Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

— Но? — Мирослав, казалось, читал его мысли.

— Но дружина и бояре могут не принять князя-христианина. Как сказал отец: «Дружина станет смеяться надо мной». — Ярополк потёр переносицу. — К тому же, принятие веры Византии может означать и принятие их главенства. Не на словах, так на деле.

— Мудрые сомнения, — кивнул Мирослав. — Выбор веры — это выбор пути. Это не только о богах, но и о том, с кем ты связываешь судьбу своего народа.

— А что думаешь ты? — внезапно спросил Ярополк. — Какой выбор сделал бы ты на моём месте?

Мирослав задумался, глядя куда-то поверх головы князя:

— Я видел много земель и много вер. Христиане, мусульмане, иудеи, язычники — все они поклоняются своим богам и все уверены в своей правоте. — Он перевёл взгляд на Ярополка. — Но я заметил, что народы, принимающие письменные религии, получают доступ к знаниям, накопленным веками. Они строят лучшие города, создают более справедливые законы, продвигаются дальше в ремёслах и науках.

— Ты говоришь, что христианство сделает Русь сильнее? — уточнил Ярополк.

— Я говорю, что доступ к книгам и знаниям делает любой народ сильнее, — уточнил Мирослав. — Но есть и другая сторона. Принимая чужую веру, можно потерять часть своей души, своих традиций. Некоторые народы, которых я видел, становились лишь тенью самих себя, слепо копируя чужие обычаи.

Он встал и подошёл к Ярополку:

— Выбор за тобой, князь. Но помни: какую бы веру ты ни принял, делай это с открытыми глазами. И какие бы союзы ни заключал — сохраняй независимость в решениях.

Ярополк внимательно всматривался в лицо собеседника — такое обычное на первый взгляд, но с глазами, в которых, казалось, отражались события многих веков.

— Кто ты? — спросил он прямо. — Ты не похож на простого купца или даже на лазутчика.

Мирослав улыбнулся, но не ответил. Вместо этого он достал из-за пазухи маленький свёрток и протянул Ярополку:

— Возьми. Это поможет тебе в трудную минуту.

Ярополк развернул ткань и увидел старинную монету из неизвестного ему металла. На одной стороне был изображён человек в венце, на другой — странная птица с двумя головами.

— Что это? — спросил он, разглядывая необычный артефакт.

— Напоминание, — ответил Мирослав. — О том, что даже величайшие империи приходят и уходят, но остаются следы их мудрости и их ошибок. Учись и на том, и на другом.

Он направился к выходу из палаты, но на пороге обернулся:

— Мы ещё встретимся, князь Ярополк. Когда придёт время делать выбор, о котором мы говорили. — Его голубые глаза на мгновение вспыхнули странным светом. — Береги себя и помни: между братьями должен быть мир, иначе держава не устоит.

С этими словами он вышел, оставив Ярополка с древней монетой в руке и тяжёлыми мыслями о будущем, которое внезапно показалось таким неопределённым и опасным.

Глава 4

# Глава 4: ХРАНИТЕЛЬ ТРАДИЦИЙ

Лес шумел тихо и загадочно, словно шептал древние тайны на языке, понятном лишь самым внимательным слушателям. Олег, средний сын Святослава, прислонился к шершавой коре дуба, вслушиваясь в эти шёпоты. Древлянская пуща была его настоящим домом — гораздо больше, чем княжеский терем в Искоростене.

Молодой князь закрыл глаза, позволяя лесным звукам омывать его сознание. Пение птиц, шелест листвы, далёкий плеск ручья — всё это сливалось в единую мелодию, успокаивающую душу. Здесь, вдали от людей, Олег чувствовал себя по-настоящему свободным.

Внезапно тишину нарушил треск сломанной ветки. Олег мгновенно открыл глаза, рука потянулась к ножу на поясе. Но тревога оказалась напрасной — на небольшую поляну вышел седобородый старик, опиравшийся на посох из корявой ветви дуба.

— Здрав будь, княже, — поклонился старик, заметив Олега. — Не ожидал встретить тебя так далеко от крепости.

Олег узнал пришедшего — это был Малк, один из старейших жрецов древлянского капища, хранитель старых обрядов и преданий.

— И тебе здравия, мудрый Малк, — ответил Олег, убирая руку от ножа. — Лес зовёт меня громче, чем дела в тереме.

Старик понимающе улыбнулся:

— В твоих жилах течёт кровь древлянских князей — по матери твоего деда. Они всегда были ближе к лесу, чем к крепостным стенам.

Олег кивнул. Его прадед по материнской линии действительно был древлянским князем, правившим этими лесными землями до того, как их подчинил Киев. Возможно, поэтому отец и отдал ему в управление именно Древлянскую землю, когда делил державу между сыновьями.

— Собираешь травы? — спросил Олег, заметив холщовую сумку на плече старика.

— И травы тоже, — кивнул Малк. — Но главное — иду к старому капищу на Воронью гору. Сегодня особый день — день равноденствия. Нужно принести жертвы Перуну и Велесу, чтобы осень была благосклонна.

Олег оживился:

— Я пойду с тобой.

Малк внимательно посмотрел на молодого князя:

— Твой отец предпочитает подношения Перуну перед битвой, а не в дни равноденствия. А брат твой Ярополк, говорят, уже поглядывает в сторону греческой веры.

— Я не мой отец и не мой брат, — твёрдо ответил Олег. — Древляне приняли меня как своего князя, и я уважаю их обычаи. Старые боги хранили наши земли с незапамятных времён, и я буду чтить их, пока дышу.

По лицу старого жреца пробежала довольная улыбка:

— Хорошо сказано, княже. Идём же. Путь до капища неблизкий, а нужно успеть до заката.

Они углубились в лес, следуя едва заметной тропе, известной лишь немногим посвящённым. Олег шёл легко, привыкший к лесным дорогам. За годы правления древлянскими землями он изучил здешние пущи не хуже коренных жителей, часто отправляясь на охоту или просто бродя по лесу в одиночестве.

— Тревожные вести приходят с востока, — заговорил Малк после долгого молчания. — Говорят, твой отец разбил хазар и идёт дальше, на новые земли.

— Отец всегда ищет новых завоеваний, — пожал плечами Олег. — Таков уж его нрав.

— А что будет с уже завоёванным? — старик испытующе глянул на князя. — Земли растут, а руки, чтобы их удержать, всё те же.

Олег нахмурился:

— Ты о чём, старче?

Малк остановился, опираясь на посох:

— Твой отец разделил Русь между тремя сыновьями. Тебе — древлянские земли, младшему — Новгород, старшему — Киев. Но что будет, когда он вернётся с