Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь - Эльхан Аскеров

– Любава забегала? – нейтральным тоном поинтересовался казак, повертев в пальцах ладно пошитый мешочек для пороха.

– Была, – коротко кивнул Беломир, отлично помня, что отказываться в данном случае было бы глупо.

– Ты помнишь, друже, наш разговор про кровь старую? – зашёл казак издалека.

– Их много было, – пожал парень плечами.

– Я про тот, когда баяли тебе с Елисеем, что кровь старую беречь потребно.

– Было такое, – всё так же коротко кивнул Беломир. – Ты это к чему?

– А к тому, брате, что веселиться да любиться можешь, сколь сам пожелаешь и с кем сам решишь, а вот жениться тебе надобно на той, в ком такая же кровь будет.

– Это ты про Елисееву дочку? – отодвинув весы, прямо спросил Беломир.

– И про неё тоже, – не стал спорить казак.

– Так Елисей сам сказал, рано ей ещё о женихах думать. Мала больно. Да и не думаю я пока жениться. К тому же я не просто бабу в дом хочу, а так, чтобы, глядя на неё, кровь кипела. Чтобы по сердцу была.

– Все того хотят, – понимающе кивнул Григорий. – Сам о том пращура молю. Но нам с тобой ко всему ещё и кровь сохранить надобно. Такая нам всем судьбина выпала. Роду служить и кровь старую сохранять. Мы ж не просто так казаки. Мы старой крови вои.

– Ты к чему разговор этот завёл? – помолчав, прямо спросил Беломир, глядя напарнику в глаза.

– А к тому, друже, чтобы тебе ничего дурного в голову не взбрело. Любава баба справная, ловкая да горячая. Такая в дому завсегда удача. Да только не для нас с тобой она. Нет в ней нашей крови. Совсем нет.

«Блин, словно в книжке про вампиров каких. Всё через кровь», – мысленно проворчал Беломир, скривившись.

– Уймись, дядька, – вздохнул он, понимая, что просто так от казака теперь не отделаешься. – Не собираюсь я жениться пока. Не до того, сам видишь. И казны доброй не собрал покуда.

– Казны, – фыркнул Григорий. – Вот как перестанешь деньги на железо да на горюч-камень тратить, так и казна появится.

– Хочешь, чтобы я все задумки свои бросил и пошёл в поле, землю пахать? – вдруг рассердился Беломир. – Тогда пусть и зелье казаки сами делают, а я наделом жить стану.

– Не серчай, брате, – вскинул казак ладони, словно защищаясь. – Знаю, что с придумок твоих всему стану жить легче. Я ж не к тому.

– А к чему? – фыркнул парень, остывая. – Старшины твои на задумки мои и медяка ломаного не дадут. А как выходит что нужное, так сразу дай. Ещё и рожи кривят, мол, дорого.

– Да уж, – понимающе вздохнул Григорий.

Такое действительно было. Убедившись, что они с Векшей действительно умеют делать настоящее булатное оружие, старшины не придумали ничего умнее, как потребовать от мастеров обеспечить такими клинками всех наличных бойцов, а когда Беломир озвучил им цену вопроса, тут же принялись возмущаться, что стоимость получается несусветная. В итоге, чтобы не устроить грандиозный мордобой, парень просто на листе пергамента разложил им, что сколько стоит и как дорого обходится такая работа.

Сообразив, что цифры были названы не с потолка, старики тут же увяли, но, как говорится, осадочек остался. Сам Беломир и не против был бы сделать всем местным бойцам толковое оружие, но обеспечивать им казаков за свой счёт не собирался. Он даже предложил старшинам самим закупать всё нужное для такого дела, а им с кузнецом платить что-то вроде жалованья. Но старики и тут отказались. В общем, жаба расход не подписала.

– А знаешь, друже, я и вправду перестану задумки свои для всех разом делать, – помолчав, заявил парень. – Вон, себе, тебе да Векше сделаем, и баста. Остальные, коль захотят, только за деньги. А то мы на свои и железо всякое, уголь закупаем, а со станичников берём, так только перевоз оплатить. Хватит. Кто захочет чего иметь, пусть полную стоимость платит, – отрезал Беломир, складывая руки на груди.

– Ты хоть зелье доделай, – удручённо вздохнул казак.

– Я казаков научил, пусть теперь сами делают, – заявил парень, качая головой.

– Да ты чего взбеленился вдруг? – растерялся Григорий.

– А того, что старшины твои краёв не видят. Думаешь, не знаю я, с чего вдруг ты меня просить взялся? Да понимают они, что дружке своему я ни почто отказать не смогу. Вот и насели на тебя, чтобы это именно я тот порох делал. Хватит. Мне их хитрости вот уж где, – чиркнул Беломир пальцем под подбородком.

– И как узнал-то? – растерянно буркнул казак, смущённо опуская глаза.

– Слушать умею, – ехидно отозвался парень. – В общем, так им и передай. Я ещё много чего придумать могу и даже знаю, как это всё сделать, но ежели не уймутся, я сам уйду и Векшу за собой уведу. Шибко надо станет, сами себе новый стан поставим. Только что после вам на то пращур скажет? – выдвинул Беломир самый весомый аргумент.

– Неужто и вправду уйти решишься? – растерялся Григорий.

– С сего дня, чем я занят, не их дело. И что мы с Векшей делаем, наши заботы. Вздумают в дела мои лезть, пожалеют, – рыкнул парень, беря себя в руки. – Уж прости, брате, но всему предел имеется. И терпежу моему тоже.

– Понял я тебя, Беломир, – помолчав, с удивлённой улыбкой кивнул казак. – И ведь тут, как ни крути, а прав ты. Кругом прав. Всё не уймутся пни старые. Всё норовят всех под себя согнуть. Не ярись. Управимся. Сам им головы проветривать стану, слово даю.

– Вели добро это всё забрать отсель, – кивнув, указал Беломир на остатки пороха и составляющих. – Сейчас чайник поставлю, чай с тобой пить станем, – улыбнулся он, поднимаясь.

* * *

Как и предсказывал Григорий, на торгу степняков почти не было. Горцы, иноземные купцы, казаки, даже амазонки приехали. А вот хазары и татары были представлены только несколькими семьями. Глядя на угрюмых, явно испуганных кочевников, Беломир только иронично усмехался. С первого взгляда становилось понятно, чего они опасаются. Как бы самих в колодки не забили или последнее не отобрали.

Мысленно махнув на них рукой, парень занялся тем, для чего и приехал. Ему нужно было быстро продать все свои придумки и всерьёз закупиться металлами. Эта бесконечная тягомотина с материалами уже начала действовать на нервы, но ничего другого было просто не придумать. Ну не добывали металлов в Кавказских горах. Совсем. Понятно, что где-то очень глубоко в недрах какие-то руды имеются, но добраться до них невозможно.

Так что приходилось терпеть и исходить из того, что имелось в реальности. К своей огромной радости,