Всадники Перна - Энн Маккефри

– Это радует, поскольку у меня тоже есть планы на юг, – сказал Ф’лар. – Кстати, Робинтон, как далеко на восток удалось вам с Менолли заплыть?

– Увы, не могу ответить. Но я знаю, куда мы добрались, когда буря наконец утихла. Прекраснее места я еще не видел: белый песчаный пляж в форме идеального полукруга, а вдали, точно посередине бухты, огромная гора в виде конуса…

– Но вы же возвращались вдоль берега? – раздраженно спросил Ф’лар. – Что вы видели?

– Берег, – не слишком информативно сообщил Робинтон. – Все, что я могу сказать… – Он яростно зыркнул на хихикающего Торика. – У нас имелся выбор: либо плыть рядом с сушей, но, по словам Менолли, это было опасно, поскольку мы не знали дна, либо держаться подальше от берега, чтобы снова не угодить в Западное течение, которое унесло бы нас обратно в бухту. Как я уже сказал, это прекрасное место, но я с радостью готов был покинуть его на какое-то время. Так что до земли было слишком далеко, чтобы я мог что-то разглядеть.

– Очень жаль, – с грустью вздохнул Ф’лар.

– И да и нет, – ответил Робинтон. – Чтобы пройти обратно вдоль побережья, нам потребовалось девять дней. Так что Торику есть еще много что исследовать.

– Я готов, как только получу все необходимое…

– Как нам доставлять к вам груз, Торик? – спросил Ф’лар. – Вряд ли стоит использовать для этого драконов, хотя, по мне, это было бы проще и лучше всего.

Усмехнувшись, Робинтон подмигнул остальным:

– Что, если какой-нибудь другой корабль случайно собьется с курса к югу от Иста-холда?.. Я недавно перекинулся парой слов с мастером Идароланом, и знаете, он как раз говорил, что в этот Оборот разыгрались нешуточные бури.

– Именно так вы случайно и оказались на юге? – спросила Лесса.

– А как же еще? – с самым невинным видом ответил Робинтон. – Менолли пыталась учить меня мореходному искусству, и тут внезапно налетел шторм, который выбросил нас прямо в гавань к Торику. Так ведь, Торик?

– Тебе видней, арфист!

Глава 3

Руат-холд, утро. Мастерская кузнечного цеха, Телгар-холд, утро.

Пятнадцатый Оборот Прохождения, девятый день пятого месяца

Джексом с силой опустил кулаки на тяжелый деревянный стол, заставив зазвенеть все кубки и тарелки.

– Хватит, – проговорил он в тишине и всеобщем ошеломлении.

Встал. Расправил широкие костлявые плечи. Руки его были все в синяках от ударов.

– Хватит с меня!

Как он потом со странным удовольствием вспоминал, он не кричал, но голос его, полный давно сдерживаемого гнева, эхом прокатился до самых краев зала. Служанка, принесшая очередной кувшин горячего кла, в замешательстве остановилась.

– Я лорд этого холда, – продолжал Джексом, сверля взглядом Дорса, своего молочного брата. – Я всадник Рут’а, который во всех отношениях полноценный дракон. – Он перевел взгляд на Бранда, старшего дворецкого, у которого от удивления отвисла челюсть. – Он, – взгляд юноши упал на озадаченное лицо Лайтола, – пребывает в отличном здравии, как и всегда, с тех пор, как вылупился.

Джексом проигнорировал четверых воспитанников, которые слишком недавно прибыли в Руат-холд, чтобы поучаствовать в насмешках над ним.

– И да, – обратился он непосредственно к Дилане, своей кормилице, у которой дрожали губы, таким странным казалось ей нынешнее поведение ее питомца, – сегодня я отправляюсь в мастерскую кузнецов, где, как всем вам хорошо известно, меня будут надлежащим образом кормить и обращаться со мной соответственно моему положению. А потому, – он обвел взглядом лица всех за столом, – прошу больше не поднимать в моем присутствии тему сегодняшней утренней беседы. Я ясно выразился?

Не дожидаясь ответа, он целеустремленно направился к выходу из зала, ликуя при мысли, что наконец решился высказаться, и отчасти чувствуя себя виноватым из-за того, что утратил контроль над собой. Он слышал, что Лайтол зовет его, но впервые в жизни не подчинился.

На этот раз Джексом, несмотря на юный возраст, не собирался ни перед кем извиняться за свое поведение. Слишком много накопилось обид, которые он мужественно проглатывал или старался не замечать, находя любые логичные оправдания. Единственное, чего ему сейчас хотелось, – оказаться как можно дальше от несправедливого отношения к себе, от чересчур рассудительного и добросовестного опекуна, от несносных людей, воспринимавших ежедневную близость как право на распущенность.

Рут’, почувствовав душевные страдания своего всадника, стрелой выбежал из старой конюшни, служившей ему вейром в Руат-холде. Наполовину раскрыв хрупкие на вид крылья, белый дракон спешил помочь своему другу. У Джексома вырвался похожий на сдавленное рыдание вздох, и он вскочил на спину Рут’а, торопя его убраться подальше со двора, поскольку Лайтол уже стоял в массивных дверях холда. Юноша отвернулся, чтобы потом иметь право честно заявить, что не видел, как ему махал опекун.

Взмахнув крыльями, Рут’ устремился ввысь, Будучи легче драконов обычного размера, он взлетал быстрее.

– Ты вдвое лучше остальных драконов! Вдвое! Ты превосходишь их во всем! Во всем! – Мысли Джексома были столь бурными, что Рут’ вызывающе затрубил в ответ.

Со скал наверху донесся вопрос застигнутого врасплох сторожевого коричневого дракона, и тотчас же вокруг Рут’а словно ниоткуда возникли все обитавшие в холде файры, кружа в воздухе и возбужденно щебеча.

Поднявшись над скалами, Рут’ ушел в Промежуток, безошибочно выбрав пунктом назначения высокогорное озеро над холдом, ставшее особым убежищем для них обоих.

Пронизывающий холод Промежутка, хоть и краткий, остудил злость Джексома. Пока Рут’ без видимых усилий скользил к кромке воды, юношу начала бить дрожь, поскольку на нем была лишь рубашка с коротким рукавом.

– До чего же несправедливо! – воскликнул он, с такой силой ударив кулаком по бедру, что Рут’ недовольно заворчал.

«Что тебя сегодня так злит?» – спросил дракон, изящно приземляясь на берегу озера.

– Все! Ничего!

«Так что именно?» – рассудительно поинтересовался Рут’, поворачивая голову и глядя на всадника.

Соскользнув с мягкой белой спины, Джексом обхватил драконью шею руками и привлек к себе клиновидную голову.

«Почему ты позволил им себя разозлить?» – спросил Рут’, устремив на друга полный любви взгляд.

– Очень хороший вопрос, – после некоторого размышления ответил Джексом. – Но у них отлично получается. – Он рассмеялся. – Именно тут должна бы сработать беспристрастность, о которой твердит Робинтон… только ничего не выходит!

«Мастера-арфиста почитают за его мудрость», – в мысленном голосе Рут’а послышалась неуверенность, заставившая Джексома улыбнуться.

Ему всегда говорили, что драконам недоступны абстрактные понятия или сложные взаимоотношения, однако Рут’ часто удивлял его своими замечаниями, явно опровергавшими данную теорию. Драконы, особенно Рут’, по предвзятому мнению Джексома, явно понимали куда больше, чем полагали всадники, даже предводители Вейров, даже Ф’лар, Лесса или Н’тон. Имя предводителя