Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

Они складывают их подобием квадратных домов, внутрь засыпают земли и сверху огромным слоем скидывают ветки и лапник. Получаются эдакие землянки, расположенные вокруг центра логова. Там выкапывают огромный лаз с ходами к землянкам, где каждая ламия свои яйца держит специально, чтобы они в холоде были. А когда приходит время для очередного выводка — несколько десятков яиц стаскивают в комнату у центрального прохода, где самцы греют и высиживают яйца.

С логовом ламий я расправился быстро, резко спикировав и приземлившись между кривыми землянками, заодно криком напугал монстров на поверхности и челюстями их перегрыз. Затем перебил монстров в широких проходах под землёй. А после меня едва не вырвало, когда я решил попробовать одно из яиц. Гадость. Пахнет протухшим молоком, а на вкус как подгорелый ношеный носок.

Я ненадолго вернулся к берегу. Соя крепко обмотала кожаные верёвки вокруг рамы, и я сразу же отнёс её к логову, где пристроил на крышу одной из землянок. Вроде бы ближайшее поселение разумных в днях трёх пешком, вряд ли кто сюда сунется, а если и сунется, то очень скоро это логово займут другие монстры и пришедшего обязательно сожрут.

Соя дожидалась меня на берегу, с нетерпением поглядывая на собранную поклажу. Оба наших рюкзака разбухли от вещей на продажу, рядом лежит массивный кожаный прямоугольный свёрток с книгами, ещё свёрток с моими вещами, и массивный свёрток с припасами для Сои. И там же лежит кусок хвоста ламии ей на завтрак.

«Готова?» — на мой вопрос Соя угукнула и показала на подготовленный моток кожаной верёвки. Перекинув её через спину, девочка привязала к моим плечам большую часть поклажи: на бёдрах она помешает держать баланс, а с живота вечно спадать будет. Последним штрихом девочка привязала себя к моей груди. И аккуратно притронулась к одному из сине-чёрных шрамов.

— Не болит?

«Если не будешь сильно давить, то нет», — я немного врал. Шрамы у меня болят всегда, только я уже настолько привык к этой зудящей боли, что вообще её не замечаю.

— Я буду аккуратно, честно, — Соя чуть поёрзала и пристроила голову между двух больших шрамов на серо-жёлтой коже груди.

Я поднялся на пятьсот метров, прикрыл Сою обеими лапами, взмахнул крыльями, чуть накренился и лёг на курс практически чётко на юг, но чуточку на восток. У меня кольнуло в сердце, ведь мы пролетать будет совсем рядом с такой знакомой цепью гор, но сентиментальные чувства тут же заменила всепоглощающая ненависть. Неважно, где именно пройдёт мой путь — за всё случившееся у крылатых тварей пути обязательно оборвутся.

Летели мы только по вечерам и ночью, подстраховываясь, чтобы нас никто не заметил. Да и смысл мучить Сою долгими перелётами? Удобней всего вечером взлететь, пролететь часика три, приземлиться и дать малышке отдохнуть. Потом ещё три часа, и ещё. А там уже рассвет, пора искать удобный лес для отдыха. За время перелёта через океан девочка привыкла к высоте, так что спокойно засыпала, прижимаясь к моей груди. Спала некрепко и постоянно вздрагивала от сильного ветра, но такой перелёт практически не вызывал у неё проблем. А на привале в лесу малышка разводила костёр, завтрака и ложилась спать. Я же чёрным стражем охранял сопящее под моим боком мелкое наказание.

* * *

На третье утро после вылета от берега, когда я начал снижаться к лесу на отдых — из него испуганными канарейками вынырнули три крылатых монстра и поспешили улететь прочь в дальнюю часть леса. У гарпий низ тела птичий, вместо рук крылья, тело покрыто перьями, но есть небольшая женская грудь, а вместо рта у них вытянутый костяной клюв и зубы внутри как вывернутый наизнанку морской ёж. Все три гарпии в когтях держали по солидному мёртвому кабану, им всем как щёткой срезало часть затылка.

— Хозяин, там, — Соя показала пальцем за опушку. В дне пешком от леса — небольшая деревушка на пять домов и поля с покачивающимися на ветру колосьями ржи. От деревушки грунтовая дорога тянется к следующему селению, и ещё к одному, и ещё, и хитросплетённой паутиной втягивается в город разумных, с серыми каменными стенами и крышами домов за ними.

«Разумные далеко от нас, не волнуйся».

— Нет, я о другом, — девочка прижалась ко мне. Мы опустились к кронам деревьев и я несколько раз взмахнул крыльями, гася скорость и позволяя телу медленно падать на небольшую лесную полянку. Чтобы у земли ещё раз хлопнуть крыльями, гася скорость и аккуратно приземляясь на задние лапы.

«О чём?» — спросил я, когда Соя встала рядом, а я размял затёкшие передние лапы. Я привык летать, держать их около живота, но сейчас приходится прижимать Сою к груди.

— Надо помочь разумным.

«Да ты издеваешься?»

— Ну ведь… — Соя состроила жалобную мордашку.

«Нет, мелкое наказание моей скверной жизни. Нет, отбитое наглухо создание с выключенным понятийным аппаратом. Нет, добродушное создание с приступами внезапного благородства. Ты меня слышишь? Нет, нет, и ещё раз нет».

— Но ведь гарпии нападут на разумных в деревне! Это плохо.

«Да какая в скверну разница, плохо это или хорошо. Меня и тебя не тронут, а всё остальное не в моих заботах».

— Но ведь… Они просто там, ну, живут. Они же не сделали нам ничего плохого.

«Сделают, дай им только волю. Меня расчленят, а тебя будут пытать до самой смерти».

— И… Всё равно, надо убить гарпий. Это же хорошо. Пожалуйста, — Соя проглотила подступивший к горлу ком и проморгалась, отгоняя слёзы. — Пожалуйста.

Я чуть не выматерился. Вот надо Сое так цепляться за помощь разумным? Чего она вообще этим так загорелась, или ей просто скучно? Так ещё и смотрит на меня жалобно, молящие глазки подрагивают, губки плотно сомкнуты, всеми четырьмя руками держится за край куртки и плотно прижимает к телу.

«Хрен с тобой, мелкое наказание. Но это — в последний раз. Вообще в последний. Чтобы я от тебя вообще не слышал о какой-то там помощи разумным. Это дико. Да и если вот так каждому поселению помогать будем, то до дворфов мы к зиме доберёмся. Поняла?»

— Поняла, поняла. Спасибо, хозяин, — Соя прижалась к моей груди и чего-то довольно замурлыкала. А я же понял простую истину, что не только избаловал Сою, но ещё и что-то пропустил в её обучении. Хотя последним я с ней вообще не занимался, и теперь наслаждаюсь результатами. Надо будет разузнать, чего она вообще так хочет помогать разумным. И объяснить, что лучше этого не делать, ибо в