Тень ворона - Анастасия Дёмина

ведомый диким голодом, польстился на ложку гречи из горшка и запил ее квасом из стоящих на столе кружек. Но после такого грубого приема Иван решил смолчать, пусть этому великану будет впредь наука, как надо привечать гостей. А что этот гость с самого начала повел себя глупо и недостойно… Он мысленно пожал плечами, подавляя упрямством угрызения совести.

Воробушек виновато обернулся на Ивана, но послушно отошел к печи и вскоре поставил на скамейку рядом с ним тарелку с совсем немного зачерствевшим ломтем ржаного хлеба, куском сыра, полоской вяленого мяса и желтым яблоком и большую кружку кваса.

При виде вполне годного угощения Иван немного смягчился и даже слегка заерзал от неловкости – он уже успел вообразить, что ему предложат заплесневевшие сухари. Благодарно поклонившись покрасневшему от смущения мальчику, он налег на еду.

Воробушек присоединился к товарищам за столом, и некоторое время все ели молча. Утолив первый голод, Иван, доедая сыр, покосился в их сторону и встретился взглядом с сидящим во главе богатырем – Леней, как назвал его рыжий.

– Ну рассказывай, – сказал он, – зачем ты к нам пожаловал?

Иван был не в настроении вдаваться в подробности, с него хватило, что он в лесу обнажил душу, не зная, кто его слушает. Поэтому ограничился кратким:

– Через четыре дня в наш город войдет разбойничье войско. Они и так хозяйничают во всем царстве последние два года, а теперь грозят окончательно установить свои порядки и перебить кучу народу. Всю мою семью в том числе. – Иван сглотнул и опустил глаза к тарелке. – Отца моего они уже убили.

Хозяева избы уставились на него, забыв о еде. Светловолосый юноша слегка повернулся в корпусе к Ивану и, прищурив темные глаза, спросил:

– И что ты собираешься делать?

– Одна знакомая, знающая толк в волшебных делах, рассказала мне о мире по Ту Сторону, где время течет иначе, чем у нас, и где я смогу обрести силу, чтобы справиться с разбойниками, – признался Иван.

Сидящие за столом многозначительно переглянулись.

– Тогда понятно… – начал было Воробушек.

Но Леня, вскинув руку, его прервал и обрубил:

– Это дело Старейшин, им и решать.

Светловолосый юноша изогнул тонкую бровь, но молча вернулся к каше. Воробушек, поникнув, тоже уткнулся носом в тарелку.

Иван, тихонько вздохнув, допил квас и угрюмо захрустел яблоком. Воодушевленный обещаниями волшебной силы, хотя Аксинья и настаивала, что все будет зависеть от него и за просто так ничего не бывает, Иван не особо задумывался, что его может ждать после перехода на Ту Сторону. У него и времени-то на это не было, а в лесу его в первую очередь заботило, как не забыть и выполнить все наказы служанки и найти волшебный дуб, а что будет дальше – там уж как пойдет. Но стоило признать, ведомый благородной целью спасения целого царства, он рассчитывал на более радушную встречу.

Он вдруг зевнул, да так, что челюсти едва не свело.

Это не осталось незамеченным. Леня, с громким стуком поставив на стол кружку, кивнул Воробушку:

– Отведи его в светелку, пусть поспит с дороги. Утро вечера мудренее.

Рыжий мальчик вскочил из-за стола, подбежал к Ивану и взял у него пустую тарелку со словами:

– Пойдем, я покажу, где умыться.

Приведя себя немного в порядок, Иван вслед за Воробушком поднялся из сеней в небольшую чистую светелку. В дальнем углу здесь стоял сундук и были сложены несколько мешков, а рядом с красным окном лежала куча сена.

– Мы тут иногда спим летом, когда очень жарко, – пояснил Воробушек, пропуская Ивана в глубь комнатки. Помявшись, он, отведя глаза, добавил: – Леня наверняка в сенях ляжет, так что ты, ну…

– Я не сбегу, – сказал Иван, стараясь не показать раздражения. Он видел, как мальчику неловко это говорить, Воробушек явно был не в восторге от настороженного и даже в каком-то смысле грубого отношения старшего товарища, но перечить ему не смел. Иван это понимал и его не винил.

– Да ты и не сможешь. Просто Леня и так сердит, не надо, чтоб он совсем на тебя ополчился… Ну, спокойной ночи! – бросил на прощанье Воробушек и убежал прежде, чем Иван успел спросить, почему он не смог бы отсюда сбежать.

Усмехнувшись столь емкому прозвищу – имени? – рыжего мальчика, порхающего из одного места в другое и ни минуты, похоже, не способного усидеть спокойно, Иван приставил к стене прихваченный из чулана короб и, схватив охапку сена, устроил себе лежбище под окном.

«Утро вечера мудренее», – подумал он, устраиваясь, хотя ему и было немного досадно повторять за негостеприимным богатырем.

Но Иван на самом деле так устал и вымотался, что мысли текли медленно, как кисель, и требовали крепкого кнута для разгона. Еще раз сладко зевнув, он глянул на висящую в окне половинку луны посреди знакомых с раннего детства звезд. Если бы не непривычные звуки, доносящиеся снизу, и не щекочущий грудь мешочек с волшебными желудями под рубахой, он почти мог представить, что лежит в горнице родной избы.

Вздохнув, он закрыл слипающиеся глаза и провалился в сон.

Глава 5

Разбудил Ивана голос Воробушка:

– Иван! Просыпайся!

Он резко сел, не понимая спросонья, где находится и кто с ним разговаривает. Незнакомые стены тоже не спешили развеять сумятицу. Тряхнув головой, он повернулся на зов и, увидев в дверном проеме взъерошенную рыжую голову, запоздало кивнул:

– Я встаю.

И сощурился на падающие в окно золотистые лучи. Должно быть, он за вчера умаялся еще сильнее, чем ему казалось, раз они его не разбудили.

Поднявшись, он потянулся, морщась от тянущей боли в натруженных ногах и плечах. Размяв хрустнувшую шею, он отряхнул волосы и одежду от соломы, смахнул ее назад в кучу и спустился в сени, где его уже поджидали хозяева.

– Выспался? – прогудел Леня.

Иван внутренне подобрался, как кот при виде дворового пса, но сдержался и поклонился:

– Благодарствую за ночлег.

Леня кивнул и, развернувшись, вышел из избы. Светловолосый юноша, чьего имени Иван так пока и не узнал, молча последовал за ним. Воробушек осуждающе поджал губы, смотря в спины старшим товарищам, после чего легонько улыбнулся Ивану и взмахом руки позвал его за дверь.

Во дворе Леня снова повернулся к Ивану.

– Мы поговорим со Старейшинами, узнаем, что с тобой дальше делать. Поешь, что в избе найдешь, можешь ходить везде, кроме конюшни. – Он указал на небольшое строение чуть дальше от дома.

Иван, насупившись, кивнул. Внезапно светловолосый юноша шагнул к нему и наклонился, так что они стали почти