Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

сел. Двое мальчишек так и стояли рядом, подшучивая, болтая, но Лей видел только одного и именно этот взгляд заставил его сначала сесть, а потом встать, но даже он не помог устоять на ногах, когда в глазах померкло и вязкое беспамятство утащило его в душное марево нежданного сна, где ломающийся голос неожиданным басом рявкнул: «Целителя!» И совсем рядом послышался топот босых ног.

— Ну, держись! — в голове, в нарастающей пустоте сна, он слышал этот голос, нет, не просящий, приказывающий ему не ускользать, вливающий в него крохотные капли блистающих заклинаний силы, что цепко держали, не давая соскользнуть в сон.

Это сейчас он понимает, что тот сон вполне мог бы плавно перейти в смерть и только воля и сила юного мага задержали его на краю Грани.

— Милорд! — главный целитель окликнул ректора Академии, когда тот уже собирался покинуть корпус. — Милорд! — спотыкаясь, он поспешил и, как всегда, едва не оступился.

Не так давно он потерял ногу в бою с демоном, когда водил второкурсников в лес на подготовку. Тогда многим не повезло, вот и Шинвер не выстоял. Демон уничтожил преподавателя-боевика и целителю пришлось вступить в бой, но магия здоровья не помощник в бою. Он потерял ногу. Хорошо, что студенты вызвали помощь и демон был уничтожен. Но трое мальчишек погибло и было бы больше жертв, если бы не потенциал одного из учеников, что смог удержать мощный щит… Шинвер, конечно, отрастил себе ногу, но она не гнулась, как прежняя и целитель постоянно хромал…

— Милорд, — остановился он, переводя дух. Быть калекой нелегко, тем более что увечье у него появилось не так давно. — Вы так и не решили, что делать с мальчишкой, которого привезли…

— Что делать? — ректор вернулся и молча направился в кабинет коллеги. — А что с мальчишкой? — отстраненно глядя на Шинвера, произнес он, но тот слишком давно знал милорда, чтобы поверить его деланому безразличию, вопреки которому, он поставил полог молчания.

— Вот вы мне и скажите, — улыбаясь про себя, продолжил он, усаживаясь в кресло. Наедине мог себе это позволить.

— Ну, пусть еще немного посидит в целительском крыле, — он глянул на друга и вздохнул. — Нет, ну почему ты так на меня смотришь?

— Наверное, потому что слишком хорошо тебя знаю, — усмехнулся он. — Что не так с этим мальчишкой?

— Не знаю, Шинвер, не знаю, — он прошелся по кабинету из угла в угол. — Только сдается мне, именно его ищут по всем городам и весям ушлые жрецы.

— Так ты хочешь утереть нос жрецам? — развеселился целитель.

— Ну… — улыбаясь, протянул ректор, — не откажусь, тем более что в прошлом семестре они сманили у нас аж троих первокурсников.

— И ты думаешь, что мальчишка им нужен? Зачем?

— Вот это ты тихонько и выясни, да заодно проверь его потенциал и… — он потер подбородок. — А то даже интересно, чего это они так все всполошились…

***Дшар***

— Господин, господин, — запыхавшийся камердинер едва переводил дух, — там, там…

— Что там, Лерно? — сердце сжало страшным предчувствием, мало что заставило бы моего, уже немолодого, камердинера, который больше всего на свете ценил невозмутимость, бегать как мальчишку.

— Зеркало, милорд, — и я сорвался в забег, на ходу открывая короткий портал в свою комнату, «только бы не сейчас…».

Но одного взгляда на гладь магического артефакта хватило, чтобы понять — все, свершилось!

— Рай, — у зачарованного стекла билась Алиана. Из почерневших от тревоги глаз текли слезы. Глядя на нее, мне уже не надо было слов — все понятно и так. Одним движением активировал артефакт.

— Давно? — лишние слова не нужны и так ясно, что мир снова взял свое…

— После завтрака, — я через стекло бросил взгляд на окно, что ровным прямоугольником сияло у нее за спиной. Солнце моего родного мира еще не добралось до зенита.

— У меня еще есть немного времени, — протянуть руку сквозь магическую пленку и стереть жемчуг ее слез — как же этого хотелось! Но сейчас нельзя, каждая крупица сил на счету, — я найду его, слышишь, найду…

Безумным взглядом Алиана смотрела на меня.

— Возьми меня к себе! — ее руки судорожно вцепились в раму зеркала. — Дай пройти насквозь, — я осторожно покачал головой. — Рай, — ее голос сорвался на визг, — это мой сын, я должна ему помочь…

— Это наш сын, — я выделил слово «наш», стараясь убедить. Ее сил хватит, чтобы пройти сквозь артефакт, ужасная боль ее не устрашит и не остановит, но именно этого я боялся больше всего. — Алиана, — как можно мягче увещевал я ее, — тебе нельзя… — Ее глаза полыхнули фиолетовым пламенем, тело вытянулось в струну, — Алиана, — я уже почти кричал, видя, что она не реагирует на мои слова, ее мозг занят только сыном, сыном, которому грозит смертельная опасность и она готова на все, лишь бы оградить его. Перекрикивая шквал грозового ветра, который забывшая о самоконтроле супруга выпустила прямо в замке, — вспомни о Арайне. — На мгновенье ее взгляд прояснился, — ты якорь, Алиана, — затараторил я, закрепляя успех. — Вспомни о нашей дочери — пройди ты сюда и малышку притянет зов крови, — ветер за стеклом артефакта стих. — Подумай о дочери, любовь моя! — уже прошептал я, чувствуя, что победил, что вспышка безумия, порожденного страхом, подавила сильная воля супруги.

— Рай, найди его! — она неловко сползла на пол и оперлась пылающим лбом о раму. — Найди, обещай мне!

— Я найду! — где-то внутри грыз червячок сомнений, но я загнал его поглубже. — Я найду, обещаю…

***Граница Дшара. В пути***

Как же я устала. Эта неделя близ земель Дшара вымотала до изнеможения. Напряжение — можно резать ножом. Постоянное соблюдение тишины. Не дай Ворас, конь заржет или что-то грюкнет — маги так глянут, что провалиться сквозь землю хочется. Ночи в полной темноте, потому что костёр можно разводить только в самых укромных местах, разговаривать — и то вполголоса, к тому же только по делу. Лей, конечно, объяснил заранее, что земли эти мало хоженые и люди не селятся так близко к своим ночным кошмарам, да и сами демоны