"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

Тимея меж тем указала пальцем на лысого, сидевшего невдалеке. Командир перевёл взгляд и оглядел рыжебородого мужчину. Тот выглядел смущённо, а ещё почему-то приподнял руку на уровень груди ладонью вперёд.

Через мгновение парня осенило:

— Ты Мира, что ли⁈ — выпалил он.

— Ага, был, — пробасил лысый здоровяк и обиженно добавил: — Якаб, увидел меня и… сбежал. Но кто ж знал-то, что я таким окажусь?

Последнее прозвучало растерянно, и Зефир припомнил: люди, превращённые в вещи в Штюрмарке, теряли память.

Тем не менее это не отменяло чувства полнейшего офигевания, которое он сейчас испытывал. Ему даже стало жалко Якаба…

Ещё немного пообщавшись с Зефиром, гости попрощались и ушли — начинать где-то новую жизнь. И юноша сомневался, что когда-либо увидит их вновь. Однако история о неудачливом Якабе навсегда впечаталась ему в память.

Мотнув головой над превратностями судьбы, командир уже хотел было пойти в библиотеку — взять что-нибудь почитать, когда в дверь опять постучали.

Далеко ходить не требовалось. Парень сделал пару шагов и дёрнул за ручку. На пороге оказался мужчина в кожаном жилете с извивающимся змеем — королевский гонец.

— Глава Зефир, — уважительно поклонился он, удивив командира тем, что знал его в лицо, а затем протянул конверт.

Приняв корреспонденцию и поблагодарив вестового, юноша закрыл дверь и вскрыл письмо. Внутри оказалось личное приглашение на аудиенцию к Матеушу Любомирскому на завтрашний полдень, адресованное ему лично и отчего-то Бруту.

Это значило, что безмятежная жизнь, которую он вёл последние две недели, закончилась.

Вздохнув — идти к королю не очень-то хотелось — Зефир осторожно свернул бумагу и направился в библиотеку.

У него всё ещё оставался свободным целый день, прежде чем события завертятся.

…

— О, вот и наши герои! — поднялся из-за стола рядом с большим панорамным окном молодой мужчина.

У него были короткие красные волосы, которые венчала корона в форме свернувшегося змея. Дорогой голубой камзол с золотистой вышивкой сидел на нём, как влитой.

Он вышел вперёд, протянув в стороны руки, точно радушный хозяин. Его лицо сияло гостеприимной улыбкой, но в глазах было мертвенно пусто.

Зефир мысленно содрогнулся от этого взгляда, но виду не подал и первым прошёл в комнату, куда их с мохнатым проводил слуга.

Помимо хозяина кабинета, слева на диванчике расположился бородатый и седой мужчина в синей робе и с уродливым шрамом, рассекшим бровь, — канцлер Годемир Вишневецкий. Справа стояла, скрестив руки под грудью, Катарина в лёгком белом платьице до колен. Волосы девушка убрала в высокий хвост, а лицо не выражало никаких эмоций, хотя юноше и было заметно, что она крайне недовольна.

— Ваше Величество, — пройдя в центр комнаты, проговорил командир и склонил голову. Затем он поочерёдно поприветствовал оставшихся: — Ваше Высочество, Ваше Сиятельство.

Рядом коротко затявкал енот, проделав то же самое. А Зефир испытал гордость за мохнатого: его вчерашние нравоучения не прошли даром и не выветрились из маленькой черепушки.

— Тебя же Брут зовут, да? — тем временем заинтересованно спросил монарх, вперившись своими рыбьими глазами в зверя.

Енот в ответ согласно кивнул.

— Расскажи мне подробнее об артефакте, которым ты помог выиграть бой. И что с ним сейчас?

Мохнатый глянул на Зефира и, получив от него едва заметный знак — тот медленно прикрыл веки, — гордо выпятил грудь и торжественно затявкал.

Речь Брута не продлилась долго. И как только он закончил, командир уже собрался переводить, когда улыбка пропала с лица короля и тот холодно спросил:

— А человеческим языком можно?

Первой мыслью Зефира было спросить: «Ты идиот?». Но, слава Бойне, юноша этого не ляпнул. Да и говорить ничего не потребовалось, потому что внезапно за них вступилась Катарина:

— Матеуш, он енот, не требуй невозможного. И этой ракушки уже нет, поэтому не нужно возлагать на неё надежд.

— Это так? — вперился мертвенный взгляд в мохнатого.

Зверь шумно сглотнул и кивнул.

— Жаль, жаль, — опять засияла наигранная улыбка на лице короля.

— Нам придётся справляться своими силами, — сказала принцесса. Она подошла к брату, взяла за руку и нежно посмотрела на него. — Учитывая все обстоятельства, я всё ещё предлагаю попробовать заключить мир с рюгенгордцами, пока мы в выгодном положении.

Матеуш молчал, вперившись в девушку своими рыбьими глазами.

— Ты же видел отчёт, который подготовил Годемир совместно с кабинетом министров, — осторожно произнесла Катарина. — Если всё продолжится в том же духе, через три месяца у девяноста пяти процентов твоих подданных не будет возможности приобрести хлеб, он будет золотой. Через шесть месяцев — его не сможет купить никто, потому что в стране не останется ни зёрнышка.

— Я видел отчёт, — король резко освободил свою ладонь из рук сестры. — У нас есть резерв на такие случаи, к тому же скоро будет посевная.

Принцесса никак не показала, что её обидело демонстративное действие брата, и настойчиво, с жаром продолжила убеждать его:

— Королевские амбары полны только на четверть. Проблема с продовольствием появилась не вчера, и мы всеми силами пытались сбить рост цен, выпустив на рынок дополнительные объёмы. С урожаем всё тоже негладко: рекрутский набор сократит и так скудные будущие посевные площади примерно на треть, возможно даже больше. Матеуш, мы на пороге страшного голода.

— Вы с Годемиром сгущаете краски! — повысил голос король и стрельнул в канцлера глазами. — Мы всегда можем закупить недостающую провизию у наших торговых партнёров!

На этот раз Зефир наконец различил эмоцию, занявшую пустоту во взгляде у брата Катарины. И это была злость. Нет, даже что-то похуже — лютая ненависть.

— Матеуш, послушай, — с мольбой в голосе проговорила девушка. — Это не выход. Наши ближайшие соседи лежат в руинах, а на их территории хозяйничает неприятель. Везти пшеницу из Зеегарда слишком дорого, да и не покроет она нужные нам объёмы, просто продлит агонию. Пожалуйста, брат…

Принцесса с надеждой смотрела на короля, как и канцлер, пока тот молча рассматривал их.

Командир же хмурился. Дело было не только в еде. Он не понимал, как Матеуш собирался побеждать армию мутантов.

Закидать трупами? Так люди не безмозглые болванчики. Когда они поймут, что выиграть невозможно, то просто побегут. Не было у королевства ресурсов на эту войну.

— Из Вальдмарской Республики, ставшей провинцией новой империи, недавно пожаловал посланец, — тем временем продолжила Катарина,