Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

— Вниз! — крикнул Март. — Сбрасывай всех вниз!

Шед кивнул, и Март отбежал к середине вагона. Шед будет контролировать голову, Кальдер — хвост, а он постоит тут.

Поезд снова дёрнуло, откуда-то спереди послышался оглушающий скрежет, состав ещё замедлил ход, и когда локомотив вошёл под мост, первый человек спрыгнул. Март не увидел, что с ним сталось. Локомотив пулей проскочил дальше, и люди посыпались на крышу вагона как горох. Март сжал кулак. Костяшки пальцев ощетинились стальными пластинами. Кто-то выстрелил в него. Арбалетный болт отскочил от нагрудной брони.

— Лекан! — завопили из толпы, но это лишь подстегнуло нападавших.

Из-за спины раздался разъярённый рык Кальдера. У Марта не было времени, чтоб оглянуться, посмотреть, что там. Он ринулся навстречу противнику. Подсел под того, что нёсся с топором наперевес и, подняв на плечо, отбросил в сторону. Кулак врезался в переносицу второго. Человек отшатнулся, ладонями закрывая окровавленное лицо. Под рёбра ткнулся, и заскрежетал по металлическим пластинам нож. Март сломал нападавшему руку, и тот, скуля, рухнул навзничь. Чуткое ухо уловило свист приближающейся дубинки раньше, чем та ударила в затылок. Март присел. Шипастая дубина сдёрнула с головы капюшон куртки. Треск рвущейся ткани казался оглушающим. Лекан развернулся и из полуприседа боднул противника головою в живот. Рука сама схватила за ногу, резко рванув на себя, и грузная туша рухнула спиной на крышу вагона. Дубинка отлетела в сторону, задев по пути кого-то. Вскрик боли сменился грязными ругательствами. Не оглядываясь, Март ударил ботинком в голову. Стальной подносок проломил череп с сухим, неприятным треском. В такие моменты Март хотел бы, чтобы слух его не был таким острым.

На крыше вагона оставались ещё четверо. Один, со сломанной ногой полз на руках к краю с явным намерением скатиться вниз и тем спасти свою жизнь. Март не помнил, как сломал ему ногу. Возможно, это случилось в первые секунды свалки, а может, это постаралась дубина, валявшаяся тут же.

Двое других держались поодаль. Третий стоял за спиной. Март ждал, не спеша нападать. Крыша вагона в чёрных разводах свежепролитой крови стала невероятно скользкой. Март чувствовал, что с трудом удерживает равновесие. Мокрые подошвы разъезжались в стороны. Пытаясь подстроиться под монотонное качание состава, принять более устойчивую позу, он чуть согнул ноги в коленях. Стоя полубоком, следил и за теми, что наступали спереди, и за тем, что пытался зайти сзади. Движения их стали предельно выверены и осторожны. Они тоже видели, что стоит он посреди кровавой лужи, и с трудом держится на ногах. Медлить дальше было нельзя. Март прыгнул раньше, чем противник решился напасть. Метнулся к ближайшему, почувствовав, как предательски скользнула подошва, почти упал на него, вцепившись в одежду, и повалил, с силой ударив головой о железную крышу.

Тут же откатился в сторону. Как раз вовремя, чтобы нож, целивший в незащищённый затылок, вонзился в живот упавшего. Не пытаясь встать, Март ударил ногами по ногам нападавшего, подсекая, и тот рухнул рядом. Перекатившись на колени, лекан схватил руку с ножом. Человек закричал. Железная хватка дробила кости. Нож упал, звякнув, Март разжал пальцы. Оставался ещё третий. Но когда лекан приподнялся, сев, то увидел гарпию и безжизненное тело, обвисшее на её длинных когтях.

Она проткнула его насквозь. Вонзила когти в спину так, что из-под ладоней человека, прижатых к животу, сочилась кровь. Какую-то долю мгновения ошеломлённый лекан смотрел, как приподнимается на цыпочках пронзённый, тщетно пытаясь избегнуть невыносимой боли, а потом тварь стряхнула тело себе под ноги. Человек упал, и изо рта его сплошным потоком хлынула кровь.

Март, всё так же сидевший на крыше, невольно отпрянул. Подальше от чёрной, блестящей лужи. Тварь ощерилась, обнажая подпиленные треугольником зубы, и розовый язык тронул коготь, пробуя густую, ещё тёплую жидкость на вкус.

Март сам не понял, как очутился вдруг на ногах. Ладонь его сжимала горло твари. Он не думал, сумеет ли гарпия пробить его броню, слабо защищённый живот, это его сейчас не заботило. Глаза застлала сплошная пелена ярости. Пальцы, только что раздробившие кость человека, медленно сжимались. Ещё чуть-чуть, и нелюдь умрёт…

Лицо гарпии посинело, глаза вывалились из орбит, но смертельно опасные руки-когти, способные проткнуть человека насквозь, висели вдоль тела как плети. Тварь даже не пыталась сопротивляться. А потом лекан почувствовал, как под ладонью движется, силясь протолкнуть воздух, гортань.

— Не… тронь… её, — скорее угадал, чем услышал Март.

Он разжал пальцы. Захлебнувшись воздухом, гарпия рухнула ему под ноги. Стараясь ступать осторожно, чтоб не поскользнуться в лужах крови, он сделал шаг, и ещё шаг назад. Тварь не пыталась встать. Лежала, задыхаясь от кашля и беспомощно скребя когтями по крыше.

— Что случилось? — спросил Шед, вынырнув внезапно из-за плеча, и Март вздрогнул от неожиданности.

— Ничего, — ответил он, подняв, наконец, взгляд от твари.

Депо осталось далеко позади. Поезд шёл по заснеженной белой равнине. Отсюда как на ладони был виден весь город. Аспидно-чёрный серп, отделявший сверкавшую снегом землю от сверкавшего звёздами неба.

— Где Кальдер? — взгляд Шеда заметался от тела к телу. На щеке лекана красовались ярко-алые разводы, но длинный шрам, рассёкший скулу, уже успел затянуться тонкой розовой нитью. Час-два, и от него не останется ни следа, ни памяти.

— Слышал его в начале схватки, — ответил Март, — потом было не до того.

Он осторожно обогнул сипящую тварь и пошёл по крыше, сбрасывая тела вниз. В конце вагона нашлась ещё пара трупов, но никаких следов лекана.

На крыше следующего вагона стоял Штефан, один из тех, кто должен был охранять хвост поезда. Руки его были в крови, на скуле красовалась широкая ссадина.

— Как у вас? — спросил Март.

— Чисто, — ответил Штеф, потирая скулу тыльной стороной ладони. — Где Кальдер?

Март пожал плечами.

— Может, мёртв, а может, упал. Надеюсь, найдём его по пути обратно.

Поезд дёрнуло, и ноги вновь предательски заскользили. Март невольно присел, коснувшись пальцами крыши, выругался сквозь зубы. Состав замедлил ход, из-под колёс послышалось шипение, поднялись клубы пара, поезд снова содрогнулся и остановился.

Март взглянул на Штефана и дернул головой, приказывая спускаться. Спрыгнув в сугроб, первым делом очистил подошвы от крови. На сверкающем белом насте остались два длинных грязных следа. Умыл лицо снегом, стряхнул с ладоней порозовевшие хлопья. Потом они вдвоём пошли к локомотиву.

Там уже стояла девочка в окружении своей свиты. Ищейки боязливо жались к её ногам.