"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

— О, глядите-ка, — Валерия вдруг заговорщицки толкнула меня локтем в бок. — Твой грозный рыцарь пытается вырваться из капкана.

Я повернула голову, и сердце мгновенно пропустило удар.

На противоположном конце зала, у дверей, стоял Лео. В капитанском доспехе, с чёрным плащом, заколотым на плече массивной брошью Союза, он выглядел невероятно статно. Его намертво зажала компания Каина. Сам Архижнец, выглядевший в полувоенном кафтане как варварский король, вальяжно покачивал бокалом с вином и что-то громко доказывал двум седовласым генералам регулярной армии. Остальные Жнецы, стоявшие рядом, угрюмо поддакивали, время от времени хлопая парня по наплечникам.

Лео вежливо кивал, но его взгляд лихорадочно сканировал зал. И когда наши глаза наконец встретились сквозь толпу гостей, на его губах промелькнула едва заметная, облегчённая улыбка. Я увидела, как он что-то коротко сказал наставнику. Тот удивлённо поднял бровь, зыркнул в нашу сторону, а затем хищно, понимающе ухмыльнулся и пренебрежительно махнул рукой, отпуская воспитанника. Лео развернулся и решительным шагом направился прямо к нашему «тихому углу», буквально разрезая толпу разодетых аристократов своей мощной, уверенной аурой.

— Капитан на горизонте, — шутливо отрапортовал Марк, поспешно пряча отвёртку в карман брюк. — Равняйсь, смирно, а то сейчас нас всех отправят на гауптвахту за порчу дворцового имущества.

— Приветствую, — Лео подошёл к нашему столу, и я физически ощутила, как вокруг повеяло его привычным, прохладным покоем. Никакого следа от той жуткой раны, которую я лечила неделю назад, не осталось. Он выглядел абсолютно здоровым и... очень красивым.

— Ну и как там, на передовой высшей дипломатии? — съязвила Валерия, протягивая ему бокал с вином. — Каин уже предложил тебе выпить крови Одержимого за здоровье Совета?

— Хуже, — Лео со вздохом облегчения принял бокал и сделал большой глоток. — Он два часа заставлял меня слушать стратегический план обороны восточных перевалов на случай, если лорды Кайрэна решат нас предать. Генералы записывали каждое слово, будто это священное писание. Рад, что вырвался.

— Мы как раз обсуждали, что ты у нас большая шишка, — ухмыльнулся Юлиан, дружески хлопая его по плечу. — Скоро ещё и пакт с Асадалем. Может, подкинешь моим парням пару патрулей потише?

— Только если ты сам пойдёшь в первой шеренге, в лучшем камзоле, — парировал Лео, и вся наша компания дружно расхохоталась.

Оркестр на галерее внезапно смолк, а затем скрипки заиграли новую, более медленную и плавную мелодию — традиционный вальс Союза, который мама привезла из приморских республик. Делегаты и их дамы начали парами выходить в центр зала.

Лео повернулся ко мне. Его взгляд был полон такой мягкой, затаённой нежности, что у меня перехватило дыхание.

— Даниэлла, — он слегка наклонил голову, изящно, по-военному протягивая ладонь. — Позволишь?

От этой показной манерности я не сдержала смешка.

— С удовольствием, — улыбнулась я, вкладывая пальцы в его широкую, горячую ладонь.

Валерия сзади восторженно пискнула, а Марк понимающе хмыкнул, возвращаясь к подсвечнику.

Мы вышли на середину зала. Лео уверенно положил руку мне на талию, и мы закружились в ритме музыки. Он двигался на удивление легко для человека, закованного в броню — его боевая подготовка делала каждое движение плавным и выверенным.

— Как твой бок? — тихо спросила я, заглядывая ему в глаза, когда мы пролетали мимо очередной сияющей люстры.

— Твоя магия сотворила чудо, — шёпотом ответил он, и его рука сжала мою талию чуть крепче, притягивая ближе, чем требовали правила приличия.

Щёки залил густой румянец. Когда-то давно, будучи детьми, мы учились вальсу вместе, но тогда всё было иначе. Сейчас осталась только музыка, шорох бархатного платья и тепло его тела.

Когда мелодия сделала сложный круговой пассаж, Лео аккуратно увёл меня из центра зала в сторону полутёмной ниши за шёлковой портьерой, ведущей на один из закрытых балконов. Здесь было тихо, а прохладный ночной воздух из приоткрытого окна приятно освежал лицо.

— Дани, я хотел кое-что отдать тебе, — Лео остановился, его дыхание было немного неровным. Он огляделся, проверяя, не следит ли за нами кто-нибудь, а затем запустил руку под плащ.

Когда он раскрыл ладонь, в полумраке ниши что-то ярко, чисто блеснуло. Это был браслет — изящное серебряное переплетение, выполненное в виде тонких, гибких ветвей дикой сирени. Линии местами казались чуть неровными. Каждая почка, каждый листочек были выточены вручную.

— Сам сделал? — выдохнула я, прикасаясь пальцами к прохладному металлу. Сердце в груди застучало как сумасшедшее.

— Ну... Марк одолжил мне инструменты из инженерных мастерских, пока его отец не видел, — Лео смущённо отвёл взгляд, и на его скулах проступил редкий, едва заметный румянец. — Серебро настоящее, очищенное. Я подумал... нужно что-то особенное.

Он аккуратно взял мою левую руку и застегнул браслет на запястье. Серебряные ветви идеально легли на кожу, и в ту же секунду я почувствовала, как металл потеплел. Неужели Лео вложил туда часть силы?

— Он прекрасен, — я подняла голову. Глаза были полны подступающих слёз радости.

— С юбилеем нашей дружбы, — улыбнулся он и вдруг поднёс мою ладонь к лицу. Я ощутила прикосновение его губ к кончикам пальцев, от которого внутри всё сладостно сжалось.

— Я должна тебе кое-что сказать... — тише произнесла я.

Но в этот момент из зала донёсся громкий голос, перекрывший звон ударов ложки о бокал:

— Внимание!

Шёлковая портьера тихо колыхнулась, заставив меня резко, смущённо отпрянуть.

— Идём, — тихо выдохнула я, опустив взгляд. Поймав Лео за руку, я поспешно вернулась из нашего прохладного убежища обратно в сияющий, шумный зал.

Скрипичные переливы оркестра утихли. Толпа гостей зашевелилась, плавно расступаясь и освобождая центр зала. Всем стало ясно: наступил главный момент вечера, ради которого, собственно, и затевался весь этот грандиозный бал.

В самый центр, на подготовленный помост, выкатили массивный стол из морёного дуба. На его полированной поверхности лежал развёрнутый свиток пергамента, скреплённый золотыми зажимами — официальный текст пакта о присоединении Кайрэна к Союзу Государств. Рядом в серебряной подставке стояло массивное гусиное перо и чернильница.

По ступеням подиума медленно спустилась мама. При взгляде на неё у меня невольно перехватило дыхание. Тёмно-изумрудное платье шуршало по мрамору, осанка была безупречной. Она шла сквозь толпу, и вельможи склоняли головы в глубоком поклоне.

Она была признанным, безоговорочным лидером этого огромного государства. Её слово имело вес закона, её воле подчинялись целые провинции, а