Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

для следующих. Команды спасались на шлюпках, которые мы гуманизма ради топить не стали. Да, звучит цинично, но видели бы вы этот дым, эти щепки во все стороны, эту впенившуюся воду, точно кто-то варил в огромнейшей кастрюле суп. А вот мы, мы видели, чувствовали, обаяли, осязали всю эту кровавую грязь, порох, смерть, ржавчину оружий и их лязг, гром пушек, треск колючек, кряхтение снастей, хруст мачт. И грязь... Война — сущая грязь. Те прежние стычки, даже тот случай, когда мы обрели "Чёрную Жемчужину", показались нам ничтожной ерундой, обычной прогулкой по сравнению с этим. Это был апогей, кульминация, точка высшего напряжения наших сил, возможностей, убеждений.

Я и Аринаш никогда раньше так не чувствовали друг друга, так не предугадывали свои действия, действуя слаженно и органично, несмотря на то что наши головы были словно объяты пламенем. Мы, словно валькирии, влетали на чужую палубу с оружием в руках. И побеждали. Наши товарищи — матросы, милежаны, добровольцы с Шартуги — падали под ударами чужих секир, сабель, пистолетов... А мы оставались невредимы, словно и вправду возле нас летали тёмные духи, помня о заключенной сделке, цена которой — душа. Или илюсия. Впрочем, Камень запомнил если не всё, то много чего. О чём писали и не писали в тех пиратских книжках.

— Огонь!!!

— Они тонут!

— Оставьте, не добивайте их!

— То-то будет пожива!

— Твоя рука!

— Это ерунда, а вот ему ногу оторвало.

— Нам скоро будет нечем стрелять...

— Соберите всё, что найдёте, и пихайте в пушки!

— Гвоздями стрелять?!

— Шокол возьми!

— Вий сожри!!!

— Да чтоб тебя Тьма поглотила!

— За Шартугу! За пиратское братство!

— Убей его, к шоколу пленных!

— Огонь!!!

— Колючки!!!

— Ай!

— Убит!

— Да стреляйте уже, шокол возьми!

У нашей левой стороны всё шло гладко с первыми четырьмя кораблями. Что происходило справа, видно было плохо. Засадные, по идее, тоже пока прятались, потому что ни один вражеский корабль ещё не прошёл между ставнями, уж мы за этим проследили!

А потом...

Это было судно, похожее на бригантину. Она нам понравилась, и мы собирались выстрелить так, чтобы смести всё с палубы, а корпус остался бы нетронутым.

— Заряжай!

— Да нечем!

— Вий! В трюме полно!

— Сбегать некому!

В это время к нам, подвергаясь достаточно большому риску, хоть нас частично выручал туман Мирона, на шлюпе подплыла военная почта, а именно Фок и Шимми. У нас с Аринаш, конечно, были вопросы по поводу их местопребывания, но сейчас это было неважно.

— Тревога! — задыхался Фок. — Беда, большая беда!

— Что, шокол возьми?! Говори короче! — Аринаш, чьи яростные порывы не стихали вот уже час, буквально набросилась на беднягу.

— Творник! Я же говорил, что этим поганым нельзя доверять! Они прислали на подмогу свои военные корабли! — Фок был настолько взволнован и так сильно размахивал руками, что даже с соседнего корабля можно было заметить плохую новость.

— Сколько? — подскочила я.

— Много! Два... пять... Десять...

— Двое, за...

— Их пятнадцать, — хмуро закончил Шимми. — А правая сторона уже потеряла три корабля, уничтожив семь. Численный перевес окончательно на их стороне, нам не победить. Зря пришли сюда.

Я почувствовала, что палуба начала уходить из-под ног. Пятнадцать военных кораблей... Шарлотта привела только восемь... Неужели столько людей... просто напрасно, зазря...

— Лу... то есть Шейз, не время тормозить! — Аринаш начала меня тормошить, отчего я мгновенно пришла в себя.

— За ядрами! Заряжать пушки, потопить их корабль! — заорала я, и наша четвёрка бросилась в трюм. Я даже захватила свою сумку, чтобы притащить возможно больше ядер.

Наши надежды были на Засадных и на "Жемчужине", которая просто блестяще проявляла себя. Нет, не зря умер Малкур. Наверняка у Круенту полыхает, что собственный корабль против него искры мечет да судёнышки топит. А Алба-Барбуш действительно легендарный герой.

Бригантина в итоге затонула, увлекая за собой ещё два корабля, и тут наши люди сообщили нам, что корабль становится все менее маневренным: что-то не так.

Увиденное нами зрелище не могло не повергнуть в ужас. Трюм "Свободы" был заполнен водой примерно на шестую часть.

Людей мало. Нужно сделать выбор: либо продолжать сражаться, надеясь, что потом нас подберут следующие за нами северяне, либо выйти из игры и попробовать откачать воду.

— Что делать, Шейз?

Я взглянула на тёмные силуэты в море, затем обернулась к архипелагу. Туман колышется, как пар над кастрюлей с супом.

— Сражаться.

Запись 94.

Мы ошибались. Пятый корабль убил нас. Коварное оружие южан — подводные гарпуны. Отступая, мы всё равно могли спасти только лишь собственные жизни, не корабль. Но я приказала не отступать. Слишком понадеялась на силу духа, что она удержит "Свободу" на плаву. И глупо. Далеко мне до книжных капитанов...

Шестой корабль сумел избегнуть "Жемчужины" и пошёл прямо на нас. Мы сделали пару выстрелов, но они не причинили особого вреда, хоть и наделали немало переполоха. Зато пушки с Юго-Востока начали разносить в щепки всё: мачты, фальшборт, бока корабля...

Я стояла на полубаке и смотрела, как наш корабль превращается в груду мусора. Сделать уже ничего нельзя было. Если только...

— Всем в шлюпки! Мы подорвём "Свободу"!

Влияние Шарлотты и её любовь к "ба-бах и во все стороны, давай жахнем йодистый азот!" что-то сделали и со мной. Я сама помогала спускать лодки на воду, пока сзади на меня не бросился Шимми: в то место, где была моя голова, ударило ядро, а мы полетели в шлюпку, но успели зацепиться, иначе свернули бы себе шеи. Решено было, что мы четверо останемся и покончим с этим. Нам оставили одну лодку, часть экипажа отплыла на шлюпе, который пригнали Фок с Шимми.

Наша четвёрка бросилась в трюм и стала отыскивать бочки с неподмоченным порохом. Пригодились и полные булки: в них же был спирт. Я даже тайком горючим из сумки сбрызнула.

Нашли сухой выступ, сложили всё в кучу, протянули под гром канонады фитиль. И тут только поняли, что не можем вылезти из трюма. Вход заложила баррикада из изувеченного рангоута, из пушечных окошек вытащить сами пушки не было ни малейшей возможности.

— А если там? — Фок указал Аринаш куда-то в темноту.

— Нет, — ответила та, — сами конопатили.

Даже Камень показал, что не осталось ни одной щели, куда бы мы пролезли.