Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Да, дело хуже, чем я предполагала: мне уже снилось это. Мне снились мои убитые друзья, пусть и не так реалистично, как в этот раз. Ещё одна причина, по которой я стараюсь спать как можно меньше. Но Вася так беспокоится... Интересно, если ли в моей сумке какое-нибудь средство от кошмаров, и существует ли оно в принципе?

— Нет, Вася, со мной всё хорошо... Я же не одна руковожу пиратскими набегами.

— Не одна...

— Значит, всё в порядке. Извини, что побеспокоила, и спокойного остатка ночи! А то сейчас все остальные проснутся. Им важно выспаться, они устают сильно...

Я сделала вид, что заснула, но на самом деле включила аудиокнигу и уж не смыкала глаз до утра. Спасибо, Рэд, никогда не устану благодарить тебя за наушник. Надо же в пятый раз дослушать "Одиссею капитана Блада".

Кажется, Вася дежурил у двери каюты. Я из принципа не сплю в капитанской рубке, не хочу ставить себя выше других, так я ближе к этим людям.

Утро выдалось разбитым. Ответы на заданные вопросы не нашлись.

Если это мои галлюцинации, то каким образом они сгенерировались подсознанием? Стоит ли мне боятся сойти с ума? Вдруг я и вправду... убийца. Пират и морской разбойник шокол Шейз Коршия не может не быть убийцей. Но где кончается он и начинаюсь я? Что же говорила Шарлотта...

Странная эта планета, на которой вместо деревьев растут кораллы, вместо рыбы плавают членистоногие со "стеклянным" экзоскелетом, а вместо того чтобы жить нормальной жизнью люди охотятся друг на друга, строят заговоры, организовывают похищение, грабят и убивают. Погодите-ка...

Ладно, Вася, я постараюсь некоторое время не употреблять антисомнус, хотя без него мне только хуже.

Никаких кораблей возле мыса не было, южане так далеко не заходят.

Вскоре обнаружилось, что от нас сбежал весьма ценный и очень странный член команды: Полишоке. Почему? Да, меня очень интересовал её посох, обладающий такими необычными свойствами, но я не пыталась его украсть, даже старалась держаться подальше и не намекать на него. Мне всегда казалось, что предводительница милежан очень нервная, дёрганная, вспыльчивая и не совсем адекватная женщина, способная на безумные поступки. Но зачем ей оставлять своих? Куда она ушла, оставив нас без весьма сильного артефакта? Даже Камень не мог навести на какие-нибудь следы.

Глава 19. "Там за звёздами вечными..."

Запись 90.

Единственное нормальное место, в котором могло за одним столом собраться достаточное количество людей, было "Старое время". Губернатор Шартуги Фалум-Машисте восседал на самом видном месте, словно дьякош Паренкоста во время бала, только в нём не было этого тупого пафоса, только мрачная торжественность, такая, что даже несносные голодранцы с "Нугаса" перестали орать во всю глотку и незаслуженно привлекать к себе внимание. Толку от них ноль целых ноль шестидесятых, долги не возвращают, да ещё и домогаются до всего, что движется, оттого все в синяках и без зубов. Вот самые культурные (после нас, разумеется, хотя Шимми с своими матросами порой портит рейтинг, когда в зюзю: такие песни поёт...) — северяне. Они очень холодные и сдержанные, а главное — вовремя возвращают деньги, особенно наши. Какое же счастье, когда у тебе есть эти деньги! Можно их экономить! Правда, причина в том, что это мы вынесли из института: с финансами у нас туго, потому что мы... эм... не в чести у Мирового Правительства.

Несмотря на внешнее спокойствие, Аринаш сидела как на иголках под прицелами сотни мужских взглядов. Но сейчас их обладатели по крайней мере молчали, а то так усердно называли "кукарьной, правдочкой да яшурочкой" и прочими, по их мнению, приятными для девушки прозвищами и "комлиментами", что ей пришлось продемонстрировать, как она научилась справляться с огнестрельным оружием. При этом Аринаш чуть не застрелила меня, но ничего страшного, всё равно молодец. На меня в основном смотрели либо с нескрываемой ненавистью, либо с восхищённым обожанием, причины обоих этих явлений изложены выше. На Васю и Рэдрика смотрели... странно. А на Фока не смотрели, Фока слушали, и слушали внимательно и весело: про наши рейды, про Аустершен, про контрабандистов, про него самого и, конечно, про меня. "Сенсация! То, чего вы не знали о Шейзе Коршия!" Да практически всё.

Всё это "кто в лес, кто по дрова" продолжалось до тех пор, пока губернатор не призвал к тишине.

— Господа! Пираты, разбойники проходимцы! Сорвиголовы всех мастей и народов! Искатели наживы и приключений всех возрастов и телосложений! Наша жизнь играет красками и огнём, и пусть она не легка, но мы можем быть довольны ею! Однако на ясное небо всегда наползёт туча. И сейчас туча ползёт с Юго-Востока! Она черна и хочет загородить всё небо, чтобы мы не видели штар и шита! Мы не можем этого допустить! Нам нужно объединиться и дать отпор! Только объединённый мощный натиск отбросит тучу ко всем шоколам!

Губернатор сказал это всё одним духом, без пауз, чтобы его не прервали. Когда же он закончил вступление, в трактире поднялся шум.

Наша шестёрка быстро заскучала. Даже Шимми не пытался спорить, только сердито поглядывал на меня: вот, мол, какая из-за тебя хова испеклась, наивный недопират, отвратительно тебя воспитывали. Фоку было обидно, что разговаривает не он, однако он тоже молчал до поры до времени. Аринаш и вовсе походила на рассерженную кошку, шипела и огрызалась. А мы трое и не такое видели во время "научных споров" между старшими научными сотрудниками, так что просто углубились каждый в свои мысли, не забывая, однако, следить, как бы нас случайно не прирезали, чего доброго.

Наконец слово снова взял губернатор.

— Я понимаю, что для вас это несколько неоднозначное... кхм... неоднозначный факт. Но стоит помнить, что провизией и всем необходимым нас снабжают контрабандисты именно с берегов Паренкоста. Значит, нас это непременно коснётся. Вдобавок где гарантия, что они не поплывут жечь остров? Нет, сильные мужчины — и женщины, разумеется, — не должны оставаться в стороне. Нам это окупится: Южные Земли сказочно богаты, и мы в случае победы имеем право потребовать выплаты!

— А ежели не одолеем? — крякнул кто-то из дальнего угла.

— Если не победим, — губернатор оглядел всех собравшихся и нахмурился, отчего всё разом притихли, не выдержав этого сильного укоряющего взгляда, — то все люди на этом совете не стоят и шонейки, они трусы и слабаки! Я скорее дам себя вздёрнуть на крюк, чем управлять островом, где живут одни дохлые робкие яшурки, которых