Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

Теперь, когда Урал указал ему характерные приметы, Март и сам видел стены, разнесённые в крошево не наслоениями реальностей, а пудовыми кулаками танков.

Маленькое продолговатое здание стояло через дорогу от смятых сдвигами пяти- и девятиэтажных домов. Продавленная внутрь крыша. Пустые проёмы некогда остеклённых, но после выбитых дверей и окон. Из проёмов торчал в беспорядке сваленный строительный мусор. Именно на этот мусор, невесть как очутившийся внутри, и обратил внимание Ян в первую очередь.

В момент сдвигов здания в Город попадали как есть, целые и со всем своим содержимым, и лишь потом сдвиг сжимался, словно кулак, сдавливая стены, выбивая окна, прессуя всё, что только было внутри.

В лёгкой ажурной конструкции спуска в метро не было ни свай, торчавших из окон, ни бетонных плит, ни куч кирпичей. Всё это, как теперь ясно видел Март, натащили внутрь из близлежащих развалин, чтобы искусственно изуродованный спуск в подземелья органично сливался с пейзажем вокруг.

И да, зелёная стилизованная буква «М», валявшаяся в груде строительного мусора, выглядела точно так же, как те, что Март видел внизу, на «Чкаловской» станции.

Всего в нескольких метрах от первого виднелся второй, такой же, так же старательно замаскированный под развалины павильончик, а ещё дальше, за пересечением двух дорог — третий.

Дагир в который раз обеспокоенно приподнялся, выглянув из-за груды кирпичей, оставшихся от полурассыпавшейся пятиэтажки.

Мысль о том, что им придётся спускаться вниз, нервировала его, хотя он и пытался не показывать виду.

Звери не любили закрытых пространств. Они верили, будто деревья намного безопаснее домов, и одичавшие городские парки сумеют защитить их от сдвигов. Но Март, как никто другой знал, насколько коварен лес… Если кто и хранил зверей от сдвигов, так это их псы, заранее чуявшие приближение аномалии и уводившие хозяев в безопасные зоны Города.

— Сиди уже, не мельтеши, — одёрнул Дагира Тесак, когда тот в очередной раз потянулся взглянуть на спуск в подземелья.

Тесак тоже заметно нервничал.

Барн и Урал так и не рискнули подойти и осмотреть вход в метро поближе. Никто из них не знал, удастся ли им спуститься, или же это просто наглухо заваленный мусором тупик.

Впрочем, именно то, как старательно был замаскирован этот вход, и внушало надежду на успех.

Ян вдруг тоже приподнялся, но вглядывался он в снежную долину раскинувшейся по правую руку улицы. Март проследил его взгляд и тоже увидел мчащегося к ним пса.

Белый Буран сливался со снегом, бежал, придерживаясь развалин и не выходя на открытые пространства. Двигался осторожно, то замирая вдруг, то преодолевая препятствия парой стремительных прыжков. Если б они не ждали так напряжённо его появления, то могли бы и не заметить. Собаки зверей умели оставаться невероятно скрытными.

Март почувствовал вдруг, как внезапно вспотели ладони. Вытер их о штанины.

Ожидание кончилось.

Барн и все способные держать оружие Губители уже спустились по вентиляционной шахте и сейчас бьются с уродами у тяжёлой гермодвери. Седой — повёл всю стаю зверей через открытые входы на «Геологическую», и раз Буран тут — схватка там тоже в полном разгаре.

Пришла пора действовать им.

Март молча поднялся и скользнул к разбитой стекляшке. Дагир приотстал лишь на полшага.

Порядок действий они проговорили ещё накануне, у постели забывшегося тяжёлым сном Кайрата, пока Март латал порванную щёку Дагира.

Каждый без слов знал, что ему делать.

Ветер, дувший с широкого, открытого пространства перекрестка и раскинувшегося за ним пустыря, остудил горячий лоб. Март ужом скользнул в выбитый оконный проём. Замер, внимательно оглядывая широкую лестницу, заваленную арматурой, бетонными плитами, деревянными щитами, пластиком и битым кирпичом.

Завал выглядел непролазным.

Но белый пёс, вдруг прыгнувший в окно следом, попробовал ноздрями стылый, застоявшийся воздух и, осторожно перебирая лапами, прошёлся по куче битого кирпича, поднырнул под бетонную балку и, виляя пушистым хвостом, канул в чёрной дыре едва заметного хода.

Чуть высунувшись наружу, Март махнул рукой Уралу, Тесаку и Яну. Бросил взгляд на второй павильончик. Дагира нигде не было видно. Если бы Дагир нашёл другой спуск, он должен был дать знак остальным.

Март ждал, напряжённо вглядываясь в битые окна стекляшки напротив.

Дагир вынырнул из проёма ровно в тот момент, когда Урал, Тесак и Ян, пригибаясь к самой земле, перебежали открытое пространство, а Март решился уж было идти искать зверя.

В ответ на вопросительный взгляд Марта Дагир лишь покачал головой.

Март махнул рукой, подзывая, и вновь нырнул обратно, в полутьму заваленной мусором лестницы.

Ян увидел уже дыру, в которой скрылся его пёс. Мальчишка и впрямь отличался наблюдательностью.

Он проворно проскользнул вслед за собакой.

Март почувствовал лёгкий укол тревоги, но тут же успокоил себя мыслью о том, что боевая собака зверей не полезла бы туда, где могла бы таиться опасность.

Урал неловко поскользнулся на кирпичной крошке, выругался сквозь зубы.

Март невольно поморщился.

Для его слуха всё это казалось оглушающе громким.

Но из самой дыры, в которой канули Ян и его пёс, доносился лишь цокот собачьих когтей по каменному полу, да несколько учащённое дыхание Яна.

Урал протиснулся, наконец, в слишком узкий для него лаз. Щуплый Тесак без труда просочился следом. Март дождался Дагира и пропустил его вперёд.

Зверь, несмотря на то что в отличие от Губителей не любил лазить по развалинам и был немного крупнее Урала, двигался практически бесшумно.

Март скользнул в дыру последним.

Почувствовал, как давит на плечи узкий лаз, изогнулся, пропихивая себя дальше. Прикрыл веки, когда откуда-то сверху посыпался на голову песок и мелкая кирпичная крошка. Его стеклянные глаза боялись царапин. Всё так же, с закрытыми глазами прополз ещё немного вперёд и очутился, наконец, на открытом месте. Почувствовал, как его подхватили под локоть, помогая подняться на ноги. Узнал хватку Урала. Наклонил голову, стряхнул с волос насыпавшийся песок и лишь тогда открыл глаза.

Стены здесь источали всё тот же бледный свет, что и в любом другом подземелье уродов, и точно так же стеклянно поблёскивали, будто покрытые тонкой корочкой льда.

Март невольно напрягся, но обострённые органы чувств молчали. Подземелье выглядело пугающе безопасным. А главное — пёс Яна беззаботно крутился у ног мальчишки, цокая по полу когтями и виляя пушистым хвостом.

Глядя на собаку, все немного расслабились. Даже Дагир, не снимавший ладони с ножа у пояса, оглядывался с любопытством.

Заваленная мусором лестница, которую они миновали только что, выходила в просторный вестибюль, где, за рядом