Всадники Перна - Энн Маккефри

Фандарел. – Всех ты все равно вперед не выведешь, а помогали тебе многие. Потому они и здесь – чтобы узнать, что дали все их наблюдения. Так что поднимайся сюда и приступай. Не трать время впустую. Это крайне неразумно.

Протестующе бормоча и извиняясь, Вансор почти вприпрыжку преодолел небольшое расстояние до помоста. Джексом заметил, что он в самом деле выглядел так, будто спал в той же одежде. И, судя по ее измятости, он не переодевался с последнего Падения Нитей.

Но в звездных картах, которые Вансор развесил на стене, не было ничего неряшливого. И где только он раздобыл такую яркую краску для Алой Звезды, почти пульсировавшей на бумаге? Впрочем, ничего особо сногсшибательного в его докладе не оказалось. Из почтения и уважения к Вансору Джексом старался слушать внимательно, но все это ему было уже известно раньше, и мысли его неумолимо возвращались к прощальному напутствию Н’тона: «Никто не должен видеть, как ты даешь Рут’у огненный камень!»

Будто он настолько глуп! Но тут Джексом поколебался. Хотя он знал в теории, как учить дракона жевать огненный камень, он также успел понять, что между теорией и практикой зачастую пролегает пропасть. Может, попросить о помощи Ф’лессана?

Он взглянул на друга детства, запечатлевшего бронзового два Оборота назад. Честно говоря, Джексом считал Ф’лессана всего лишь мальчишкой, не слишком серьезно относившимся к обязанностям бронзового всадника. Он радовался, что Ф’лессан никому не рассказал, как Джексом трогал яйцо Рут’а, когда дракон еще пребывал в своей скорлупе на площадке Рождений. Естественно, подобное считалось в Вейре тяжким проступком. Сомнительно, что Ф’лессан воспримет обучение дракона жеванию огненного камня как нечто достойное внимания.

Миррим? Джексом взглянул на девушку. Утреннее солнце падало на ее каштановые волосы, отбрасывая золотистые отблески, которых он раньше не замечал. Похоже, ее не интересовало ничего, кроме слов Вансора. Пожалуй, она постарается убедить Джексома не создавать Вейру новых проблем, а потом приставит к нему одного из своих файров, чтобы он случайно себя не поджег.

Что касается Т’рана, юного всадника из Иста-Вейра, то Джексом был втайне убежден, что тот воспринимает Рут’а всего лишь как файра-переростка, так что помощи от него будет еще меньше, чем от Ф’лессана.

Бенелек тоже отпадал. Он точно так же игнорировал драконов и огненных ящериц, как те игнорировали его самого. Но если в руках Бенелека оказывался чертеж или механизм, даже отдельные детали, найденные в старых холдах и вейрах, он заставлял машину работать, даже если приходилось полностью ее разобрать, чтобы выяснить, почему она не действует. Бенелек с Фандарелом прекрасно понимали друг друга.

Менолли? Пожалуй, именно она ему и нужна, несмотря на ее склонность перекладывать все услышанное в мелодию, что порой всерьез досаждало. Но благодаря этому она стала превосходной арфисткой, собственно, первой девушкой из этого цеха на памяти живущих. Джексом украдкой взглянул на нее. Губы ее слегка дрожали, и он подумал, не перекладывает ли она сейчас слова Вансора о звездах на музыку.

– Звезды отмечают для нас время в каждом Обороте и помогают нам отличить один Оборот от другого, – говорил Вансор, и Джексом, ощутив чувство вины, вновь переключил внимание на докладчика. – Звезды вели Лессу во время ее отважного путешествия в прошлое, чтобы привести в наше время Древних. – Вансор закашлялся, неосторожно упомянув событие, разделившее всадников на два лагеря. – И звезды будут постоянно вести нас на протяжении всех грядущих Оборотов. Земля, моря, люди, места – все может меняться, но звезды всегда будут следовать своим путем, вселяя надежду.

Джексом вспомнил разговоры о том, как хорошо было бы изменить путь Алой Звезды, заставить ее свернуть в сторону от Перна. Но разве Вансор только что не подтвердил, что это невозможно?

Вансор продолжил свой доклад, подчеркнув, что, зная орбиту и скорость любой звезды, можно рассчитать ее положение в небе с учетом воздействия ее ближайших соседей в любое заданное время.

– Так что мы нисколько не сомневаемся, что можем теперь точно предсказывать Падения Нитей, в соответствии с положением Алой Звезды в сочетании с другими нашими небесными соседями.

Джексома забавляло, что, когда Вансор говорил о чем-то спорном, он говорил «мы», но, объявляя об очередном открытии, говорил «я».

– Мы считаем, что, как только эта голубая звезда избавится от влияния желтой звезды на нашем весеннем горизонте и переместится высоко на восток, восстановится закономерность Падения Нитей, которую изначально наблюдал Ф’лар, – продолжал Вансор. – С помощью этого уравнения, – он быстро набрасывал на доске цифры, и Джексом отметил, что, несмотря на неряшливый вид, записи его отличаются удивительной четкостью, – мы можем рассчитать дальнейшие сближения звезд, способные повлиять на Падения Нитей во время этого Прохождения. Более того, мы можем теперь определить, где находились те или иные звезды в любой момент в прошлом и где они будут находиться в любой момент в будущем.

Вансор с невероятной быстротой писал на доске уравнения, объясняя, к какой звезде относится каждое из них. Затем он повернулся к слушателям, и его круглое лицо стало крайне серьезным.

– Мы можем даже предсказать на основе этих знаний точный момент, когда начнется новое Прохождение. Естественно, это случится спустя многие Обороты, так что вряд ли кому-то из нас стоит беспокоиться по этому поводу. Но думаю, знать все-таки стоит, хотя бы ради душевного спокойствия.

Услышав смешки, Вансор моргнул и неуверенно улыбнулся, запоздало сообразив, что сказал нечто забавное.

– К тому же мы должны быть уверены, что за время долгого Интервала никто ничего не забудет. – Басовитый голос мастера Фандарела после легковесного тенора Вансора застиг всех врасплох. – Собственно, именно потому мы здесь и собрались, – добавил он, показывая на слушателей.

Несколько Оборотов назад, когда все считали, что Рут’ вряд ли проживет долго, у Джексома возникла несколько эгоистичная теория насчет собраний в кузнечной мастерской. Он вбил себе в голову, будто собрания начали проводить, чтобы у него появился какой-то еще интерес в жизни, на случай смерти Рут’а. Сегодняшняя встреча лишила подобное предположение каких-либо оснований, и Джексом усмехнулся про себя, поняв, насколько глупы были его фантазии. Чем больше людей в каждом холде и Вейре знают, чем занимаются мастера и специалисты всех цехов, тем меньше вероятность, что амбициозные планы защитить весь Перн от причиняемых Нитями опустошений вновь будут забыты.

Джексом, Ф’лессан, Бенелек, Миррим, Менолли, Т’ран, Пьемур, наследники лордов и опытные молодые подмастерья составляли ядро постоянно действующей школы при цехах кузнецов и арфистов. Каждый учился ценить другие ремесла.

«Главное – общение» – таков был один из принципов Робинтона. Разве не он всегда говорил: «Обменивайтесь информацией, учитесь осмысленно рассуждать