"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

— Виолетта, ты снова выглядишь так, будто собралась в гроб, — бросил он за завтраком, не отрываясь от газеты. — Эти твои книги... Библиотекарь жалуется, что ты берешь самые мрачные тома. Тебе стоит больше уделять внимания своим обязанностям. Мы должны появиться на приеме у графа Морана завтра.

— Прости, дорогой муж, — я склонила голову, пряча за ресницами ледяную ярость. — Я просто пытаюсь найти ответы. Моя память всё еще... обрывочна.

— Забудь о памяти! — он резко отложил газету. — Есть только «сейчас». И сейчас ты — жена будущего короля. Постарайся соответствовать.

Я знала, что после этого завтрака он отправится к своей новой фаворитке — баронессе Лили. Он даже не скрывался, считая, что я слишком сломлена, чтобы заметить.

Я начала действовать через слуг. Пара слов, оброненных Элизе. Письмо, якобы случайно оставленное на столе. Слухи расползались по дворцу, как плесень. О том, что принц тратит казну на любовниц, пока в стране дефицит металлов. О том, что он груб с гвардейцами. О том, что за его надменностью скрываются комплексы.

Я подставляла его мелко, но методично. Спутанные бумаги в его кабинете, из-за которых он выглядел идиотом на совете. Сплетни о его ночных похождениях, дошедшие до самых консервативных советников Короля. Я хотела, чтобы его начали презирать. Чтобы его самодовольство стало его петлей.

Но неделю назад что-то изменилось. Сначала это была просто усталость. Я списывала её на ночные бдения над книгами. Затем пришла тошнота.

Очередным утром я едва успела добежать до фарфоровой чаши, прежде чем мой желудок вывернуло наизнанку. Тело дрожало, во рту стоял кислый привкус желчи.

— Ваше Высочество? — голос Элизы за дверью заставил меня вздрогнуть. Я вытерла губы холодным полотенцем. — Всё в порядке, Элиза. Просто... голова кружится.

Но в порядке не было ничего. Я посмотрела на себя в зеркало. Бледная, с лихорадочным блеском в глазах.

«Это просто истощение», — уговаривала я себя. — «Я слишком много отдаю Уро. Он выпивает меня».

Но Элиза, эта тихая гадюка, уже донесла. Она была глазами и ушами Корнелиуса в моих покоях.

Через час двери моей спальни распахнулись. Корнелиус стремительно переступил порог, за ним следовали двое: старый лекарь в тяжёлых очках и целитель в белых одеждах, от которого исходил едва уловимый аромат лечебных трав и магии.

— Виолетта, мне сказали, тебе плохо, — Корнелиус остановился у изножья кровати. В его голосе не было сочувствия, только раздражение. Еще бы, я ломала его планы на день. — Осмотрите её. Я не хочу, чтобы она упала в обморок на глазах у министров.

Лекарь проверил пульс, осмотрел зрачки. А затем вперёд вышел целитель. Он не касался меня руками. Он просто закрыл глаза и протянул ладонь ко мне.

Воздух в комнате словно сгустился. Я почувствовала, как Уро внутри меня замер, свернувшись в тугой узел.

Целитель открыл глаза. Его лицо, до этого бесстрастное, вытянулось от удивления. Он перевел взгляд с меня на Корнелиуса, затем снова на меня.

— Ну? — нетерпеливо бросил принц. — Что с ней? Обычное малокровие?

— Ваше Высочество... — целитель запнулся, подбирая слова. — Это не болезнь. Это... жизнь. Принцесса Виолетта беременна.

Комната поплыла у меня перед глазами. Я почувствовала, как ледяная волна накрывает меня с головой, вышибая воздух из легких. Этого не может быть. Прошло столько времени...

Корнелиус застыл. Его лицо исказилось. Он медленно подошел к целителю, его голос стал опасно тихим, звуалированным, но в нем слышался скрежет металла.

— Беременна? Ты уверен в своих чувствах, старик? Как это возможно... учитывая, что с момента возвращения моей жены... мы соблюдали дистанцию, необходимую для её «восстановления»?

Целитель поклонился, его голос дрожал.

— Магия не лжет, мой принц. Я чувствую искру. И... — он сглотнул, бросив испуганный взгляд на дверь. — Я чувствую в этом плоде королевскую кровь. Чистую. Мощную. Такую же, как у вашего отца. Или у вас.

Корнелиус побледнел. В его глазах отразилось полное непонимание. Он знал, что не прикасался ко мне. Но слова целителя о «королевской крови» сбивали его с толку. Король? Нет, это было бы слишком даже для его отца. Или... его память снова подводила его? Он посмотрел на меня с такой ненавистью и подозрением, что мне захотелось сжаться в комок.

— Оставьте нас, — приказал Корнелиус.

Когда дверь закрылась, я не выдержала. Меня накрыла истерика. Я смеялась и плакала одновременно, вцепляясь пальцами в простыни, пока в горле не встал горький ком.

Ноа. Это был ребенок Ноа.

Я помнила каждое его прикосновение, каждый шёпот. И слова целителя о «королевской крови»… Они стали моим спасательным кругом. Для дворца это означало только одно: наследник. И мне это было на руку.

— Чей это ребенок? — Корнелиус резко шагнул к кровати и схватил меня за плечо, встряхивая так, что голова мотнулась. — Отвечай! Какой шпион Кайрэна успел оставить в тебе это семя? Ты была там больше месяца!

Я посмотрела на него сквозь пелену слез, и внутри меня, за выжженной пустыней отчаяния, внезапно проклюнулась холодная, расчетливая решимость.

Раньше я была готова умереть, чтобы забрать их всех с собой в могилу. Я шла на риск, лазила в хранилища, подставляла шею под удар, мечтая лишь о мести. Но теперь всё изменилось.

Внутри меня была часть Ноа. Живая. Настоящая. Не та тень, запертая в кулоне, а человек, который должен был родиться. Я больше не могла бездумно рисковать собой. Моя жизнь теперь принадлежала не мне, а ему. И чтобы защитить его, я должна была стать самой искусной лгуньей в этом проклятом замке.

— Это твой ребенок, Корнелиус, — выдохнула я, заставляя свой голос звучать надломленно, но уверенно. Я прижала ладонь к его руке на моем плече. — Опомнись...

Я видела, как в его глазах вспыхнуло сомнение. Корнелиус замер. Его хватка ослабла. Моя решимость словно передалась ему.

— Целитель сказал — кровь королевская, — продолжала я, вкрадчиво, почти шепотом.

Корнелиус медленно отступил на шаг. Его лицо, до этого искаженное яростью, начало разглаживаться. Самодовольство, его вечный спутник, возвращалось на своё место. Его ребенок. Конечно. Как могло быть иначе? Он — будущий Король, его семя крепкое. Его эго с радостью заполнило лакуны в памяти, услужливо подставленные моей ложью.

— Нашлась бы раньше — не было бы таких