В погоне за Смертью - Кирилл Архангельский

— Что он видел, Кита? Что видел мой отец? – мой гнев начинал потихоньку спадать.

Может эта “смерть”, про которую говорил Кита сделала меня сердобольнее, а может быть то, что последние сутки меня истязали призраки прошлого, напоминая о собственных ошибках.

Да и будем честны – я провёл в изгнании всего восемь лет, и редко когда оставался один, так что, я даже близко не могу представить, что пережил меч за двадцать лет одиночества.

Тем не менее, ответ на свой вопрос я получить всё же хотел, тем более что пока мы спорили, и я шёл по лесу, моё воспоминание дошло до странного поведения отца.

Почему я этого не помню? Мариуса помню, и то, что случилось дальше помню, а вот такого поведения отца не помню. Неужели всё тогда было так очевидно, а я просто не обращал на это внимания? Разве мог я за почти двадцать лет ни разу обратить на такое внимание?

— Могу сказать только с его слов.

— Говори, - всё моё внимание было поглощено поведением Родриго.

— Он видел чужие смерти: кого-то убивали клинком, кто-то умирал от старости. Твоё отец видел разрушения: горящие дома и разрушенные крепости.

— И что это было?

Вот отец размахивает своим мечом прямо у меня перед носом. Вот я бегу от него за Мариусом.

— Я не знаю. После того, как я ему открылся, он не горел желанием со мной общаться.

— Но ты ведь мог слышать его мысли, как слышишь мои?

— Мог.

— О чём думал Родриго?

Кита молчал несколько минут, пока я, наконец, не решил его поторопить.

— Кита, передо мной мой отец только что едва не зарезал меня своим мечом, охваченный одним из этих видений. Что думал Родриго об этих видениях?

— Он считал, что видит будущее…

Лес всегда полон звуков – прямо хлопанье крыльев птицы, слева треск ветки. Когда ты идёшь полностью погружённый в себя, то легко не замечать такие мелкие звуки. Мелкие, но очень важные. Особенно, когда ты идёшь по ночному лесу один…

Я уверено отодвигаю куст, совершенно не боясь нашуметь, и тут справа раздаётся шорох листвы… Так, шорох? Какой-то слишком громкий шорох! Меня словно ударом молнии выбило из разговора с Китой.

Моё тело мгновенно замерло, а голова медленно повернулась на шум: в десятке метров от меня стоял здоровенный, до уровня моей груди, дикий кабан. От одного взгляда на него я нервно сглотнул – толстая и жёсткая щетина, злобная морда, покрытая шрамами и самое главное – клыки, размером едва не с мою руку!

Вот так вляпался!

А в этот момент в другом моём глазу, я как раз вылетел из-за куста, чтобы увидеть похожего, но значительно меньшего по размеру кабана, который как раз готовился насадить на клыки моего младшего брата…

***************

— Да! Да! Кровь! Много-много крови! – довольно пропел Кита.

Чёрт! Он звучал так довольно, что если бы у него были руки, я бы не удивился если бы он их сейчас потирал от предвкушения!

На секунду я подумал, что может быть - да ну его? Тихо развернутся и уйти? В конце концов – я же охотник на драконов, а не на кабанов, верно? Какая-то маленькая дикая свинья это даже не серьёзно! Мне подавай огромную огнедышащую ящерицу! На меньшее я не согласен!

Словно слыша мои мысли, дикий кабан повернул свою морду в мою сторону, и его глаза быстро начали наливаться кровью и злобой.

Проклятье! Заметил! Нельзя терять ни секунды!

Выжимая из своего тела все силы, я бросился вперёд, на ходу вынимая меч из ножен. Моя ноги едва ли не разъезжались на скользкой земле, но за счёт своей ловкости, мне удавалось сохранять равновесие.

Кабан, мгновенно распознав во мне угрозу злобно хрюкнул и устремился мне на встречу. Но когда мы оказались близко, я с ловкостью недоступной обычному человеку уклонился в право. Мой меч чёрной линией описал дугу. Лезвие глубоко врезалось в бок зверя, с силой которая, кажется, способна расколоть дерево. Прорезая плоть, клинок оставлял глубокие зарубки на толстых рёбрах кабана, который от резкой и сильной боли взвизгнул. На ночную траву полилась кровь. А вот чего я не видел, так это того, что едва ли не сразу к крови начал примешиваться гной, а края раны у зверя начали стремительно разлагаться.

По инерции кабан пролетел ещё метр, пока не врезался в ствол дерева. От силы удара крона того сильно покачнулась, а мне показалось, что я даже услышал лёгкий треск у основания ствола.

Полученная рана и удар лишь разъярили дикое животное, а погашенная инерция от удара, помогла ему быстрее развернуться. И вот прошло не больше пары секунд, а на меня снова несётся здоровенная туша, ведомая жаждой моей крови. Я попытался быстро встать, но не тут-то было: коварная скользкая земля разъехалась под моим ногам, и я едва не упал на неё плашмя.

Зверюга уже совсем рядом, явно намеренная насадить меня на свои клыки. Напрягая все свои мышцы, я отчаянно попытался успеть откатиться в право с пути разъярённого животного, но скользкая земля не позволила сделать это быстро… Левый клык твари распорол мою руку с той же лёгкостью, с которой мой собственный меч разрезал толстенную шкуру зверя.

В дополнение к крови и гною кабана, на землю полилась и моя кровь. Чёрная кровь. Её цвета, я, в пылу сражения, естественно, не заметил, в отличие от Киты. Но меч благоразумно молчал всё это сражение. Мне хватало того, что ситуацию у меня видит только один глаз, второй же только сбивает с толку картиной из прошлого. В котором у меня дела сейчас обстоят значительно хуже, чем здесь.

От сильной боли, я зарычал, а моё сердце ускорило свой бег, начав сильнее гонять мою кровь по телу. Боль и последующая за ней ярость даже немного согрели меня, сделав ещё быстрее и сильнее. Я рывком встал на ноги – правая кисть с трудом сгибалась, в двух руках меч я больше не подержу.

Дикий кабан тем временем опять развернулся и начал брать разгон. Рана на его боку стремительно разлагалась, доставляя животному адскую боль. Зверь зарычал от ярости.

Мой рык был ему достойным ответом. Я сорвался с места – раз я не могу бить двумя руками, мне надо добавить удару силы за счёт инерции. Ловко перескакивая с ноги на ногу, к моменту