Лишь одна Звезда - Роман Евгеньевич Суржиков

У графа Элиаса Нортвуда три сына. Старший — Крейг — здоровенный тупой костолом. Средний — Хорас — брюзга и родник желчи. Эрвин искренне порадовался, что в роли курьера прибыл младший из Нортвудов — Дональд. Этот парень был на пуд тяжелее Эрвина, но по нортвудским меркам считался хиляком. Стоя третьим в очереди наследования, Дональд не питал никаких надежд на графство, потому оставался человеком простым и даже приятным в общении. Глаза у него были добрые, мальчишеские.

— Лорд мятежников!.. Рад тебя видеть, черт возьми! — вскричал медвежонок, войдя в шатер. Обеими лапами стиснул ладонь Эрвина. — Гроза императора! Демон на вороном коне! Человек без сердца! Чего мы только о тебе не наслушались по дороге.

— Мои приветствия, лорд Дональд! Мы уж вас заждались. Я целый месяц вожу войско туда-сюда по этому чертовому Южному Пути, мои советники волнуются: не свихнулся ли герцог Ориджин?.. А я просто не хотел начинать главное пиршество без вас!

— Отличные слова! Север может понять север!

— Скажи мне, Дональд, как вам удалось подойти так, что мои часовые не заметили вашу армию?

— Х-хе! Армия отстала. Тринадцать тысяч отборных бойцов, в том числе четыре тысячи всадников идут к тебе на помощь. Но главные силы еще только пересекли Дымную Даль и высадились в Южном Пути, они в неделе марша отсюда. Брат послал меня с дюжиной парней, сказал: «Нагони Ориджина и скажи, чтобы он, черт возьми, не выигрывал всю войну без нас!»

— Брат?.. — хмурясь, уточнил Эрвин.

— Ну да. Мой старший брат — Крейг, Клыкастый Рыцарь. Ты же знаешь его!

— Это Крейг командует войском Нортвуда?.. Не ваш отец?

— Конечно, Крейг… — лицо Дональда сделалось озадаченным. — Разве сестра тебе не писала? Отец… он… отошел от военного дела. Сказал: я свое отвоевал. Армией правит Клыкастый.

— Хм…

Эрвин сел, потер переносицу. Как неожиданно и глупо усложнилась ситуация. Отчасти по его собственной вине. Да, Иона писала Эрвину о переговорах с медведями. И, конечно, упомянула смену власти в Нортвуде. Но он тогда не придал значения, ответил сестре: «Ты — лучшая в мире! Нет разницы, кто из медведей главный. Важно, что Нортвуд за нас!» Однако теперь он понял, что ошибся: упертый дубина Крейг в качестве полководца создаст немало проблем. Эрвин едва удерживает под контролем своих собственных вассалов. Каковы надежды, что Крейг Нортвуд станет его слушать? Здоровенный силач, способный переломать Эрвина, как хворостинку… Многократный чемпион турниров…

Дональд не заметил эрвинова замешательства. Поднял кубок за победу, потом сказал:

— Мы тут дорогой немало слышали об одной девице — Минерве Стагфорт. Эту сказку повторяют особенно часто: якобы ты сражаешься ради нее, этой Минервы. Это она, мол, истинная внучка Янмэй и должна сесть на трон, когда мы скинем с него задницу Адриана.

— Не могу назвать это сказкой, — ответил Эрвин. — В ультиматуме Адриану я требую, чтобы он отрекся в пользу Минервы. Так что это правда.

— Хмы… — Дональд поскреб бородку. — Я, знаешь, в политике не силен. Кто там должен сидеть на троне — надо быть законником, чтобы разобраться. Но по всему видно: ты вроде неплохо придумал. Людям по душе, что ты воюешь ради молодой девчонки. Это как в геройских балладах. И что крестьян щадишь, тоже многим нравится. Говорят: лорд Ориджин — истинный рыцарь. С ним возродятся благородство и великодушие… Конечно, если Адриан его не порубит в капусту.

— Буду стараться, чтобы не… — хмыкнул Эрвин.

Молодой медведь приосанился.

— Послушай-ка, ты не против, если я тоже буду говорить, что воюю ради девушки?

— Сколько угодно.

— А можно еще добавлять, что она очень красивая?

— Не возражаю.

— И что невинно пострадала от рук Адриана?

— Насколько знаю, ее запихнули в подземелье. Правда, не Адриан, а приарх, но…

— Ага, ага! Невелика разница. Благодарю тебя!

— Все это хорошо, милорд, — ворчливо вмешался Блэкберри, — но целью нашего совещания является иное. Мы должны выработать план штурма Лабелина. И появление войска Нортвудов…

…путает мне все карты, — подумал Эрвин.

— …значительно упрощает дело, — сказал полковник. — Сир Дональд сказал, что Нортвуды отстают от нас лишь на неделю. Дождемся же их, а затем атакуем общими силами!

— Мы и так потеряли много времени… — сказал Эрвин. — Еще целая неделя проволочки…

— Ничего не изменит, милорд! Мы знаем, что Адриан ушел в Литленд с большей частью армии. Он не сможет перебросить оттуда войско за неделю.

— Но Лабелин лучше подготовится к бою…

— Он собрал уже все силы, какие мог.

— Кто знает… К тому же, задерживаясь в пути, мы прослывем трусами.

— Мы прослывем умными военачальниками, если подождем союзников, — отметил Лиллидей. — А вот если бросимся в бой, очертя голову…

Вот тебе и простое совещание, — с горечью подумал Эрвин. Тринадцать тысяч воинов увеличат его силы в полтора раза. Медведи — хорошие бойцы. Не столь хладнокровные, как кайры, но храбрые и крепкие. С таким подкреплением Эрвин сметет войско Лабелина… Сметет, да. Сотрет в порошок. Именно в этом загвоздка.

Он заговорил, обращаясь к Нортвуду:

— Лорд Дональд, хорошо, что ты прибыл именно сейчас. Ты сможешь дать мне верный совет. Не откажи в любезности.

— С удовольствием, — кивнул медведь.

— Дело вот в чем. У меня есть план штурма Лабелина. Я верю в мудрость поговорки о стенах, имеющих уши, потому не распространялся пока о сути задумки. Скажу так: как и все мои планы, этот… несколько экстравагантен. В учебниках военного дела не прочтешь о подобном маневре… разве что в очень, очень старых.

— Необычный план — это ж вроде хорошо, да?.. Противник не догадается?

Дональд покосился на эрвиновых советников — все были мрачны, никто не кивнул в ответ.

— Не догадается, верно, — сказал Ориджин. — Мои полководцы, как видишь, тоже не догадываются, и это их злит. Но вопрос в другом. Мой план требует неукоснительного, железного подчинения всех частей армии. Каждый отряд должен выполнить мой приказ в идеальной точности — лишь тогда план сработает. И вот теперь вопрос к тебе, Дональд. Ты прекрасно знаешь своего старшего брата. По-твоему, он сможет беспрекословно и твердо подчиниться мне?

Дональд почесал бороденку, склонил голову, пристально глядя на лорда-неженку.

—