Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Не особо обнадеживающий ответ, а скорее, отсутствие ответа. Но, по крайней мере, Лун не ошибся – она шаманка.

– Я Лун из Опаловой Ночи, консорт Нефриты, королевы-сестры двора Тумана Индиго.

Надо попытаться отправить кому-нибудь весточку. Правда, он не знал, где сейчас остальные, и не мог попросить доставить сообщение в Пределы, на которые, возможно, напали скверны. Лун постарался припомнить всех земных, кто был чем-то ему обязан и еще жив. Калам отослал выживших из отцовской экспедиции обратно в Кедмар, за помощью, и до них, пожалуй, добраться проще всего.

– Могу я отправить сообщение?..

Все вокруг вдруг потемнело, поле зрения сузилось до темного туннеля.

Он лежал на полу, скрючившись пополам, и пытался дышать.

Сейлинель шагнула к нему.

– Что с тобой? Это от ожогов?

Лун глубоко вздохнул, судороги утихли, и ему удалось сесть.

– Прошло слишком много времени с тех пор, как я ел.

Его голос прозвучал хрипло и резко. Лун знал по горькому опыту, что может какое-то время обходиться без пищи, но тогда судороги станут чаще и гораздо более болезненными.

– А чем ты питаешься? – спросила Сейлинель.

Лун горько усмехнулся при мысли, что вопрос, видимо, с подвохом.

– Тем же, что и кишцы.

Сейлинель поспешно вышла. Лун кое-как сел, откинув голову на холодный камень стены, и погрузился в легкую дрему. Из оцепенения его вывели шаги и аромат вареного мяса.

Вошла Сейлинель с двумя земными, один нес низкий столик, а другой подносы с едой. Она жестом приказала поставить все это перед Луном, и он изобразил судороги, чтобы скрыть облегчение. Они могли бы морить его голодом, чтобы получить нужное, хотя он понятия не имел, чего им от него надо.

Один из земных положил у стола подушку и отступил. Лун на трясущихся ногах уселся на нее и в первый раз как следует рассмотрел еду.

На подносе стояла миска прозрачного бульона с разными кореньями и кусками вареной рыбы, тарелки с кусками вареного мяса в темном соусе, жареными шариками из желтого зерна с красными вкраплениями, а еще лежало маленькое круглое печенье и пухлые квадратики чего-то вроде хлеба со сладкой пастой. Многие блюда были обернуты в большие листья, присыпаны маленькими белыми цветами и пахли разными специями. Цилиндрический чайник источал горьковатый аромат кишского чая, и еще была фляжка с простой водой.

Сейчас Луна не волновало, что все это, возможно, приправлено ядом. Ему уже случалось бывать на окраинах территории Киша, и некоторые блюда выглядели знакомыми, а у жандеров в экспедиции зерно было основным продуктом питания. Сначала он выпил чая, а потом набросился на еду. Он заставлял себя есть помедленнее и демонстрировать лучшие манеры («земные наблюдают за тем, как ты ешь»), чтобы не заболеть самому и не испугать кишцев. Все, за исключением Сейлинель, отступили к дверному проему и с настороженным любопытством наблюдали за ним. Двое были того же вида, что и Сейлинель, только помельче, а третий – синий, с кудрявой шапкой серебристых волос на голове и очень большими выразительными глазами. Казалось, все ждали, что Лун сделает что-то ужасное, и он обрадовался, когда Сейлинель жестом приказала им выйти.

Она подождала, пока Лун уничтожит половину еды, и спросила:

– Не расскажешь, как ты оказался в обломках того не то строения, не то огромного механизма?

До сих пор Лун не знал, много ли ей известно и не испытывает ли она его. Но слова про «огромный механизм», а не просто про кучу странного камня или металла, которая внезапно свалилась с неба, означали, что Сейлинель осведомлена лучше, чем показывала до сих пор.

– Хианцы украли древнее оружие из города строителей фундаментов, который хотел исследовать Каллумкал. Они собрались пустить его в ход, чтобы уничтожить сквернов, но оно убивало также жандеров и раксура. И хианцев. Они об этом знали, но их это не остановило. Они поместили оружие в древние руины предтеч, чтобы включить. Мы попытались им помешать.

Он предпочел не вдаваться в подробности. Сейлинель, возможно, желает подтвердить рассказанную кем-то историю или поймать его на лжи. Лун хотел спросить про ветряной корабль, но лучше не рассказывать о нем кишцам, если они еще не знают.

– А Калам, Рорра или Делин знают, что я здесь?

– Это мне неизвестно, – отозвалась она. – Но представитель Кедмара в Имперском совете знает. – Она снова пристально посмотрела на Луна. – Мне говорили, что консорты никогда не покидают колоний раксура.

Она использовала правильное кедайское слово – колония, а не улей или что-то вроде того, как Луну случалось слышать. И это зажгло искру надежды. Она явно говорила с тем, кто знаком с раксура, необязательно с Делином, Каламом или Роррой – а, например, с каким-то неведомым Луну кишским ученым.

– Очень редко, – ответил он. – Но консорты путешествуют со своими королевами, как… – Он не был уверен в неоднозначном слове, которое хотел использовать на кедайском, поэтому вставил альтанское: – Как доверенное лицо. – Поев, он уже чувствовал себя не таким слабым, и думать теперь стало легче. Лгать не стоит, ведь он не знает, как много известно Сейлинель. Ничего хорошего, поскольку лгать Лун умел гораздо лучше, чем говорить правду. – Я рос вне колонии, поэтому путешествовал гораздо больше, чем другие консорты.

В таком изложении это выглядело лучше, чем если бы он признался, что большую часть жизни был тем, что раксура зовут одичавшим одиночкой.

– Почему консорты так… так нуждаются в защите? Потому что вы мужского пола?

Лун поднял на нее взгляд. Пару циклов назад он не смог бы ответить на этот вопрос.

– Потому что мы храним наследие двора.

Сейлинель ничего не сказала, но Лун чувствовал ее взгляд, пока очищал последнюю тарелку с маленьким печеньем.

– Еды достаточно? – спросила она.

Он поднял голову.

– Зависит от того, сколько вы меня здесь продержите.

– По крайней мере до тех пор, пока ты достаточно не поправишься для путешествия. Кормить тебя будут, когда захочешь. – Она взглянула на пустые тарелки. – Сейчас у тебя есть еще какие-нибудь пожелания?

– У вас есть книги на альтанском? – неожиданно для себя спросил Лун.

Отчасти это было стратегией – ему нужно поддерживать ее мнение о себе как о разумном существе, а не опасном животном. Но если он надолго застрянет здесь, не понимая, что произошло с остальными, чтение поможет сохранить ясность рассудка.

Ее брови дрогнули – она явно пыталась скрыть нелестное для него удивление.

– Уверена, какие-нибудь можно найти. – Она помедлила. – Еще что-нибудь?

– Для чего нужен водный резервуар в центре комнаты? – спросил Лун.

– Для охлаждения воздуха, – ответила Сейлинель и ушла.

Лун