Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

как в прошлом месяце один из разломов «схлопнулся раньше времени». Никто не спрашивал лишнего. Никто не лез в душу. Я отвечал коротко, без подробностей, и этого хватало.

Охрана держала формацию постоянно. Анастасия шла в центре, чуть впереди меня. Её не толкали, не одёргивали, но и не выпускали из круга. Любой её шаг сопровождался незаметным смещением остальных.

Глава 11

Попугай вёл себя странно. Слишком тихо. Он не язвил, не комментировал, не лез с советами. Летал чуть выше, чем обычно, и иногда замирал, будто прислушивался к чему-то, чего мы не слышали. Мне это не нравилось.

Дорога прошла без происшествий. Слишком чисто. Я ловил себя на том, что автоматически отмечаю точки для отхода, варианты укрытий, направления ветра.

Чем ближе был разлом, тем отчётливее становилось ощущение: это не прогулка и не экзамен. Сильная группа — да. Опытная — без вопросов. Но разлом впереди оставался неизвестным. А неизвестность редко играет по правилам.

В разлом мы вошли почти спокойно.

Свет встретил мягко. Не слепил, не давил, не резал глаза. Пространство выглядело чистым, аккуратным, будто кто-то специально убрал лишнее. Белёсые плоскости, ровные линии, ощущение простора. Даже воздух казался легче, чем снаружи. На мгновение возникло странное чувство — здесь можно расслабиться.

Очень короткое мгновение.

Из света вышли фигуры.

Сначала я принял их за отражения. Потом — за статуи. Сияющие доспехи, вытянутые силуэты, ровные движения. Ни шума шагов, ни скрежета металла.

Десяток сразу.

Охрана сработала мгновенно. Вода и земля шагнули внутрь, огонь и воздух сместились по краям. Анастасия исчезла в центре, будто её туда втянуло. Формирование — чёткое, отработанное. Я в эту схему не входил. Да как-то и не напрашивался.

Свет ударил первым. Пространство будто сжалось, выталкивая меня в сторону. Я ушёл на шаг, второй, выбирая позицию. Рыцарь повернулся, меч описал дугу, и по воздуху прошёлся резкий, плотный след.

Поднырнул под удар, я прошёл вдоль корпуса, вложился в выпад. Лезвие вошло легко — как в плотный туман. Сопротивление было, но не какое-то слабое.

Рыцарь распался, рассыпался светом, растворился, будто его никогда и не было.

Даже ядра не оставил — сволочь.

Второй оказался умнее. Световые плиты под ногами вспыхнули, и меня швырнуло в сторону. Я перекатился, поднялся уже по инерции, перехватил поток и ударил в сочленение доспеха, где свет был тоньше. Сработало. Фигура мигнула и исчезла так же тихо.

Я выдохнул и только тогда понял, что улыбаюсь криво и без радости.

Это были не враги в привычном смысле. Скорее конструкции. Копии. Проекции.

Я сместился дальше, не приближаясь к отряду. Пусть работают в своей зоне. У меня своя. И мне кажется, что разлом даже не начал основное представление.

Странно, но рыцари закончились и новых не предвиделось.

Свет снова стал ровным, будто ничего не происходило. Ни следов боя, ни запаха, ни обломков. Только лёгкое эхо напряжения, которое не спешило уходить. Я сделал шаг, потом ещё один, прислушиваясь. Пространство было настороженным. Похоже чего-то ждало.

Один из охраны сплюнул в сторону, будто мог что-то этим испортить.

— Копии, — сказал он глухо.

Второй бросил взгляд туда, где растворились рыцари, и покачал головой.

— Разлом развит сильнее, чем по отчётам, — добавил первый. — Госпожа, нам нужно уходить.

Он говорил спокойно. Так говорят люди, которые понимают, что ещё один шаг — и всё станет сложнее.

Анастасия повернулась к нему медленно. Без резких движений. Взгляд — прямой, холодный, собранный.

— Если вам надо — вы и валите, — сказала она.

Охрана замерла на долю секунды. Этого было достаточно, чтобы я понял: они привыкли защищать, а не спорить. И уж точно — не отступать без объекта защиты.

В этот момент попугай взмыл выше. Сделал круг, потом ещё один, набирая высоту, и замер, вытянув шею вперёд. Его силуэт на фоне света выглядел почти нелепо — тёмное пятно в слишком чистом мире.

— Эй, двуногие… — протянул он с интересом, а не с тревогой.

Пауза.

— Там подкрепление.

Он повернул голову, будто выбирая лучший ракурс.

— Чуть больше врагов. Мне нужно место поудобнее, я хочу это видеть.

Из света начали выходить фигуры.

Десятки. Те же силуэты, те же сияющие доспехи, та же идеальная симметрия. Они проявлялись — шаг за шагом, будто их выводили из-за кулис.

Я машинально пересчитал первые ряды и сбился.

Отступать действительно было поздно.

Свет начал меняться. Словно кто-то хотел, чтобы у меня заболели глаза. И ему это почти удалось.

Охрана перестроилась почти мгновенно. Формация стала жёстче, компактнее, тяжелее. Анастасия осталась в центре. Она опустила подбородок и выровняла дыхание. Энергия вокруг неё собралась плотнее, будто пространство само признало, кто здесь главный.

Я сместился на фланг, не дожидаясь указаний. Место сбоку подходило: видеть поле, реагировать первым, не мешать формации. Отличная роль, учитывая, что я сам себе её назначил.

Попугай устроился выше, выбрав выступ света, который почему-то держал его вес. Сел, сложил крылья и вытянул шею вперёд, как зритель перед представлением.

Рыцари приближались. Их стало слишком много, чтобы считать. Свет скользил по доспехам, и казалось, что каждый шаг синхронизирован с дыханием самого разлома.

Я проверил хват, сместил вес, коротко вдохнул.

«Ни дня без приключений», — мелькнуло где-то на краю сознания.

Свет стал ещё резче. Почти болезненным.

И мир замер на последнюю секунду перед тем, как рухнуть.

Первая пара копий пошла наперерез. Я встретил их на шаг раньше, чем они ожидалось. Удар — короткий, с разворотом корпуса, без вложения всего веса. Доспех треснул, фигура рассыпалась световой пылью. Вторая — туда же. Ни тела, ни ядра. Пустота. Как и раньше.

— Отлично, — буркнул я себе под нос. — Опять без трофеев.

Слева охрана приняла натиск плотнее. Световые клинки били по щитам, вспыхивали, гасли. Анастасия стояла в центре, напряжённая, но собранная, работала с энергией короткими импульсами. Я видел, как её защита дрожит. Этого хватит ненадолго.

Новая тройка копий вышла почти сразу. Потом ещё. И ещё. Они словно возрождались. Убиваешь — освобождаешь место следующему.

Я перестал считать.

Экономил всё, что можно. Усиление — только в момент контакта. Никаких эффектных финтов, никаких выбросов. Режу траектории, ломаю суставы, сбиваю равновесие. Удар — шаг — отход. Не добиваю, если не нужно. Они всё равно исчезают.

— Ребята, у вас тут абонемент? — бросил я в сторону очередной пары. — Или по талонам?

Ответа, разумеется, не было.

Справа копия попыталась