"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

Это была одна из моих фрейлин, но от прежней женщины в ней не осталось ничего человеческого. Челюсть неестественно вытянулась, губы потрескались в оскале, а в глазах кипела мутная чернь. Её дыхание несло гнилью и раскаленным металлом. Она не говорила — она утробно рычала.

Я врезала ей локтем в грудь, вложив в удар магию. Она вспыхнула между нами, отбросив её на стену, но в ту же секунду что-то схватило меня за волосы и резко дёрнуло назад. Вторая тварь — возможно, слуга, возможно, стражник — я не успела рассмотреть. Их лица были размыты хаосом.

Меня снова швырнуло на пол. Раненое бедро ударилось о камень, и боль прошла молнией до самого позвоночника. Я задыхалась, чувствуя вкус крови во рту. Платье цеплялось за выступы пола, ткань рвалась окончательно, обнажая ноги, покрытые ссадинами и пылью.

— Прочь! — выдохнула я сквозь зубы.

Проклятие вышло не аккуратным и не точечным, как я привыкла. Оно было сырым и яростным. Я влила магию сразу в двоих, не заботясь о точности ради чистого разрушения. Их тела выгнулись, ритм в их естестве сорвался с орбит, превращаясь в безумный вихрь. На мгновение они застыли.

Этого хватило.

Я поднялась на одно колено и ударила снова — прицельно, в центр груди ближайшей фрейлины. Её аура лопнула, как переполненный сосуд. Женщина осела, тяжело и неестественно, превращаясь в груду безжизненной плоти.

Вторая взвыла и кинулась на меня с нечеловеческой скоростью. Я не успела уклониться. Острые когти скользнули по плечу, с мерзким хрустом вскрывая кожу. Тёплая, густая кровь моментально потекла по руке, пропитывая разодранный шелк.

— Я не твоя! — выдохнула я сквозь сжатые зубы, вплетая в яростный шепот последнее, отчаянное благословение самой себе.

Я перехватила её руку, игнорируя боль, и мертвой хваткой вцепилась в шею твари. Я не просто ударила магией — я начала выпивать остатки её оскверненной жизни. Это было похоже на глоток раскаленного металла и гнили. Края ран на моём теле начали медленно, со скрипом стягиваться, но этого было мало. Её внутренний свет погас, захлебнувшись в моем голоде, раньше, чем я успела полностью восстановиться. Я впервые пробовала на вкус чужое существование, и оно было горьким, как пепел.

На секунду коридор опустел.

Я стояла, со свистом дыша, и чувствовала, как кровь стекает по ноге, как ткань платья висит лоскутами, как по коже бегут мурашки от перегретой магии. Руки дрожали, но не от слабости, а от чудовищного перенапряжения.

— Даниэлла… — прошептала я в пустоту, и имя дочери обожгло губы.

Где-то впереди раздался новый крик, грохот и звон стали. Демоны заполнили внутренние переходы. Их присутствие прокатывалось по дворцу, сдавливая виски.

Я сделала шаг. Нога подогнулась, но я удержалась, вцепившись пальцами в холодный, щербатый камень стены. Боль в бедре стала тупой и монотонной, словно в меня вогнали раскалённый прут.

Я пошла дальше.

Каждый шаг оставлял на светлом мраморе алую отметину. Волосы прилипли к лицу, смешавшись с потом и грязью. Руки были испачканы кровью — моей и чужой. Я больше не была принцессой Элларии.

Я была ведьмой, выбравшейся из пламени.

В коридорах царило абсолютное безумие. Стражники падали, разорванные ударами когтей, слуги метались в панике, превращаясь в легкую добычу для теней. Повсюду, куда ни кинь взгляд, лежали тела.

— Даниэлла! — крикнула я снова.

Ответа не было. Только красный свет из окон, только гул, только ощущение, что дворец рушится.

Глава 42

Король не стал ждать, пока хаос окончательно разорвёт его стены. Он ответил тем, чем владел лучше всего — контролем. Энергия, идущая от дворца, изменилась. Если прежде она была дрожащей и расшатанной, теперь в ней проступила жёсткая структура. И изнутри показалась масса тварей.

Они не походили на тех одичалых демонов, что вылезли из разлома. Эти были выстроены. Собраны. Переписаны. Их движения были синхронны, их естество прошито нитями, тянущимися к камню стен, как поводки. Я видел, как из ворот выбегают фигуры в тёмной броне, но под металлом не было привычной человеческой плотности. Это были демоны, насильно встроенные в плоть, или люди, чья воля уже стала опорой для чужого разума.

Король выпускал свою гвардию. Она столкнулась с моими подчинёнными на площади. Пространство завибрировало от удара. Металл гнулся, кости ломались, когти скребли по камню, и всё это сопровождалось не криками, а низким, как рокот приближающейся бури, гулом.

Я шагнул вперёд.

Первые двое напали без предупреждения. Их движения были быстрыми и точными. Один из них — высокий, в разорванном мундире гвардейца — ударил меня мечом. Я не стал уклоняться полностью, броня приняла удар. Металл раскололся, не выдержав давления моей оболочки, но импульс прошёл внутрь, заставив метки вспыхнуть.

Второй удар пришёлся в бок. Я перехватил руку противника и сжал. Под пальцами хрустнуло — не кость, а нечто плотнее, будто я ломал чужую печать. Его аура дёрнулась, нити, тянущиеся к дворцу, натянулись, как струны, и я почувствовал сопротивление. Не его, Сущности.

— Интересно, — произнёс я тихо.

Сосредоточение энергии разорвало душу. Его глаза вспыхнули белым, затем потухли. Тело осело пустой оболочкой.

Ответ последовал мгновенно.

Из дворца ударила волна давления, и ещё десяток фигур высыпало на площадь. Среди них были живые, с человеческими лицами гвардейцы, но их движения были слишком плавными и синхронными. Их разум был одурманен, подавлен, встроен в общий ритм. Словно единый организм. Я уже видел такое.

Король выпускал не только демонов, но подчинял и людей.

Я шагнул навстречу.

Мечи столкнулись с моей бронёй, когти царапнули плечо, чёрные печати вспыхнули. Я не уклонялся — я продавливал. Один из моих демонов вырвался вперёд, смёл троих ударом, но тут же получил ответный импульс — энергия от дворца окутала его, пытаясь перехватить волю.

Я рявкнул — не словами, а силой — и контур вокруг меня сжался. Мои твари выстроились плотнее, создавая вокруг меня пространство, отталкивающее чужеродное влияние. Это было похоже на столкновение двух систем — одна основана на жёсткой иерархии, другая — на переработанном хаосе.

Гвардеец с окровавленным лицом бросился ко мне, и в его глазах я увидел остатки человеческого страха, зажатого глубоко внутри. Он ударил, и я поймал клинок голой рукой. Металл зашипел, раскалился и расплавился в моих пальцах. Я шагнул ближе и коснулся его лба.

— Освободись, — произнёс я.

Это