Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

И едва только пальцы Тесака коснулись болезненно-бледной кожи, тут же, будто подтверждая догадку Марта, амулет вспыхнул сильнее и свечение под кожей побежало от него во все стороны. Метастазы, выпущенные амулетом, за прошедшее время разрослись ещё сильнее, и теперь от восьми главных жил, как будто повторявших символ Хаоса, ветвились, уходя глубже в тело, новые бесчисленные мерцающие красным лучи.

— Хотя, быть может, и нет… — Тесак отступил, вновь окидывая взглядом тело Лека. — Как же глубоко проросла в него эта дрянь…

Март лишь сухо сглотнул.

Он думал о том же.

— Ладно. — Тесак вдруг сбросил внезапное оцепенение, его движения вновь стали выверенными и быстрыми. — Попробовать всё равно надо. Мы и так уже зашли далеко.

Он снова взял скальпель, и Март подобрался невольно, готовый ассистировать Тесаку. Смочив обильно ватный тампон антисептиком, он протёр кожу Лека, окрасив ту в ядовито-жёлтый цвет. Невольно поморщился, когда в нос ударил характерный запах изопропилового спирта.

Первый разрез Тесак сделал чуть ниже солнечного сплетения, там, где под кожей явственно прорисовывался камень. Не точно по центру, но чуть сбоку. Март понял, что Тесака прежде всего интересуют те метастазы, которые Амулет пустил в плоть Лека.

Было ясно уже, что извлечь и камень, и эти протянувшиеся от него жилы не получится. Но, возможно, они сумеют обрубить эти восемь отростков и вытащить амулет так?

Тесак работал, не спеша.

Март, сосредоточенный на операции, успевал и убирать лишнюю кровь, и краем глаза следить за тем, что делается в туннелях по обе стороны от сбойки.

Когда через какое-то время по одному из туннелей промчалась, не задерживаясь, гружёная дрезина, он понял, что ни их отсутствия, ни отсутствия Лека пока никто не заметил. Но так не могло продолжаться долго…

Ещё через какое-то время руки у Марта начали заметно подрагивать, а это значило, что прошла, по крайней мере, пара часов, а то и больше.

Выругавшись про себя, он сосредоточился, беря контроль над бунтующим телом. Физические нагрузки теперь давались ему с трудом.

Тесак ничего не замечал.

Он сосредоточенно освобождал амулет от мягко обхвативших его тканей, опасаясь до поры прикасаться к чёрным жилам, протянувшимся от мерцающего кроваво-красным камня.

Но когда скальпель, замерев на минуту, опустился всё же в чёрную, неподатливую жилу, Лек очнулся вдруг, заорав во всю силу легких.

Глава 24

Пронзительный крик резанул по ушам и покатился в обе стороны вдоль стен сбойки и дальше — в туннели. Март оцепенел на секунду, но уже в следующее мгновение всем весом навалился на попытавшегося встать Лека.

Ругаясь последними словами, Тесак резким, точным движением прижал пальцы к шее Мастера Слова, явно вводя очередную порцию анестетиков прямо в яремную вену. Выскользнув из-под ногтя мясника, игла с лёгкостью проткнула кожу.

Лек продолжал неистовствовать, как будто и не заметил лошадиную дозу препарата, введённого в кровоток. Крик катился, не затихая, а сопротивление, казалось, ещё усилилось.

С трудом прижимая к кушетке пытающегося встать Мастера Слова, Март с ужасом почувствовал вдруг, как что-то зашевелилось под пальцами. Жила, протянувшаяся от Глаза Схарма и нырнувшая куда-то глубоко под кожу, вздулась, проступив почерневшим синяком, набухла, поползла и разделилась, выпустив новый отросток. И ещё. И ещё один.

Март разжал пальцы, испуганно отступив, но когда рука Лека, крепко перехваченная и притянутая к кушетке ременной петлей, приподнялась, сжавшись в кулак, опомнился и метнулся обратно.

— Эта дрянь разрастается! — крикнул он, уже не заботясь о том, что кто-нибудь может услышать их тут. Крик Лека перешёл в неистовый визг. — Скоро здесь будет весь Комбинат, — добавил Март полушепотом, но Тесак кивнул, услышав его.

— Бросай его, Март! — заорал он. Его пальцы порхали над грудью метавшегося по кушетке Лека, наспех зашивая обнажённый амулет.

Понимая, что Тесак не справится сам, Март лишь сильнее навалился на плечи Мастера Слова, пытаясь удержать того в одном положении. Напрягая слух, он силился различить за оглушающим визгом, что творится в тоннелях, но, прежде чем он успел хоть что-то расслышать, тёмная тень выдвинулась вдруг из-за угла, замерев в прямоугольном проёме сбойки.

Из туннеля, сверкая ярко-зеленым кристаллом на месте выколотого глаза, на них смотрел танк.

— Проклятье, — прошептал Март одними губами.

Он и в лучшие свои дни не был уверен, что сможет тягаться с танком, а теперь, с этой усовершенствованной Леком тварью… Но Урод стоял не шевелясь. Просто наблюдая за тем, как беснуется Лек, сотрясая кушетку, и как Март с Тесаком пытаются сдерживать его.

А потом Март всё-таки услышал то, чего так ждал и боялся.

По туннелю к ним приближалась дрезина.

— Всё! — Отпустив, наконец, Лека, Март схватил Тесака за плечи, потянув.

— Ещё секунду! — крикнул тот, легко стряхнув ладони Марта.

Лек, будто почуяв, что никто его больше не держит, дёрнулся с новой силой. Грузное тело выгнулось дугой, отбросив Тесака прочь, а потом обессиленно рухнуло на операционный стол. Металл застонал мучительно под обрушившимся на него весом. Сжатая в кулак рука взметнулась вверх, и ремень, наконец, лопнул, а Лек — распахнул глаза, заревев:

— Ма-а-арт!

Голубая радужка тонула в белках, покрасневших от множества лопнувших сосудов. На груди мерцал в такт ударам сердца Глаз Схарма. От него, делясь и змеясь всё новыми и новыми отростками, бежали чёрные вздувшиеся жилы. Ныряли, прячась под полами распахнутой на груди рубашки, и вновь выныривали, бугря кожу, там, где Март вспорол рукав лековой куртки.

Март схватил за шкирку остолбеневшего Тесака.

— Бежим! — рявкнул он в ухо Мяснику, силой увлекая его прочь по сбойке ко второму туннелю, подальше от танка.

Споткнувшись, едва не упав и выпрямившись, Тесак вышел, наконец, из ступора и побежал уже сам.

Выскочив на рельсы второго туннеля, Март обернулся, бросив последний взгляд на другой конец сбойки, где в квадратном проёме возвышалась, наблюдая за ними, туша танка.

Теперь, когда они пробежали сбойку насквозь, в сгустившемся полумраке позади Март увидел севшего на операционном столе и пытающегося освободить вторую руку Лека. А дальше массивная туша танка сдерживала рвущихся к Леку людей Игоря.

Замерев, Март ещё секунду смотрел ошеломлённо, пока танк не размазал очередного нападающего о стену, а кто-то, запаниковав, не сорвал с плеча автомат и не дал длинную очередь наобум, прямо в полумрак короткой сбойки.

Тесак отдёрнул