"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

атаки остроухого бойца, а также контратаковать самому, разнообразя арсенал приемов конструктами Пустоты, метанием предметов окружающей обстановки, многоуровневыми и распределенными атаками, используя Грани на полную. Росчерки, Уколы пустоты и Волны искажений гнули ткань пространства в надежде поразить сильного врага.

И тем не менее Максим ухитрялся получать повреждения, пусть и компенсирующиеся используемой защитой. Очень спасали Эфирные образы, сбивающие прицел для непонятных, но опасных атак; парень по факту обновлял этот конструкт раз в десять-пятнадцать секунд – настолько эффективно тот отводил неприятные удары и настолько часто их генерировал оппонент.

Противник свое фехтование дополнял кучей усиливающих аур, сменяющихся на теле бойца в зависимости от ситуации, приемами ослабления, что на Максе не работали по причине родственности дара, а еще оружейными навыками, буквально нарушающими картину мира, к которой парень привык за прожитые годы. Рапира была как живая, лезвие удлинялось и укорачивалось, становилось хлестким и гибким, извивалось, как веревка, меняло форму и, кажется, даже массу. Все эти метаморфозы были идеально вплетены в элементы атаки и защиты, обозначая крепкую, проверенную временем и эффективную школу владения подобным оружием. Максимова ковырялка на данном фоне смотрелась бледновато, как подпольный боксер на фоне чемпиона ММА, тренирующегося минимум у трех мастеров разных стилей.

Бледно, но функционально. Изменением размеров парень тоже не брезговал, просто делал это не сам Нож, а Лезвие, активированное поверх. А все остальные финты компенсировало уверенное владение клинком, совмещенное с мгновенным перемещением.

Танец мечей и духовной силы длился уже несколько минут. Максиму стало понятно, что так они будут продолжать до тех пор, пока кто-то не устанет и не ошибется: в текущей ситуации – очень долго. Оба бойца с удовольствием подзаряжались от разлитой в воздухе силы Жизни, стимулировали организмы ее же конструктами и были равны по совокупности сил. Приемы Максима с использованием Граней на противника не работали, как не работали и проклятия противника на основе дара Жизни. Следовало как-то нарушить равновесие.

Первым, как ни странно, сориентировался сидхе. В какой-то момент он разорвал дистанцию, выхватил откуда-то из-за пояса деревянную пластину и швырнул под ноги. Безделушка ушла в землю так, будто там была поверхность озера, даже глухое «буль» послышалось. Земля под ногами остроухого пошла волнами и на поверхность вырвались два щупальца, сплетенные из корней.

Жить сразу стало интереснее. Щупальца, пылающие силой Жизни, стремительно атаковали его, пытаясь ограничивать маневры охотника, хотя и были бесполезны против Сдвига. Парень понял это уже спустя несколько секунд и снова сменил тактику, просто пропуская удары древесных хлыстов сквозь себя. Выражение лица предводителя сделалось неописуемым: еще секунду назад он позволил себе некоторое ликование, а сейчас уже наливался злостью и негодованием. Тем не менее конструкции из корней добавляли хаоса в неразбериху и давали сидхе какое-никакое преимущество, банально отвлекая внимание, а следовательно – с ними надо было разобраться.

Ощущение пространства донесло, что амулет, контролирующий щупальца, находится в пяти метрах под землей и не имеет никакой защиты, кроме толстого слоя почвы над собой. Увы для него. Максим просто открыл Грань, и не успевший сориентироваться воин остроухих остался без древесной поддержки, так как амулет-источник был телепортирован туда же, куда ранее остальные подчиненные.

Мгновением шока, которое наступило после того, как древесные щупальца опали, Макс воспользовался сполна. Облако мириады линий рвануло на командира сидхе со всех сторон, соткавшись буквально вокруг цели. А пока тот отражал площадную атаку вкупе с двумя Опустошающими уколами, которые он ранее отбивал рапирой с ленивой грацией, парень переместился ближе и использовал подряд две карты с Негацией. Это и положило конец противостоянию. Защиту сидхе сорвало, а Максим, улучив момент, в глубоком выпаде достал соперника. Остроухий и тут умудрился извернуться и вместо прямого удара в сердце получился режущий, что рассек легкое и часть ребер справа.

От противника ударила в стороны волна изумрудной энергии, рана начала стремительно зарастать, но охотник, сам являясь адептом Жизни и зная особенности данной стихии, уже ударил каскадом Росчерков, разрывая образовывающуюся защиту, нарушая ток энергии и нанося дополнительные травмы. Сидхе оторвало ногу, швырнуло на спину, ударило по многострадальной правой стороне груди, обнажая кости. Пустота не знала пощады, и если раньше Высокий был защищен своей броней и навороченным сверху конструктами, то сейчас его плоть столкнулась со своим антиподом – агрессивным отсутствием чего-либо.

Из земли внезапно вырвался пучок корней, заключил изувеченное тело в кокон и стремительно втянул обратно под землю, чтобы через пару мгновений выкинуть в двух десятках метров от Максима.

— Проклятие Жизни да настигнет тебя! — взревел сидхе, приподнимаясь на функционирующей левой руке. — Да примет мое существование в оплату сила Духовной рощи!

Изумрудным слепящим огнем вспыхнул ритуальный круг под остроухим полутрупом. Парень уловил в нем знакомые элементы и зашипел сквозь зубы от злости, беспомощно глядя на разворачивающееся действо.

— Как же мне порой жалко, что теория жертвоприношений когда-то была общеизвестна! — простонал он, рассматривая последний довод защитника этого места.

Посмертный ритуал, активированный сидхе, выдернул откуда-то Старшего духа Жизни и сейчас активно создавал тому тело, используя бурно прущую из земли растительность. Старший дух – сама по себе проблема. Старший дух, получивший вместилище, релевантное его силе, – огромная проблема. Старший дух, получивший вместилище, релевантное его силе, находящийся рядом с источником своей родной стихии, – уже не просто проблема, а стихийное бедствие.

И его предстояло как-то уничтожить.

Новый враг напоминал огромного кошака, как если бы тигра увеличить раз этак в пять, снабдить четырьмя щупальцами, растущими из района лопаток, добавить не убирающиеся в подушечки когти, мощные, трехгранные, переполненные духовной силой аж до физического свечения, а также еще две пары глаз вдобавок к паре имеющихся, располагающиеся рядком над оригинальными. Стоит добавить, что плоть этой страхолюдины представляла собой туго перевитые лозы с редкими листьями, шипами и, что самое абсурдное, цветами. И вот эта милашка размером с хороший автобус, не издавая никаких посторонних звуков, рванула на обидчика.

Сначала Максим испугался. Инстинктивно уходя в Сдвиг, он переместился на пару десятков метров в сторону, потом еще раз, уклоняясь от удара удлинившихся щупалец, и еще раз – уже от размашистого удара когтями. Тварь была быстра, агрессивно смертоносна, буквально постоянно держала парня в фокусе своих атак, не гнушаясь помогать себе сторонними предметами. Щупальца вырывали камни, какие-то бревна, просто пласты земли и швыряли их в охотника со скоростью хорошего лучника прошлых лет, могущего держать в воздухе до трех стрел одновременно. Парень носился по домену как угорелый, пока до него не дошла одна простая