Всадники Перна - Энн Маккефри

несколько дней Ф’нору беспокоиться было некогда. К Брекке возвращались силы, и она настояла, чтобы он вернулся к своим обязанностям. Она также убедила Манору разрешить ей спуститься в Нижние пещеры, где она могла приносить хоть какую-то пользу. Манора поручила Брекке обшивать края готовых стенных портьер, что позволило ей включиться в бурную деятельность Нижних пещер. Файры с ней почти не расставались. Когда Ф’нор уходил по делам, Гралл начинала возбужденно щебетать, разрываясь между ним и Бреккой, и приходилось приказывать ящерке оставаться с девушкой.

Ф’лар оказался прав, утверждая, что Асгенар и Бендарек согласятся с любым нововведением, которое может сохранить леса. Но недоверие и сопротивление, с которыми он столкнулся, лишь продемонстрировали монументальность задачи, за которую он взялся. Как лорды, так и мастера относились к его объяснениям с неприкрытым презрением, пока не явился Ф’нор с котелком живых Нитей – слышалось, как они шипят и потрескивают – и не вывалил их в резервуар с зелеными ростками лунного дерева. Несколько мгновений спустя спутанные Нити были полностью сожраны личинками. Ошеломленные зрители даже не стали спорить с утверждением Ф’лара, что дымящиеся ожоги на листьях затянутся через несколько дней.

Всадники многого не знали о личинках. Ф’лару приходилось подробно объяснять, сколько потребуется времени на их распространение, чтобы данная конкретная территория могла считаться защищенной от Нитей, какова продолжительность жизненного цикла личинок и какая их плотность требуется, чтобы обеспечить надежную защиту.

Решено было начать с Лемос-холда. Его драгоценные леса с мягкой древесиной, пользовавшейся огромным спросом и незаменимой в изготовлении мебели, были крайне уязвимы к вторжениям Нитей.

Поскольку бывшие жители Южного Вейра не обучались фермерскому ремеслу, они не обращали внимания на скопища личинок в южных лесах. В Южном полушарии сейчас была осень, но Ф’нор, Н’тон и еще один всадник договорились совершить прыжок во времени в прошлую весну. Им помогла Брекка, которая многое знала о разных аспектах жизни Южного Вейра и могла подсказать, в какое время они не столкнутся в прошлом с другими всадниками. Хотя Брекка родилась на ферме, живя в Южном, она занималась уходом за больными, преднамеренно держась подальше от вопросов сельского хозяйства, чтобы разорвать все связи с прежней жизнью.

Ф’лар не торопил мастера Андемона, но продолжал воплощать свои планы в жизнь так, словно цех фермеров оказывал ему полную поддержку. Несколько раз Андемон просил Нити и личинок, которые незамедлительно ему доставлялись, но ничего не сообщал о своих наблюдениях.

О проекте сообщили также мастеру-кузнецу Фандарелу и его помощнику Терри, устроив для них специальную демонстрацию. Преодолев изначальное отвращение к личинкам и ужас от соседства с Нитью, Терри пришел в неописуемый восторг. Мастер-кузнец лишь что-то мрачно проворчал, ограничившись критическим замечанием в адрес ковша с длинной ручкой, в который была поймана Нить.

– Нерационально, нерационально. Чтобы что-то поймать, его можно открыть только один раз.

Забрав ковш, он направился к ожидавшим его всаднику и дракону. Терри рассыпался в заверениях, что мастер-кузнец вне всякого сомнения впечатлен увиденным, готов помогать всем, чем только можно, и вообще сегодня знаменательный день. Его словоизлияния прервал раздраженный рев Фандарела, и Терри, кланяясь, побежал к мастеру, продолжая на ходу махать сбитым с толку всадникам.

– Я думал, Фандарел оценит хотя бы личинок, – заметил Ф’лар.

– Может, от изумления он лишился дара речи? – предположил Ф’нор.

– Нет, – поморщилась Лесса. – Его разозлила нерациональная конструкция ковша!

Рассмеявшись, они занялись другими делами. Вечером прибыл гонец из кузнечной мастерской с похищенным ковшом и новой весьма изобретательной конструкцией, формой напоминавшей грушу, с длинной ручкой. С помощью рычага на ней можно было открывать крышку, причем та была устроена по принципу клапана, не позволяя попавшей внутрь Нити выбраться наружу. Это позволяло использовать устройство неоднократно.

Гонец также доверительно сообщил Ф’лару, что у мастера-кузнеца возникли сложности с его дальнописцем. Все провода следовало покрыть защитной оболочкой, чтобы Нити не могли перерезать тонкую металлическую проволоку. Кузнец экспериментировал с оболочкой из керамики и металла, но не мог производить ее в больших количествах и достаточно быстро. Поскольку Нити теперь падали часто, его мастерские не успевали справляться с ремонтом засорившихся или выгоревших огнеметов. Отказ снаряжения посреди Падения повергал наземные команды в панику, их настоятельным требованиям невозможно было отказать. Лорды, которым обещали дальнописцы в качестве средства связи, настаивали на том, чтобы найти решение как можно скорее. И не менее настырно они настаивали на решении, которое считали окончательным, – предложенной экспедиции к Алой Звезде.

Ф’лар начал ежедневно собирать своих советников и командиров крыльев, обсуждая все стороны задуманного плана. Они также решали, кто из лордов и мастеров способен воспринять новые знания, при соблюдении всех мер предосторожности.

Асгенар сообщил им, что Ларад Телгарский мыслит намного консервативнее, чем они полагали, и демонстрация в помещении произведет на него куда меньшее впечатление, чем целое поле, оказавшееся под защитой во время полномасштабной атаки Нитей. К несчастью, Фамира, молодая жена Асгенара, будучи в гостях в родном холде, по неосторожности упомянула о проекте. Ей хватило сообразительности послать своего файра к лорду Асгенару, который уговорил своего родственника собственной персоной прибыть в Бенден-Вейр, чтобы ему там все объяснили и показали. Ларада, однако, это не убедило, и он пришел в ярость, заявив, что речь идет о жестоком обмане и предательстве со стороны всадников. Но когда Асгенар показал ему находившийся под защитой личинок участок леса в Лемосе и вывалил на один из саженцев живую Нить, а затем выдернул молодое деревце с корнями, демонстрируя, что оно надлежащим образом защищено, гнев лорда Телгарского пошел на убыль.

Обширные долины Телгара почти непрерывно подвергались жестоким атакам Нитей. Телгарские наземные команды выбились из сил, вынужденные постоянно быть начеку.

– Чего у нас нет, так это времени! – воскликнул лорд Ларад, услышав, что защита с помощью личинок – долгосрочный проект. – Мы каждый день теряем поля со злаками и корнеплодами. Люди устали без конца сражаться с Нитями, у них почти не осталось сил. В лучшем случае нас ждет голодная зима, но, судя по прошедшим месяцам, я опасаюсь худшего.

– Да, нелегко осознавать, что помощь столь близко и вместе с тем столь далеко – из-за жизненного цикла насекомого величиной с палец, – сказал Робинтон, без которого не обходился ни один подобный разговор. Руки арфиста поглаживали маленького бронзового файра, запечатленного им несколько дней назад.

– Или из-за расстояний, которые позволяет преодолеть лишь тот дальногляд, – хмуро проговорил Ларад. – Что там с путешествием к Алой Звезде? Что-нибудь делается?

– Да, – ответил Ф’лар, изо всех сил стараясь сохранять хладнокровие. – Ее рассматривают каждой ясной ночью. Вансор обучил крыло наблюдателей и