Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

Гедимин подавил тяжёлый вздох.

- Завтра ты соберёшь троих толковых тарконов, и они без оружия пойдут со мной в горы. Есть что-то, что умеют делать в Ликане? Что-нибудь из дерева, костей, может, сушёная рыба? Ткань и верёвки… хотя – лучше не надо, они у вас негодные. Возьмите товары для примера. Я буду ждать у крепости.

Таркон приоткрыл острозубый рот.

- Ты, мастер-сармат, не пойдёшь в Ликану? Ты всегда ночевал у нас и чинил сломанное!

- А сегодня не хочу, - отозвался Гедимин. – Сами чините, руки у вас есть. Посплю на берегу.

Он отошёл от крепости подальше – на глинобитных стенах под покосившимися навесами толпились охранники, и все перебрались на ту сторону, с которой сармата было лучше видно. Сумерки уже сгустились, но тарконы не жаловались на ночное зрение, так что Гедимин ушёл туда, откуда его хотя бы не услышат.

Едва он шагнул на мостки, и ледок чуть хрустнул, из тёмной воды выглянул Агва.

- Много же у тебя терпения! Ну что, места они пометили. И сети вроде взялись плести. Как по-твоему, за ночь не передумают?

Гедимин пожал плечами.

- С «мартышками» никогда не знаешь. Передумают – затапливайте. Я их уговаривать не буду, мне одного раза хватило. Им мутация выела мозги, и свои мы не вставим.

Агва ухмыльнулся во все клыки.

- Будь по-твоему, Древний. Воды тебя запомнили – входи в них, когда хочешь. Но если соберёшься кого ловить – поговори сперва с Агва. Тебе и покажут, и помогут, только нашу работу не порть!

Гедимин мигнул.

- А вы живёте не толь…

Белесое пятно исчезло под водой. Агва уплыл и на плеск и треск на мостках больше не отзывался. Гедимин, покачав головой, отошёл от озера, устроился в стерне, уже покрытой инеем, поднял над стоянкой защитный купол. «Воды. Он не сказал, какие воды. Озеро Оллья – бессточное, но…» - он покосился на дозиметр – фон с последнего прохода вдоль берегов ощутимо повысился, и «светилась» именно вода. «Надо будет проверить все крупные водоёмы. В ручей Агва не влезет, но вот в южную реку… Интересно, до Тэкры они уже добрались? И как поладили с наннами?»

24.07.248 от Применения. Западная пустошь, Туманные горы, посёлок Ильхагга

Снег пошёл ещё до рассвета, но на равнине быстро прекратился, едва побелив траву. Стоило забраться ближе к сизой дымке над горами, на каменистые тропы, как с неба снова посыпалось. Гедимин поднял защитное поле над собой и тройкой мрачных тарконов. На одежду им, кажется, сбросились всем убежищем, - голая кожа ни у кого не торчала, замотали даже лица, сверху надели слоистые накидки, сплетённые из травы, и всю дорогу громко шуршали. Двое – из касты «воинов» - шли налегке, только с заострёнными шестами. Гедимин покосился на обожжённые концы палок, но промолчал. Судя по тому, что шест выдали и третьему, из касты «жнецов», это было не оружие – просто трость для скользких горных троп.

Подъём местами был крутым – даже Гедимину приходилось выпускать когти и подолгу ждать, пока за ним взберутся и трое мутантов. От помощи они отказались, на второе предложение – скрипнули зубами, и сармат оставил их в покое. Хотя можно было сунуть под мышку и идти спокойно. Особенно ускорился бы подъём «жнеца» - он тащил на спине все припасы и несколько вещей на обмен. В убежище выдали ему бочонок, серп с мелкими каменными вставками-«лезвиями» и деревянную кружку. Гедимин рассмотрел эти вещи, похмыкал, - сделаны они были лучше, чем он ожидал, особенно бочонок, полностью деревянный, с ивовыми обручами. В таких тарконы квасили рыбу и корни тростника, - соли для засолки в округе пока не нашли, хотя сармат подозревал, что в предгорьях она есть.

- Да шевелись ты, жалкий riipa! – раздражённо крикнул «воин», нагнав Гедимина и обернувшись на тропу. – Демоны уже близко! Будешь так ползти – схватят и утащат в скалу. А у нас нет даже дротиков, чтобы с ними биться!

- Лучше бы разгрузили его, - буркнул Гедимин. – Вы вдвоём идёте налегке. Возьми у него бочку и сам неси – пойдёте быстрее.

Он бы и сам прицепил к броне столь малый груз, даже не заметил бы тяжести, но что-то подсказывало, что этого делать не надо. Тарконов от его предложения перекосило.

- Мы - hantash! Для чего мы взяли этого презренного riipa - чтобы самим таскать мешки?

Гедимин поморщился.

- Ваши дела – это ваши дела. Хоть и дурь. Но чтоб ни Аваттов, ни Агва никто из вас не называл ни жалкими, ни презренными! И чушь про демонов и нечисть при себе оставьте. Они чище вас – хотя бы моются.

Таркона передёрнуло, и он, отвернувшись от «жнеца», ускорил шаг. Нагруженный таркон, казалось, не заметил ни окрика, ни спора, - он так и шёл, согнувшись и не глядя ни на «воинов», ни на сармата.

Скалы расступились, и Гедимин шагнул на тропу вдоль склона, расчищенную от крупных камней. На ней даже росла трава, хоть и полёгшая по осени, и кем-то пощипанная, - то ли пищухи забрались так высоко, то ли ящеры-белоноги паслись, где могли. Пара десятков шагов – и тропа вывернула на террасу, обложенную по краям разноразмерными булыжниками. Тут недавно было что-то посеяно, потом это скосили, а остатки запахали, - из комковатой земли торчали корни и соломины. Над первой террасой нависала вторая, более узкая, сбоку – ещё пара, - такие же полоски, недавно засеянные каким-то злаком. Гедимин вспомнил зерно в мешках у летних переселенцев, «посветил» сканером и еле слышно хмыкнул. «Да, этот аналог проса. Всё-таки посеяли, и успел вырасти. А интересные террасы, - дренажные слои, почвенная смесь со всей округи… И где-то у них компостные кучи – помёт тоже идёт в дело… А, вон, вижу одну – под соломенной циновкой.»

Циновку, прикрывшую компостную яму, придавили по углам камнями. Сквозь неё выходил пар – недавно закинули свежий навоз. Над террасами, там, где уже и трава не росла, виднелись острые соломенные крыши. Из глиняных лепных труб выходил пар, а с уступа доносились трескучие голоса, бульканье закипающей воды и тихий гул. Гедимин, навострив уши, узнал звук простого вращающегося механизма. «Гончарный круг?»

По скафандру сармата заскреблись чьи-то когти.

- Иди вперёд, -