Чун Цзы. Книга 2 - Шу Кэ

Обычно Чун Цзы проявляла вежливость и не осмеливалась беспокоить своего наставника. Поэтому она почти ничего не знала о том, как он проводит дни и ночи. Но сейчас, когда дух отделен от тела и учитель наверняка не увидит ее, в ней вспыхнуло любопытство. Она тихонько приблизилась к комнате Ло Иньфаня и, используя технику Перемещения сквозь стены, просунула внутрь голову и огляделась.

Чун Цзы уже владела техникой, позволяющей видеть в темноте, поэтому сразу все рассмотрела.

Ло Иньфань лежал на деревянной кушетке у стены. Его белая одежда сразу приковывала внимание.

Наставник спал в одежде. Чун Цзы высунула язык и покраснела, про себя благодаря Небеса. Прижав ладонь к губам, она старалась подавить смех. Сделав несколько шагов, она проникла в комнату и тихонько подплыла к кушетке. Несколько прядей волос струились до пола. Чун Цзы поспешила опуститься на колени, чтобы вернуть их на место. Какие гладкие, какие блестящие волосы!

Девушка подняла взгляд и посмотрела на лицо спящего.

Его губы были плотно сжаты, брови нахмурены, а лицо казалось слишком бледным. Даже во сне он был мягок и нежен. Хотелось поклониться ему снова и снова.

Волосы скользили между ее пальцами, и Чун Цзы продолжала сидеть на полу, подперев подбородок рукой.

Никто в этом мире не может сравниться с наставником, он единственный, так почему же ей кажется, что она уже когда-то видела его?

Ло Иньфань давно почувствовал чье-то присутствие в комнате, аура была ему знакома, спутать невозможно. Он был поражен. Если бы это сделала та, прошлая Чун Цзы, он бы не удивился. Но теперь она была скромной и послушной, даже лишний раз не заходила в главный зал. Пробраться в его комнату среди ночи – дерзкий поступок.

И что она хочет сделать? Конечно, обычные люди не могли увидеть изначальный дух, покинувший тело, но он – Ло Иньфань, его уровень совершенствования позволял замечать каждое ее движение даже с закрытыми глазами.

Кто бы мог подумать, что эта девочка окажется такой упорной и сможет добиться своего настолько быстро?

Ло Иньфань незаметно вздохнул, чувствуя смущение. В этой жизни она еще слишком юная и мало что понимает, но пробраться в комнату наставника посреди ночи – верх неприличия. А если взять во внимание ее прошлую жизнь… Ло Иньфань возблагодарил Небеса за привычку входить перед сном в Созерцание, особое медитативное состояние, и не снимать одежду.

Он собирался отчитать ее, но момент был явно неподходящим.

Юная ученица опустилась на колени и стала поправлять его волосы, как вдруг замерла.

Ее взгляд стал затуманенным и мечтательным, она смотрела на него не моргая.

Чун Цзы разглядывала его лицо, не собираясь отводить взгляд. Несмотря на свою способность сохранять хладнокровие в самых сложных ситуациях, сейчас Ло Иньфань явно проигрывал. Невозмутимость покидала его, а лицо стало ощутимо гореть.

Отчаявшись справиться с самим собой, он легонько покашлял.

«Наставник проснулся!» Чун Цзы была так напугана, что чуть не лишилась душ хунь и по [12]. Она закрыла обеими руками рот и нос и замерла. Прошло время, но никакого движения со стороны наставника не было. Чун Цзы, что все это время не дышала, выдохнула и похлопала себя по груди.

Однако даже после всего этого она не подумала уйти. Девочка потянулась к черной шпильке для волос, что лежала рядом с подушкой, и тихонько положила ее на стол.

Когда наставник встанет завтра утром, заметит ли он, что шпильки нет? Наверное, подумает, что потерял ее, верно?

Ее кокетливые глаза феникса торжествующе прищурились.

Неужели она правда думает, что этой шалостью сможет обхитрить его? Ло Иньфань почувствовал досаду, но одновременно его наполнял смех. Открыв глаза, он с упреком произнес:

– Чун-эр.

«Наставник и правда потрясающий! Ее раскрыли!» Чувствуя вину, Чун Цзы попыталась ускользнуть.

Было достаточно одного заклинания, чтобы вернуть изначальный дух в тело, но что-то пошло не так.

«Что же делать?! Она не может вернуться!»

Чун Цзы была ошеломлена.

Все это из-за того, что она проигнорировала предупреждения наставника и слишком поспешила, отделив дух насильно. Ло Иньфань сел, чувствуя наполняющие его беспомощность и гнев. Его распущенные волосы водопадом рассыпались по спине.

– Безрассудные поступки могут серьезно подорвать твою жизненную силу. Если меня не будет рядом, а с телом что-то произойдет, как ты вернешься?

Чун Цзы чуть на расплакалась, опустившись на колени перед кушеткой, лишь повторяла:

– Наставник, наставник…

Она даже не успела признать свою ошибку и попросить о помощи, как его рука коснулась ее лба. Сознание помутилось, и в следующий миг девушка уже сидела в своей комнате на кровати. Целая и невредимая, в физическом теле.

«Как опрометчиво!»

Впервые она не послушалась учителя и сразу же попала впросак. Чун Цзы покрылась холодным потом. Конечно же, она не станет сейчас идти к нему, чтобы получить нагоняй. Девушка укрылась одеялом и уснула.

К сожалению, дети так устроены, что чем больше им потакаешь, тем непослушнее они становятся. Ло Иньфань решил не наказывать ее за первую шалость, и Чун Цзы стала пользоваться мягкостью учителя. Ранним утром следующего дня, когда Ло Иньфань только-только встал с постели, он увидел духовного журавля, который ожидал его перед главным залом. Журавль выглядел странно: весь скукожился, голова свисала почти до земли, а ноги заплетались при ходьбе.

Присмотревшись, Ло Иньфань рассмеялся.

Как она решилась использовать журавля для тренировки переноса изначального духа, даже не спросив разрешения? Смогла поменять их души местами, но не смогла вернуть все в исходное состояние. Маленькая ученица заслуживает того, чтобы преподать ей урок!

Он нахмурился.

– Ты не усвоила прошлый урок, поэтому я дам тебе новый: останешься журавлем до конца дня.

Чун Цзы была готова расплакаться. Покачивая головой на длинной шее, расставив крылья и то и дело спотыкаясь, она последовала за ним в зал.

Ло Иньфань равнодушно бросил ей письмо.

– Доставь его.

Неужели он действительно хочет, чтобы она доставила письмо в таком виде? Умолять было бесполезно, поэтому Чун Цзы лишь хлопала крыльями в тщетной попытке взлететь. К сожалению, тело было не ее, все, что она смогла, – это подлететь на четверть чжана, после чего потеряла равновесие и упала.

– Наставник, в моем теле теперь живет дух журавля, боюсь, он может навредить мне!

Не успела она договорить, как в зал вошла «Чун Цзы»: поясница выгнута, грудь колесом, шея вытянута вперед, ноги высоко поднимаются при каждом шаге.

Чун Цзы было так стыдно, что она