Бегство в Египет. Петербургские светотени - Александр Васильевич Етоев

К тому же улюлюкало по углам, и пропадали семейные сбережения. Родственники не знали, что делать. Денег на переезд не было, дом, кому из местных ни предлагали, покупать не желал никто, все знали про его недобрую славу, а возвращаться в тайгу уже не хотелось, понюхав-то городского воздуха, – и обидно, и денег жалко, если по-честному. И непонятно, чем бы всё это кончилось, если бы не цыган, приезжавший по весне в город кастрировать балаганских быков. Он-то и помог делу, избавил хозяев дома от свалившейся им на голову беды.

– Я тебе всю холеру пообломаю! – сказала Лёля, выступая вперёд и грозя маленьким кулачком куда-то в дальний угол подвала. – Да чтоб тебя бес унёс в неворотимую сторону! А вы что стоите как остолопы? – обратилась она к пригнувшимся под артобстрелом мужчинам. – Ждёте, чтобы вам мозги кирпичами поотшибало? Вон ты, у которого шрам на ухе, тебя как звать?

– Колына, – ответил дрожащим голосом человек со шрамом.

– Ничего себе, дали младенцу имечко! – удивилась Медсестра Лёля, но тут же отбросила удивление в сторону. – Колына, срочно найди мне колоду карт, только чтобы не засаленные, а новые. Понял?

– Понял, – кивнул Колына и перебежками от стены к стене помчался выполнять поручение.

– С вашим другом я уже познакомилась. Давайте теперь знакомиться с вами. Меня зовут Медсестра Лёля Алдынхереловна Кок-оол. А вас?

– Малына, – сказал один.

– Волына, – сказал другой.

– Очень приятно, – сказала Лёля. – А ножики у вас для чего?

– Работаем, – ответил Малына.

Дождь из всевозможных предметов заметно пошёл на убыль, – видно, силе, это явление вызвавшей, было не менее любопытно, какими такими способами станет девушка с ней бороться. Змеи, свившиеся у стен клубками, тоже робко подняли головы, – должно быть, и на ползучих тварей подействовала рассерженная стихия. Одна из них, жирная и рябая, с налимьими коричневыми усами, как цыплёнок, подняла голову и доверчиво глядела на Лёлю, будто благодарила за помощь. Лёля вспомнила, как у них в посёлке многие серьёзно считали, что у змей есть ноги. «А может, и вправду есть?» – подумала она, разглядывая змею.

Вернулся Колына с картами.

– Так, господа, – строго сказала Лёля. – Прошу всех покинуть помещение. Начинается самый ответственный этап. Колына, дай сюда карты.

Колына отдал ей карты. Лёля зыркнула на притихшую троицу и кивнула, чтобы те уходили. Колына, Малына и Волына, пригнув голову и озираясь после каждого шага, скрылись за выступом стены. Лёля походила по серпентарию, жестами и ласковыми словами загоняя змей по их домикам и запирая за ними дверцы. Затем приблизилась к вытяжному отверстию, сняла с него проржавленную решётку и положила туда колоду. Поставила решётку на место и крикнула в глубину подвала:

– Всё, можете жить спокойно. Ему есть теперь чем заняться. Раньше было нечем, вот он и бесился со скуки.

* * *

– Так кем же всё-таки вы работаете? – спрашивала она Малыну несколькими минутами позже, когда они вчетвером сидели за низким столиком в тесноте дежурки и пили зелёный чай. Малына был у них старший, Волына – средний, Колына кем-то вроде подсобника – «принеси-отнеси-подай». Впрочем, Лёля выяснила эти подробности постепенно, в ходе беседы.

– Желчегоны мы, – ответил Малына, прихлёбывая из плоской чашки. И добавил, чтобы было понятней: – Желчь гоним.

– Прямо здесь и гоните? В этом подвале?

– Ну а где же – конечно здесь. Нам наверх нельзя, наверху плохо.

– Это что же получается – отсюда вы вообще не выходите? – Лёлина рука с чашкой остановилась на полпути, и узкие глаза стали шире. – То-то я смотрю, какие вы бледные. Прямо ни кровиночки на лице. Так, значит, вы и людей, кроме себя, никого не видите?

– Видим, почему не видим? Мы же желчь гоним. – Малына посмотрел на неё удивлённо. – Я же говорю, желчегоны мы.

Только теперь до Лёли стал доходить жуткий смысл его простодушных слов. Глоток чая вдруг застрял в её горле, ощетинившись железными иглами и не давая проходу воздуху ни внутрь, ни наружу. Она справилась, не выдав волнения, заставила себя закончить глоток, даже улыбнулась с натугой.

– Кормят нас хорошо, – продолжал между тем Малына как ни в чём не бывало. – Там у нас, за той дверцей, спальня. Мы в ней спим, а койки у нас висячие – это чтобы клопы не жрали. Но клопы всё равно кусаются, клопы умные, они на потолок залезают, а после на постель прыгают. Клоп же зверюшка лёгонькая, он же высоты не боится. Девушка Медсестра Лёля, а с чего ты такая сильная? – совершил он неожиданный переход с клопов на её личные качества.

– Сильная? – повторила Лёля, не очень понимая, о чём он.

– Ты победила дракона, который здесь был хозяином.

– Победила, – кивнула Лёля. Потом, медленно подбирая слова, рассказала им без тени иронии: – Жила у нас на дворе курица, на которой было написано: кто эту курицу съест, тот сделается сильным.

– Ты эту курицу съела, – сказал Малына, – и стала сильной.

Лёля опять кивнула. Волына и Колына посмотрели на неё восхищённо.

– Антип велел нам взять твою желчь, но тогда ты не будешь сильной, а будешь мёртвой и дракон вернётся сюда опять. Мы не будем гнать твою желчь, я сам скажу Антипу, что мы не будем. – Малына встал.

– Постой, – испугалась Лёля. – Скажите, а зачем Антипу понадобилась моя желчь? – Вопрос она задала единственно с целью задержать Малыну на месте. Лёля понимала, что если эти простодушные трое поверили в её детскую сказку про курицу, несущую золотые яйца, то уж Антип-то, хитростью завлёкший её сюда, и тем более хитрюга-директор вряд ли окажутся такими же наивными, как они.

– Там война, – он показал пальцем на потолок, – там плохо, туда нельзя. Там белые люди на боевых слонах сражаются с рогатыми воинами из племени вепсисуоми за обладание священным мизинцем бога, похищенным рогатыми из пещеры на горе Лунь. Когда белые слоны устают, тогда рогатые одерживают победу и Антип нам не приносит еду, а чтобы белые слоны были сильными, их надо окроплять желчью, тогда люди на слонах побеждают и Антип нам даёт еду. Наши предки в Тямпе всю жизнь добывали желчь, Тямпа – это далеко, мы тоже туда поедем, когда белые победят рогатых и война наверху закончится.

– Это всё вам Антип рассказывал? Про мизинец, про боевых слонов? Про то, что вы поедете в вашу Тямпу?

– Антип. Антип, он хороший, Антип нам мясо приносит.

– И сигареты, – добавил робко Колына.

Малына зыркнул на него диким глазом, и Колына моментально притих.

– Где это – ваша Тямпа? – спросила Медсестра Лёля, чтобы протянуть разговор.

– Тямпа – это там, куда