинул голову, когда существо взглянуло на него сверху вниз, лязгая когтями, с которых капала кровь. Долгое время оно смотрело на Дарьена в упор, разинув пасть с осколками зубов.

Дарьен смотрел на него.

А потом улыбнулся демону, богу смерти Древнего Мира, одержимому вечным голодом и прикованному к этому дому до конца времен, – улыбнулся, как давнему другу.

* * *

Легкие Лорен судорожно сжались, когда в наушниках прерывисто ахнул чей-то голос. Послышалась приглушенная брань, затем крики и визг. От голодного рева и воплей ужаса вибрировали динамики ноутбука.

Минуту спустя камера показала четырех Дьяволов. Они вылетели из дома, поднимая ветер, от которого закружилась палая листва под их ногами.

Ивиана споткнулась и рухнула на землю у двери, остальные остановились, пошатываясь, и согнулись, упираясь ладонями в колени.

В наушниках послышался голос Лейс – громкий и отчетливый теперь, когда они покинули дом.

– Проклятие, Максимус, – прохрипела она, – что это была за хрень?

– Не знаю, – ответил он. – Но ни в коем случае не возвращайтесь туда, слышите? Это приказ.

Ивиана включила свои наушники дрожащей рукой.

– А как же Дарьен?

На это Максимусу было нечего сказать. Раздираемый чувствами, он погнал внедорожник быстрее. Двигатель застонал.

Лорен бросила взгляд в окно. Мелькнул указатель улицы Тулсена.

Они были почти на месте.

Макс резко затормозил за машиной, которую Лейс поставила на расстоянии квартала от дома. Со своего места Лорен едва видела шпили на крыше, возвышающиеся над кронами лавров. Затаив дыхание, она уставилась на видео с камеры на экране ноутбука. Как и все, она ждала, не зная, появится Дарьен или нет.

Прошло еще две минуты, и наконец он, прихрамывая, шагнул через порог – один.

Лорен выпрямилась, при виде Дарьена у нее вырвался судорожный всхлип. Она наконец отпустила край толстовки, который сжимала в кулаках все это время, ее тело затопило облегчение.

Он жив. Он жив.

Но облегчение, от которого ослабели ее колени, улетучилось, едва она осознала, что одежда Дарьена пропитана кровью и все лицо и волосы густо забрызганы ею.

Через камеру в ноутбуке раздался голос Ивианы. Она приблизилась к брату медленно и осторожно.

– Дарьен… – хрипло произнесла она, – ты в порядке?

– Где она? – спросил Дарьен. – Где Лорен?

Ему ответил Джек:

– Она жива, Дар. И в безопасности.

Ему понадобилась почти минуты, чтобы ответить. Его плечи тяжело вздымались и дрожали.

– Идите и подождите меня в машине.

Голос Лейс прозвучал еле слышно:

– Ты ничего?

– Я в порядке, просто… – Он махнул рукой, кожа на которой оказалась чистой, без метки.

Метка Завета Крови исчезла.

Дарьен глухо добавил:

– Мне нужна минута.

Услышав его команду, остальные ушли ждать к внедорожнику. Макс и Таннер открыли окна машины, чтобы поговорить с ними, и ощутили поселившийся в них страх как нечто осязаемое. Даллас открыла дверцу и придвинулась ближе к Лорен, чтобы задыхающаяся и дрожащая Ивиана села рядом с ними.

Лорен не могла оторвать глаз от ноутбука, от зернистого изображения с дверью и двором Блэкгейт-Мэнора. Не прошло и минуты, как на экран были устремлены все глаза.

Камера показывала, как Дарьен медленно опустился на колени на лужайке перед домом. Некоторое время он пошатывался на месте, уставившись в никуда. Потом прижал ладони к глазам и начал раскачиваться туда-сюда. Сухие листья завертелись вокруг него, он наращивал магическую стену, как поняла Лорен, создавал звуковой барьер, чтобы никто не мог его услышать.

А потом запрокинул голову и разрыдался.

Глядя, как он сорвался, Лорен не сдержала слезы, мгновенно наполнившие глаза. В Дарьене не сохранилось ни следа того, кого она успела узнать за последние несколько месяцев. У него не осталось никаких сил, чтобы держаться, ни тени того высокомерного и хладнокровного убийцы, к которому она привыкла. Что бы ни произошло в этом доме, эти события низвели Дарьена до состояния пустой оболочки его прежнего и вместе с тем обнажили его ранимую сущность.

Если бы не камера, этого не увидел бы никто. Никто понятия не имел бы, какие чувства сломили его в этот момент. Мерцающий магический барьер заглушал звуки, рвущиеся из его рта.

Никто не проронил ни слова, глядя, как глава Семи Дьяволов, только что заманивший родного отца в смертельную ловушку, корчится в муках на лужайке.

Таннер захлопнул ноутбук.

Все молчали. Долгое время в тишине слышался лишь шум дыхания.

А потом со стороны дома появился Дарьен. Он шагал к машинам, высоко подняв голову и расправив плечи. На его лице не отражалось ни тени эмоций. Он даже не хромал.

Лорен перелезла через ноги Сабрины, задергала дверную ручку и чуть не вывалилась на тротуар из распахнувшейся под ее весом двери. Она оттолкнулась от асфальта и