Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

чтобы я беспокоюсь о силе, – произнес Кай, проходя через садовую арку. – Просто размышляю. – Он посмотрел на подругу. – Ну а ты? Тебя, по всей видимости, многое беспокоит. Поделишься со мной?

Элеонора поджала губы, желая подавить возмущение, чтобы продолжить спокойный диалог и не начать ругаться с темным принцем.

– Меня волнует то, что я почувствовала, когда наши духовные силы слились. Это было так странно, как будто, когда наши свет и тьма соединились, они перестали быть нашими…

– Быть нашими? – переспросил Кай со смешком. – Чьими же тогда они были?

Элеонора фыркнула и скрестила руки на груди. Ей не нравилось то, что темный принц решил посмеяться в такой момент.

– Я только не понимаю, почему моя сила изменилась, соприкоснувшись с твоей, но после разделения вернула свой прежний вид.

– Все просто. – Кай прошел в беседку, где уже был накрыт стол. – Думаю, изменения произошли, потому что стала формироваться наша истинная сила, и по всей видимости, она достигает апогея, только когда мы работаем вместе. Сейчас внутри нас от нача́л лишь крупицы, которые пробуждаются при соприкосновении нашей магии. Как бы тебе объяснить мое видение… – протянул он, присаживаясь за стол напротив Элеоноры. – Представь, что у тебя есть кучка деревянных щепок, смешанная с металлической стружкой, а у меня – кучка деревянных щепок, но с кусочками магнита. Пока все это перемешано и кучки находятся вдали друг от друга, ничего, кроме щепок, не разглядишь, но если их придвинуть, то мой магнит станет вытягивать из твоих щепок металл, как и твой металл станет тянуть мой магнит. Таким образом, ты начнешь видеть то, что было скрыто. Щепки – это твоя светлая и моя темная магия, а металлическая стружка и магнит – силы начал. Проще говоря, они уже внутри тебя, но их слишком мало, и они смешаны с обычной магической энергией. Вот почему тебе кажется, что сила изменилась, хотя на деле это была вовсе не она. Внутри тебя живут две разные силы, и во время перерождения сила начал поглотит человеческую магию.

Выслушав довольно логичную, но запутанную теорию, Элеонора изумилась:

– Как ты додумался до этого?

– Быстро и без накладок. – Кай налил себе чай. – Я чувствую, что внутри моей тьмы просыпается что-то новое. Будь ты так же сильна, как я, тоже бы заметила эти изменения.

– А как же божественное начало, которое ты увидел во мне?

– Я думал, ты уже поняла, что это было не оно. Светлое начало – прародитель богов, немудрено, что его сущность похожа на божественную.

– Но почему я не чувствую дисбаланса или сопротивления, если в моем теле две разные силы?

– Потому что они не противоборствующие. В тебе зреет такой же свет, какой ты имеешь сейчас, только, скажем так, истинный, чистый, высший. То же происходит и с моей тьмой.

Элеонора замолчала и взяла чайник, чтобы налить теплый напиток себе. В ее голове крутилась лишь одна мысль: «Какой же он умный!»

Люциан хмыкнул. «Возможно, дело не в уме, а в способности отречься от чувств и спокойно обдумать ситуацию».

– Ты знаешь, что нас ждет после перерождения? – Элеонора пригубила чай. Поскольку Кай так легко и уверенно рассуждал об их силе и строил теории, Элеонора подумала, что сейчас он сможет ответить на любой вопрос.

– Не знаю, но думаю, жизнь нас ждет очень интересная. – Он улыбнулся уголками губ и положил в рот теплый димсам с вишней, после чего добавил: – Не переживай, даже если после перерождения на нас возложат новые обязанности, ты будешь не одна, как и я. Мы в любом случае останемся друг у друга и сможем справиться с чем бы то ни было. Мы точно не умрем и не превратимся в монстров, как и сказали старшие, изменится лишь уровень нашего могущества. – Пока Кай говорил, Элеонора пристально смотрела на него, впитывая каждую букву. Его бархатный голос успокаивал, как прохладная ладонь, коснувшаяся горячего лба. Элеонора хотела верить своему принцу, и поэтому от его слов на душе стало легче.

– А что насчет перерождения? Мы переродимся, как берсерки, кости которых продирает агонией при обращении в зверя или же по щелчку пальцев: уснем людьми, а проснемся началами?

Кай пожал плечами.

– Этого я знать не могу. Возможно, все пройдет так же, как у заклинателей: просто в один миг обнаружим в себе большее количество сил. А может быть, нас ждет нечто другое. Даже предугадать сложно, ведь в иномирье началами рождались, а мы ими станем.

– Надеюсь, не как берсерки, – пробормотала Элеонора в чай и сделала ещк глоток теплой жидкости. – А твои родители не собираются что-нибудь предпринять? Может, нас стоит изолировать, чтобы обезопасить резиденцию? Вдруг во время перерождения произойдет выброс магии, как на кроличьей поляне?

– С чего это вдруг? Мы ведь не будем во время перерождения держаться за руки. А так… в твоих гостевых покоях, как и в моих, давно установили сдерживающую печать, поэтому, если что-то произойдет, родители сразу узнают. Им не составит труда обезопасить резиденцию от нас, поверь.

Это «поверь» прозвучало так, словно Кай проверил все на собственном опыте. Подумав о его срывах, Элеонора предположила, что именно это он и имел в виду.

– Как так вышло, что твоя мать… полудемон? В прошлый раз ты сказал, что не время и не место рассказывать, но теперь-то ты можешь поведать мне эту историю? – Элеонора оглянулась. – Сад пуст, мы здесь одни.

Кай огляделся, выиграв тем самым себя время на размышления. Он подлил себе чая, съел очередной димсам и только потом ответил:

– Я понимаю, что тебе интересно, но это в самом деле длинная и запутанная история. Я не могу рассказать ее от начала и до конца, потому что тайна касается не только моей матери, но и владыки Луны, а он, в отличие от нее, свои секреты не раскрывал. Да и тебе лучше не знать этого в целях твоей безопасности. Могу сказать одно: мама не родилась полудемоном, она в него переродилась, но неправильно – из-за своего происхождения и связи с моим отцом. Она обрела силу могущественного демона, способного порождать себе подобных, но не потеряла себя и сохранила человечность. Таких существ, как она, называют демонами-прародителями, они умеют создавать демонов ранга «сошка». Именно благодаря этому я появился на свет. К сожалению, это все, что я могу тебе рассказать. Если желание докопаться до истины не оставляет тебя, лучше спроси моих родителей, а я их доверие не предам.

Элеонора была недовольна тем, что снова не услышала всей правды, но она понимала Кая