Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Глеб Владимирович, слегка нахмурившись, едва заметно пожал плечами.

— Да нравится-то нравится, — спокойно признал он, — но не слишком ли мы усилим тёмных таким образом?

Владимир Анатольевич довольно хмыкнул, явно будучи удовлетворённым, что наследник престола думает далёкими перспективами, а затем негромко рассмеялся.

— Тут надо бы о Меншиковых больше переживать, — сказал он, несколько раз коротко кивнув. — Вот кто сейчас засуетится. Будут её в гости приглашать, да дружбу заводить. А Алексей и так при дворе плотно обосновался. Сильно ваш брак в этом плане ничего не изменит. И баланс соблюдается. В довесок, глядишь, и неудобный момент недавний забудется…

Его улыбающееся лицо, под конец собственных слов, медленно вновь стало серьёзным.

— Больше нет у тебя беспокойств? — уточнил император, на несколько мгновений пересекаясь взглядом с сыном.

Глеб Владимирович, задумавшись, замер, следом отводя глаза и уставившись в пустоту перед собой:

— Характер, разве что… — наконец озвучил свои переживания принц. — Не следит порой княжна за своим тоном и речью.

Император расплылся в улыбке и вновь усмехнулся, что свидетельствовало в этот час о его хорошем настроении.

— Это общая проблема всех женщин, сын, — вздохнув, понимающе произнёс он.

Цесаревич на этих словах под улыбающимся взглядом отца коротко рассмеялся.

— Справишься, — добавил государь. — Главное, будь в меру строг, но справедлив.

— Благодарю, отец, — кивнул наследник, давая знак, что принял совет родителя.

Паузе в разговоре было не суждено продлиться долго.

— К слову, что с самим Алексеем? — возвращаясь к первоначальной теме, продолжил разговор Владимир Анатольевич. — Веришь, что демон покинул тело?

Цесаревич медленно выдохнул, судя по выражению лица, будто бы вновь перемещаясь в кабинет Черногвардейцева. За окном тем временем окончательно стемнело, и в отражении стекла теперь отчётливо виднелись очертания рассевшихся в креслах людей — две фигуры в большом, пропитанном старинной роскошью кабинете.

— Трудно что-то однозначное утверждать только лишь по внешним признакам одержимого, отец, — начал Глеб Владимирович, медленно расставляя слова, не спеша с окончательным выводом. — Никаких спецэффектов, как обычно описывают финальный этап экзорцизма, не было. Ни вспышек, ни скрежета, ни даже чёрного облака, покидающего тело.

Принц замолчал на пару секунд, щурясь, очевидно в очередной раз прокручивая все детали.

— Но если судить по его мимике и поведению — то очень похоже, что Алексей всё-таки вернул контроль над собой. Глаза, например. Не могу объяснить — взгляд стал… другим. Впрочем, я в этом плане, конечно, больше ориентировался на реакцию Виктории.

Цесаревич взглянул на отца, потом чуть отвёл взгляд в сторону, туда, где за полупрозрачной занавеской дрожал свет уличного фонаря.

— Она, как бы это помягче… не из тех, кто может притворяться в подобных вещах. Княжна довольно эмоциональна, и правдоподобно сыграть то, что с ней происходило в тот момент… Нет, не думаю, что она смогла бы. Да и не было в этом совсем никакого смысла. Подписанные документы не имеют силы, если демон остался внутри — мы всё перепроверили. Так что… да, отец, я склонен верить, что Алексей к нам вернулся.

Император слушал, не перебивая, лишь чуть покачал головой, выражая согласие. Лицо его оставалось почти неподвижным, но пальцы левой руки еле заметно постукивали по подлокотнику.

— Что ж, отлично, — коротко произнёс он, словно ставя галочку в этом вопросе. — Как оклемается, нужно будет во дворец приглашать.

— Как прикажешь, — отозвался принц, и на мгновение воцарилась тишина. Затем Глеб Владимирович поднял глаза и спокойно продолжил, сменив тему: — А что у нас с англичанами? Настало время отдать приказ Наумову перестать их кошмарить, или будем давить дальше?

Слова прозвучали ровно, но в интонации сквозила напряжённость. Он ожидал ответ, но, кажется, уже и сам знал, каким тот будет.

— Настало, — неохотно выдохнул Владимир Анатольевич. — Этим утром и распорядился, — монарх потёр подбородок, морщась от каких-то внутренних расчётов. — Аналитики твердят, что риски растут. А ежели добивать их до конца мы не собираемся — особой пользы от нынешнего давления уже не наблюдается.

— Спорное заявление, конечно… — помотал головой Глеб Владимирович, сдвигая брови и посмотрев на отца. — Честно говоря, не думаю, что их нужно жалеть. После всего, что они сделали сейчас и делали не раз в прошлом… Возможно, мы упускаем исторический шанс.

Император перевёл взгляд на карту, висевшую у стены. Несколько секунд смотрел на неё молча, а затем произнёс:

— С тобой можно было бы согласиться, Глеб, если смотреть на ситуацию под эмоциями и уперевшись лбом в это пятно на карте, — указывая на Британский остров в самой западной части Европы, произнёс Романов-старший. — А вот если чуть-чуть отодвинуться назад и вспомнить о том, что у нас на носу того и гляди инопланетное вторжение… Тотальная война между собой нам на руку не сыграет. Впрочем, я бы не хотел этого и без опасности из чужого мира.

Принц медленно кивнул. На услышанное от отца он не спешил тут же давать ответ — аргументы были не новыми, но несмотря на это, актуальности и своей силы отнюдь не теряли. Британская Империя неслабо получила по зубам, потерпев ряд серьёзных поражений, и несла ощутимые потери. Несколько флотилий уничтожено, больше половины портов ещё очень долго будут не годны для использования, волнения в Ирландии и много чего ещё. Но огрызаться и бить в ответ она тоже была способна очень больно.

Впрочем, мир и правда ждёт неведомое ранее испытание. И Глеб понимал, что человечеству возможно пригодятся все имеющиеся силы.

* * *

Мельком наблюдая, как из портальной рамки появляется очередная боевая машина, высокий зеленокожий ящер с матово-зелёным шлемом в руках замедлил шаг и остановился перед командующим группировкой. Склонив голову в коротком уважительном поклоне, он прижал кулак к широкой груди и отчеканил на одном дыхании:

— Ато Шака, авиаразведка докладывает, что местность на этот раз более чем удачная. Отсутствие поселений и аборигенов едва ли не на пять десятков вёрст в любую сторону. Хороший мост открылся.

— Мне уже доложили, — сухо отозвался командующий, не отвлекаясь от созерцания окружающего ландшафта.

Его глаза скользили по изумрудным волнам лесов, раскинувшихся вокруг, по влажной, размытой земле, по редким вкраплениям низких холмов. Тёплый, тяжёлый воздух будто бы давил на