"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

обняв. Придя сюда, я не ожидала, что атмосфера будет такой обычной... Словно не было этих бесконечных бессонных ночей, а мама не выглядела так, будто вот-вот сама сляжет от истощения.

— Я так боялась, — прошептала я, утыкаясь в его плечо. — Ты даже не представляешь, как я боялась за тебя.

Отец погладил меня по волосам, и на мгновение стало казаться, что всё действительно позади. Но затем реальность вернулась. Я отстранилась, глядя в его измождённое лицо.

— Я рада, что тебе лучше. Правда. Но нам... нам нужно поговорить, папа. Очень серьёзно. Где Лео? Вы оба...

Отец как-то странно замер, уставившись в пространство перед собой. Его губы беззвучно шевельнулись, будто он просчитывал что-то в уме. Когда он заговорил, его голос прозвучал неестественно. Он заметно запинался, делал странные, выверенные паузы, словно перед тем, как произнести следующий звук, ему нужно было филигранно, с точностью до миллиметра настроить фразу в своей голове.

Я невольно отшатнулась. Этот его взгляд, этот тон... это пугало.

— Лео... — папа запнулся, сглотнул и с усилием продолжил: — ...сослан мной. На неопределённый... срок. За пределы Элларона.

На ладонях выступил холодный пот, а дыхание перехватило.

— На неопределённый срок?! — я подалась вперёд. — Совет вынес решение о месяце отстранения! Ты сам писал устав! Отец, что происходит?

Папа медленно перевёл на меня стеклянный взгляд. Его пальцы заметно дрожали, но он упрямо заставил себя выпрямить спину, борясь с собственной слабостью.

— Есть вещи... — он снова сделал рваную паузу, тяжело дыша, словно выталкивая слова через силу. — ...которые стоят выше любого регламента.

— Какие вещи?! — я поджала губы, борясь с подступающими слезами. — Твои интересы? Интересы Ориона? Ты решил его убрать, потому что он стал неудобен?

— Безопасность, — он произнёс это слово с глухим, механическим давлением, словно вколачивал гвоздь в крышку гроба. — Твоя... безопасность. И... его. Ты должна... подчиниться. И довериться мне, Даниэлла.

— Довериться тебе? — я с трудом сдержала дрожь в голосе. — После того как ты заставил всех лгать мне в глаза? Превратил наш дом в фальшивый театр?

Тумба возле стола вздрогнула под моим резким ударом кулака. Идеальные стопки бумаг с шелестом разлетелись по каменному полу, нарушая священный порядок кабинета.

— Ты манипулируешь нами! Ты разрушаешь всё! Я ненавижу твоё лицемерное «высшее благо»! Слышишь? Ненавижу!

Я задыхалась от плача, глядя на него в упор. Мне отчаянно хотелось, чтобы он швырнул в меня ответные обвинения, чтобы показал свою пугающую магию, чтобы проявил хоть какую-то жёсткость. Но папа молчал. Его аура была пугающе спокойна. Он просто сидел в своём кресле и неподвижно наблюдал за мной, принимая этот удар как должное.

— Прости меня, — тихо, на удивление плавно и без единой запинки произнёс он.

Прежде чем я успела отпрянуть или высказать очередную колкость, отец поднялся и просто обнял меня. Его руки начали мягко и осторожно баюкать меня — точно так же, как в далёком детстве.

Вся моя ярость мгновенно разбилась об это сокрушительное тепло. Я судорожно уткнулась лицом в его рубаху, содрогаясь от безмолвных рыданий.

— Я не понимаю, что происходит... — сквозь слёзы выдохнула я, судорожно хватаясь пальцами за его одежду. — Всё это... меня так пугает. Всё вокруг ломается. Я люблю его, понимаешь? Я хочу быть с ним, а его просто взяли и безжалостно стёрли из моей жизни...

Отец ласково погладил меня по волосам. В его груди что-то глухо и мучительно вздохнуло, отдавшись вибрацией в моих ладонях.

— Я знаю, маленькая моя. Знаю, — прошептал он. — Прости, что заставляю тебя через это проходить. Но я сделаю всё, чтобы защитить тебя. Обо всём... обо всём остальном я позабочусь сам. Скоро всё наладится. Просто верь мне. Верь в своего отца.

Глава 44. Лео

Штормовой ветер с яростным завыванием гулял в сотворённых прибоем проходах прибрежных пещер. В сыром воздухе остро пахло солью, мокрым известняком и гнилью.

— Контакт справа!

Хриплый крик одного из Жнецов мгновенно утонул в оглушительном рёве. Из вязкой темноты дальнего тоннеля вылетела искорёженная, неестественно изломанная фигура Одержимого. За ней показались ещё две, а следом — целая лавина костлявых лап, скрежещущих по скользким камням.

Обычно подобные глубокие логова приходилось зачищать медленно, с предельной осторожностью: выстраивать оборонительный щит, держать строй и продвигаться шаг за шагом, как того требовал строгий устав. Но сегодня вся моя сдержанность закончилась гораздо раньше, чем первая тварь успела преодолеть разделяющее нас расстояние. Под рёбрами глухо, требовательно заскрежетала Пустота.

Я просто поднял левую руку и до упора ослабил внутренние цепи контроля. Выпустил тьму наружу.

Густая чернильная волна с грохотом ударила вперёд, заполняя каменное русло тоннеля. Древние скалы жалобно затрещали, воздух завыл от резкого перепада давления, выбивая кислород из лёгких. Первого Одержимого буквально разорвало пополам встречным потоком энергии. Второго с сухим хрустом швырнуло о гранитную стену, превращая кости в месиво. Третий успел широко открыть беззубую пасть, но так и не издал ни звука — прямо из его груди стремительно выросло длинное, острое антрацитовое копьё. Исковерканное тело безжизненно рухнуло на камни к моим ногам.

Позади меня кто-то судорожно, грязно выругался. Новенький Жнец, совсем малец, лет семнадцати. Кажется, его прислали ко мне пару дней назад. Парень бледнел от страха, и я его понимал — я уже очень давно перестал работать так, как нас годами методично учили. Чистые техники больше не были способны удержать мою тьму.

Из глубин пещеры донёсся новый, куда более массовый рёв. Тварей было много, и подошли они слишком близко. Я спокойно сделал ещё один шаг вперёд, в самую темь.

Тени у моих ног яростно зашевелились, забурлили, а затем начали медленно подниматься в рост. Из Пустоты один за другим соткались высокие человеческие силуэты, закованные в чёрный дым вместо доспехов. Пятеро. Потом десять. Моё личное маленькое войско. Безликие воины синхронно обнажили призрачные клинки и лавиной ринулись вперёд.

Началась безжалостная, методичная бойня. Обычные Жнецы Ордена убивали врагов калеча. Мои тени — просто уничтожали материю. Одержимых с мясом разрывало на части и с размаху прижимало к острому потолку. Через несколько минут узкий коридор уже по колено был завален костями и плотью.

Я шёл сквозь этот ад, не ускоряя шага, но и не останавливаясь ни на секунду.

Когда последний, самый крупный Одержимый внезапно бросился на меня из слепого бокового прохода, я даже не